Добровольно проданная - Наталья Шагаева

Запираю квартиру, беру сумку и выхожу во двор ровно в шесть вечера, как договаривались с Региной. Оглядываюсь по сторонам, осматриваю бабушек на лавочке, детей, шумно играющих на площадке, и понимаю, что во мне зарождается протест. «Так нельзя!» — вопит внутренний голос. Хочется отсрочить поездку в неизвестность, но мне этого не позволяют.

К подъезду подъезжает черная машина. Я не разбираюсь в марках, но по тому, как она отличается от соседских, и вся детвора открыла рты, глядя на эту черную, идеально отполированную машину, понимаю, что она явно высокого класса. Значок на машине в виде короны — никогда такой не видела. Необязательно разбираться в марках, чтобы понять, что автомобиль неприлично дорогой.

Из машины выходит молодой мужчина лет тридцати. Высокий, подтянутый, широкоплечий. Внешность приятная, не отталкивающая, можно сказать, симпатичный, только слишком серьезный. На нем серый пиджак, а под ним черная футболка — смотрится стильно,

— Добрый вечер, — сдержанно кивает он мне, осматривая с ног до головы. А потом словно осекается и отводит взгляд. — София?

— Да, это я.

— Меня зовут Артем, я ваш водитель-охранник. Прошу, — он открывает для меня заднюю пассажирскую дверь.

— Охранник? — уточняю я, а мужчина просто кивает. Выдыхаю и сажусь в машину. Медлить и задавать вопросы нет смысла.

В машине коричневый кожаный салон и пахнет кофе. Никогда не ездила на таких машинах. Панель на двери похожа на деревянную. Провожу по ней пальцем — и правда, дерево под лаком,

Мы только выехали на центральную дорогу, а меня уже немного потряхивает. Никак не могу взять себя в руки и перебороть волнение. И это плохо, я обещала Адамади все выдержать. Регина так радовалась, чуть ли не прыгая, словно я выиграла в лотерею, А мне кажется, что я еду на собственную казнь. Причем я сама себя приговорила. Страшно. Но надо. Мои страхи никому не нужны, и я должна пережить их самостоятельно.

Закрываю глаза, откидываюсь на сидения, пытаясь расслабить тело. Дышу медленно, но глубоко. Чем раньше я осознаю, что продана, тем будет проще. Я подписала договор, назад дороги нет.

Открываю глаза, только когда машина сбавляет скорость и въезжает на огромную территорию. Это даже не двор. Это парк вокруг дома, с клумбами, красивыми осенними цветами, аллеями, фонарями и даже своим искусственным водопадом с огромными камнями. Тут даже есть дворник и садовник в специальной униформе, как в кино, И в конце всего этого великолепия — огромный дом, отделанный натуральным камнем. Нет, это тоже не просто дом, это величественное произведение искусства в каком-то модном стиле.

Огромная лестница, ведущая к входу, и терраса напоминают мне сказку. Только вот я не в сказке, а в реальности, от которой очень страшно, но я стараюсь удержать в себе этот страх и пережить все, что мне несёт красивая с виду реальность.

Машина останавливается возле главного входа, Артем шустро выходит и открывает мне дверь.

— Спасибо, — благодарю его я, но мужчина не реагирует, дожидается, когда я выйду, указывает мне на лестницу и идёт следом. Он открывает для меня массивную входную дверь, и мы проходим в огромный холл с высоким потолком. Здесь преобладает натуральное дерево. Резные комоды возле стен, зеркала с деревянными рамками, множество дверей в другие комнаты, и во главе огромная винтовая лестница с массивными резными периллами. В доме пахнет свежестью и чем-то очень тонким и приятным.

Не успеваю как следует осмотреться, ко мне выходит женщина, громко цокая каблуками.

— Добрый день, меня зовут Виктория, — представляется она, и Артем тут же удаляется. На вид женщине не больше тридцати пяти. Высокая, статная, ухоженная, в стильном, но строгом бежевом платье и с высокой прической. Классическая блондинка со светлой кожей и бледно-голубыми глазами. Виктория похожа на аристократку — с идеальной осанкой, строгим взглядом и родинкой над губой. Она просто смотрит на меня, даже слегка улыбается, а мне почему-то неуютно в ее присутствии. С Артемом такого не было.

— София, — представляюсь в ответ.

— Да я знаю, — отвечает она, и мне становится стыдно, оттого что, скорее всего, эта женщина знает, что меня купили, как новую игрушку.

— Иди за мной, я покажу тебе твою комнату, — командует Виктория и идет к лестнице. Мы поднимаемся наверх и оказываемся не в коридоре, как я предполагала, а в ещё одном своеобразном холле с множеством дверей, панорамным окном, возле которого стоят бежевые диваны и вазы с живыми цветами на стеклянных столиках.

Мне совершенно непонятно, зачем человеку, у которого нет семьи, такой огромный дом? Что он здесь делает? Мне было бы жутко и неуютно, несмотря на то, что от величия особняка кружится голова. Смотрю на это все и боюсь представить, сколько может стоить такой дом.

— София! — приводит меня в себя женщина. Я сама не заметила, как увлеклась, рассматривая детали дома.

— Да?

— Твоя комната, — Виктория указывает на одну из открытых дверей и недовольно поджимает губы. «Дура! — одергиваю себя. — Раскрыла рот, словно нищенка!» Хотя в этом доме я чувствую себя именно такой. Раньше думала, что мы с мамой живем небогато, но вполне хорошо. А сейчас здесь и рядом с этой женщиной чувствую себя оборванкой с помойки.

Прохожу в большую спальню, стараясь больше не смотреть по сторонам.

— Располагайся, в ванной есть все необходимое, — женщина указывает на белую дверь. — Можешь отдохнуть. К девяти приедет Константин, и тебя позовут к ужину. А завтра мы с тобой поедем подбирать тебе новый гардероб, — сообщает Виктория, смотря в ежедневник.

Так странно — меня действительно, как вещь, занесли в расписание. Я просто киваю, сжимая ручки сумки. Хозяина нет дома, и ко мне приставили… Даже не знаю, как назвать эту женщину. Кто она? Хорошо знает дом, называет Адамади просто по имени и знает расписание.

Женщина в очередной раз оценивающе рассматривает меня, останавливается на моих ладонях, потом что-то записывает у себя в ежедневнике и выходит из комнаты.

Выдыхаю, опуская сумку на пол, и уже без стеснения рассматриваю комнату. Большая, светлая спальня в светло-коричневых и бежевых тонах. Кровать с мягкой спинкой. Такая большая, что, кажется, на ней поместятся трое таких, как я. Пушистое покрывало и множество красиво улаженных подушек. По бокам кровати бежевые тумбы, над которыми висят замысловатые светильники в виде свисающих цветов. Бежевый пушистый ковер на полу и что-то, вроде длинной мягкой банкетки. Огромное окно с воздушными шторами, кресло с высокой спинкой и большой туалетный столик с подсветкой зеркала.

Красиво, уютно. Никогда даже в мечтах не представляла такую комнату. Поднимаю голову и вижу на глянцевом потолке множество софитов, словно звездное небо. Но это все только красивая и дорогая оболочка некой реалии, за которой скрывается мой страх. Надеюсь, это просто страх, и он не превратится в кошмар наяву.

Открываю сумку, достаю телефон — на часах почти семь. Виктория сказала, Адамади приедет к девяти, и мы поужинаем. Выкладываю книги на тумбу, вынимаю из кармана статуэтку балерины и ставлю ее на туалетный столик. Как только представляю, что меня ждет после ужина, тело сводит судорогой страха.