Добровольно проданная - Наталья Шагаева

Прохожу в нашу спальню, Здесь царство моей жены. Стены расписаны маками, на полках ее коллекция фарфоровых куколок, на шторах тоже цветы. Раньше я бы не смог уснуть в такой комнате принцессы, а сейчас все равно, лишь бы она была довольна. Я задолжал ей много счастья, рассчитываться теперь всю жизнь.

Но одну стену я все же отвоевал. Там ее фотографии, сделанные еще в России, когда она была со мной по контракту. Губы, грудь и шикарный прогиб в кресле. В моем кабинете есть ее портрет, тоже сделан мной. Там глаза распахнутые, огромные, искренние и легкая полуулыбка в уголках губ.

Балкон приоткрыт, прохладный ветерок колышет тонкий тюль. София спит на животе, на моей половине, обнимая мою подушку. Как всегда раскрытая, в тонкой персиковой комбинации, которая задралась, обнажая бедра. Можно все отдать за возможность засыпать и просыпаться с такой женщиной. Красивая, молодая, идеальная. Приходится соответствовать. А я уже не мальчик. Бегаю каждый день, плаваю, наматывая круги в бассейне. Молодая жена требует много энергии. Ей нравится мое тело, а мне нравится, когда она его неустанно изучает руками, губами, взглядами. Наклоняясь к ней, глубоко вдыхая, впитывая в себя ее запах. Я скучал. Ее запах — мой фетиш. Так пахнет моя жизнь. Она мне ее подарила.

Быстро принимаю душ, обматываю бедра полотенцем и иду к моей зайке. Забираюсь на кровать, нависая над ней, провожу носом по плечам, дышу, капли с моих мокрых волос падают на ее кожу.

— Ты обманщик, — сонно говорит она, не открывая глаза. Спускаю бретели с ее плеч, тяну комбинацию, обнажая спину.

— Хм, — отзываюсь, целуя ее шею; такая теплая моя девочка, вкусная, расслабленная.

— Ты сказал, что приедешь послезавтра.

— Получилось раньше, — шепчу ей на ушко.

— Ты уже знал вчера вечером, что прилетишь утром, и не сказал, когда звонил.

— Сюрприз не удался, ты прячешь в шкафу любовника? — рычу ей. Смеется, пытается повернуться, но я вжимаю ее назад. — Лежи так! — не могу сдержаться, в голосе приказные нотки. Но София любит подчиняться. Тяну комбинацию, обнажая попку. Веду дорожку поцелуев ниже.

— Ай! — игриво вскрикивает, когда я кусаю попку.

— Тихо, разбудишь сына, остановишь нас без «сладкого».

— Я и так оставлю тебя без «сладкого», — хитро произносит она.

— М?

— У меня эти дни. Болезненные, мне сегодня нельзя.

Так случилось, что после родов у Софии начались проблемы. Доктора говорят, что это нормально. Ложусь лицом ей на спину, выдыхая. Член пульсирует. Сам себя раздразнил. Совсем забыл про ее цикл.

— Сильно болело? — спрашиваю, поглаживая ее талию.

— Терпимо, после таблетки уснула. Но сейчас вроде нормально.

— Нужно ехать в Германию, раз здесь это не могут вылечить! — немного нервно выдаю я и перекатываюсь на кровать, ложась рядом, Не нравится мне, что моя девочка каждый месяц испытывает боль.

— Там скажут то же самое. Так бывает, это нормально, у каждого своя физиология, — спокойно говорит она. Поднимается и садится сверху на мои ноги. — Я могу сделать тебе массаж, — улыбается, как лисичка, прищуривая глазки. Ведет ладонями по моему торсу, наклоняется, целует пресс, спускает дорожку поцелуев ниже, хватается за края полотенца, усиливая мое возбуждение.

— Ммм, такой массаж? — собираю ее волосы в кулак, чтобы видеть все, что она творит.

— Такой.

И только я вновь настраиваюсь на ее сладкий ротик, как в комнату тихо стучат.

— Блядь! — вырывается у меня. София быстро запахивает мое полотенце, ложиться рядом и накрывает одеялом.

— Да! — смеётся, глядя, как я прикрываю глаза ладонью.

— Извините, но там пришел курьер, — сообщает мать Софии, заглядывая к нам, и быстро уходит.

— Это к тебе, — говорю Софии. Доставка цветов. Зачем я заказал ее так рано?

— Зачем? — растерянно спрашивает София.

— Иди, узнаешь?

Соскакивает с кровати, надевает халат, запахивается и радостно вылетает из комнаты. Еще ей привезли любимые пирожные. Похоже, без «сладкого» остаюсь только я. Закрываю глаза, пытаясь расслабиться и восстановить дыхание.

Моя жена быстро прибегает назад. С огромной охапкой маленьких розовых декоративных розочек. Ее любимые. На руке висит пакет со сладостями. Довольная. Отставляет пакет на тумбе, вдыхает аромат цветов, ныряя в них носом.

— Еихарютш!* * — благодати по-гречески. Произношение ужасное, вызывает смех, это забавно. Но моя девочка старается.

— ПаракаАш, Ауапп рои* — отзываюсь я.

Теперь я твердо убежден, что кто-то там, наверху, решил отпустить мне мои грехи и дать второй шанс. София дарована мне Богом, и наша встреча не случайна. Мне послали ее, потому что она и есть сама жизнь. И я сделаю все, чтобы она никогда не пожалела, что полюбила меня и отдала мне себя.

*Еихарютш — спасибо.

*ПаракаХш, ауаттр рои — Пожалуйста, любовь моя.

Конец