Империя наших надежд - Лина Мур

– Не нравится мне это, – бормочет Сиен, наблюдая из окна моей спальни, как в ночи через дорогу у дома братства горит пламя, и сколько студентов, приглашённых сегодня на праздник, направляются туда.

– Чем именно? – Интересуюсь я.

– Рафаэль и братство это две противоположные вещи. Он ведь не понимает, что Оливер так просто не даст ему жить, как и Калеб. Эти две «подружки» изведут его, а ты сама прекрасно помнишь, какие подлянки они могут устраивать.

– Вряд ли Оливер полезет на рожон, а Калеб раз уже получил от Рафаэля. Так что вероятность того, что кто-то из них проявит свою скудную фантазию, сегодня очень мала. К тому же Оливер ничего не сделает, считая, что его деньги в моих руках. А потом… – замолкаю, обдумывая, как бы корректно продолжить.

– Что потом?

– Потом начнётся война. Будет весело, – пожимая плечами, отхожу от окна и подхватываю с кровати лёгкое пальто. Набрасывая его на себя, ожидаю, когда следом за мной пойдёт Сиен.

Спустившись вниз, даю команду девушкам выдвигаться в сторону братства. Сегодня, в связи со вступлением нового члена в братство «Альфа», разрешены и алкоголь, и вечеринка. Каждый из студентов может присутствовать на празднике, но не факт, что он будет допущен в сам дом. А вот сестринство обязано присутствовать при таком интересном моменте, когда в разгар года в братство вступает новый участник и присоединяется к «семье». То же самое было и со мной. Оливер лично принимал у меня присягу перед всеми и наградил лентой, которая передаётся главам из поколения в поколение. У парней это значок, который висит в главной гостиной дома рядом с фотографией главы и именем. У девушек – лента, тоже размещённая рядом с фотографией и именем на видном месте.

Подобные вечеринки ничем не отличаются от обычной пьянки. Замечаю, что в дом допущены только парни из «Омеги» и мы, не считая ребят «Альфы», остальные ждут приглашения войти после испытания, чтобы отпраздновать, точнее, попросту нажраться и отдохнуть. Только вот они рады. И не той возможности разрешённого распития спиртных напитков, а тому, что именно Рафаэль станет одним из братьев «Альфы». Именно парни из этого братства пытаются скрыть от мрачного Оливера и недовольного Калеба этот факт. Они хотят, чтобы Рафаэль был в их числе, и я уверена, что когда Рафаэль устроит переворот, то они его поддержат. Всё складывается очень хорошо.

Когда Рафаэль появляется в доме братства, то его встречает Белч, хмуро поглядывая на насмешливо бросающего взгляд на толпу Рафаэля. Его глаза встречаются с моими, и между нами словно происходит безмолвный диалог. Отворачиваюсь, улыбаясь Сиен, наблюдающей за мной, и снова возвращаю своё внимание на происходящее.

Оливер приветствует Рафаэля, произнося вступительную речь и отмечая все положительные качества парня, которые удовлетворяют запросам братства, просит его разуться и приготовиться к испытанию, которое они для него приготовили. Без возмущений Рафаэль разувается и отставляет ботинки, закатывая джинсы. Белч ведёт его к стулу, стоящему в центре комнаты напротив двери, откуда ведётся наблюдение остальными студентами за испытанием.

Это так скучно. У парней никогда не хватало фантазии, чтобы разнообразить испытания. Они всегда действуют по одному и тому же сценарию. Идиоты, что ещё сказать.

Рафаэль стоит на стуле с завязанными глазами. Парни вытаскивают ведро с разбитым стеклом и перемешивают его, создавая пугающую и гнетущую атмосферу, отчего я зеваю, прикрывая рот ладонью.

– Идиотизм, – фыркает Сиен.

– Не могу не согласиться, – усмехаюсь я.

Оливер объясняет Рафаэлю правила. По его команде он должен прыгнуть вниз без сомнений, доказав тем самым, что он готов на всё ради своей новой «семьи». В это время ребята продолжают шуметь стеклом, высыпая его на тряпку позади Рафаэля, и одновременно Белч бросает чипсы впереди него. Слуховой обман, но очень и очень тупой.

Оливер выкрикивает цифры по порядку, и на счёт «три» Рафаэль прыгает на чипсы, раздавливая их ногами. Вот и всё. Это так банально, но я должна признать, что рада однообразной фантазии Оливера и его явному нежеланию напрягаться в этом, ведь Рафаэль не пострадал.

Вокруг раздаются аплодисменты, Рафаэль снимает повязку и вытирает влажными салфетками ноги, обувается и подходит к Оливеру. Теперь наступило время его клятвы братству «Альфы» и официальное признание Рафаэля их частью.

– Какая тягомотина, – бубнит Сиен.