Империя наших надежд - Лина Мур

– Рафаэль, – я даже не знаю, чего прошу сейчас. То ли того, чтобы его язык был ещё быстрее, щекоча мой клитор, то ли чтобы заполнил меня полностью и выбил душу из тела на несколько секунд.

Мои ногти царапают дверь, и я издаю стон за стоном, упиваясь от удовольствия прикосновений его языка и губ, всасывающих мой клитор. По моему телу бьёт волна первого оргазма, и я, опуская голову, кусаю себя за руку, заглушая крик. Меня потряхивает, а Рафаэль не прекращает изводить меня, играя со мной. Поднимается поцелуями по пояснице. До моего слуха доносится, как джинсы падают на пол, и я ощущаю головку его члена у своей дырочки. Резко подаюсь назад и выгибаюсь. Один стон на двоих.

– Я люблю тебя, – целую губы Рафаэля, ощущая свой же вкус, и это заводит ещё сильнее.

Он берёт меня прямо у двери, крепко держа за талию, целуя мои скулы, мою шею. Задыхаюсь от возбуждения и удовольствия, когда его член входит в меня быстрее и быстрее. Я слышу только нас с ним. Эти шлепки обнажённой плоти. Эти стоны и слабые, преступные крики. Я слышу наши сердца, отдающиеся в висках. Его ладонь сжимает мою грудь, щиплет за сосок, вызывая шумные и сдавленные стоны. Подаюсь назад к нему, а он ко мне. Так бесконечно долго. Наши губы то сливаются, то разъединяются. Его шёпот о том, как внутри меня горячо и тесно, сводит с ума. Его слова о том, как скользко во мне и как его член наполняет меня до самых яиц, заставляюсь двигаться быстрее. Чёрт возьми, музыка ударяет по ушам. Рафаэль трахает меня и сжимает рукой грудь, а другой опускается ниже, надавливая на клитор. Калейдоскоп удовольствия, наслаждения и безумия наполняет моё тело и разум. И меня накрывает оргазмом. Выкрикиваю в его губы и кусаю нижнюю, оставляя на своём языке привкус крови. Рафаэль стонет и ожесточённо делает толчок в меня, подрагивая на пике наслаждения. Моё тело дрожит в его руках. Его член выскальзывает из меня, и из меня вытекает сперма, скатываясь по бёдрам.

– Прости… я укусила тебя, – шепчу, едва держась на ногах.

– Кусай столько, сколько захочешь. Я ничего не чувствую, кроме тебя и своего сердца, – хрипло отзывается Рафаэль. Его ладонь опускается вниз, и он собирает пальцами струйку спермы.

– Когда-нибудь она будет работать правильно. Её останется в тебе столько, чтобы ты подарила мне ребёнка. Нашего ребёнка. Нашу семью. Я приду сегодня к тебе, – шепчет он, целуя меня напоследок в губы.

– Обещаешь? – Тихо спрашиваю его, пока Рафаэль одевает меня, опускает водолазку и приводит в порядок себя.

– Клянусь. Я проверю обстановку, а потом ты выйдешь, – ещё один быстрый поцелуй в губы, и он выходит из комнаты.

Через несколько секунд Рафаэль показывает головой, что я могу идти.

– Мы выиграем, – до меня доносится его обещание. Оборачиваюсь, и меня до сих пор трясёт после оргазма. Ноги ватные. Не ощущаю даже пола под собой. Он улыбается мне прокушенными губами, и моё сердце умирает от надежды на будущее.

– Ты где была? – Едва успеваю спуститься и сделать пару шагов в танцующую толпу, как музыку перекрикивает Сиен.

– Да здесь была. Домой иду. Ты со мной? – Зачем-то приглаживаю волосы.

– Останусь у Белча.

– Хорошо. До завтра, – выскакиваю из дома братства, ощущая, как вся моя кожа пропиталась ароматом секса. Мне кажется, что его чувствуют и окружающие, замечая меня, сбегающую отсюда так быстро, словно за мной гонятся волки.

Захожу в тихий дом и поднимаюсь к себе. Падаю на кровать, и на моих губах расплывается удовлетворённая улыбка.

Приняв душ, переодеваюсь в ванной комнате и поворачиваю голову к спальне Рафаэля. Бывшей спальне. Толкаю дверь, оказываясь в ней. Включаю торшер, и мой взгляд останавливается на написанной на стене картине. Она очень страшная и даже безумная, но прекрасно передающая всё, что происходит со мной. Только вот сейчас можно нарисовать идентичную картину, где именно я падаю на колени, а Рафаэль держит моё сердце в своих руках. Это именно так. Я чувствую себя именно так, когда оказываюсь в его руках.

– Почему ты здесь?

Поворачиваю голову к двери и вижу Рафаэля, прислонившегося к косяку.

– Ты больше не рисуешь? – Интересуюсь я.

– Нет.

– Почему?

– Зачем, Мира? Не хочу, чтобы это стало причиной нового шантажа и принесло нам проблемы, – пожимает он плечами.

– Но у тебя хорошо получалось. Может быть, твои комиксы сделать книгой?

– Смеёшься? Я не литератор, а любитель измазать стены, – усмехается Рафаэль, отталкиваясь от косяка, и подходит ко мне сзади.

Он обнимает меня, и я снова смотрю на картину.

– Знаешь, мне кажется, что тебе нужно завершить эту историю. Напиши ей хеппи-энд.

– Сразу конец? – Рафаэль прижимает меня к себе, целуя в висок.

– Не сразу, но хороший конец. Думаю, что таких историй должно быть больше, чем печальных. Иногда людям нужна вера в то, что есть смысл бороться дальше.

– Я предпочту реальность, Мира. И конец для нашей истории очень и очень далеко. Я только жить начинаю с тобой. Я только привыкаю к тому, что ты снова рядом со мной. Не переворачивай так быстро страницы, – улыбаюсь и смотрю на Рафаэля.

– Я боюсь не успеть. Неизвестно, что будет завтра или же через месяц. Вдруг я тебя снова потеряю, и ты уйдёшь. Исчезнешь, или тебя заберут у меня. Обстоятельства никто не отменял. Пока мы здесь, то мы вместе, а что будет там? В настоящей жизни? Как мы это сделаем? Мой отец…

– Мира, не забегай вперёд. Для начала нам нужно избавиться от Карстена и опасности, исходящей от него. А твой отец… ему придётся смириться, потому что я тебя никому не отдам. Пошли, – Рафаэль толкает меня к двери и попутно выключает свет.

– Я не хочу, чтобы ты без моего ведома искала информацию. Если Карстен узнает об этом, то всё закончится плохо, – говорит он.

Закрываю дверь на замок и поворачиваюсь к Рафаэлю, стягивающему с себя свитер вместе с футболкой.

– Я не искала её, а только прощупывала почву. Мон шер, я не дура. Мы работаем над этим вместе, и я лишь пошла к Оливеру, чтобы понять – готов ли он сотрудничать, и получила ответ – нет, – раздражённо передёргиваю плечами, сбрасывая халат и забираясь в постель, ожидая, когда рядом ляжет Рафаэль.

– Я знаю, что ты не дура, Мира, но это очень тонкое дело, к которому нужно найти подход. Оливер вряд ли скажет что-то сносное. С той ночи он растерял свои мозги, да и никогда не был внимателен к деталям. А я уверен, что на том видео есть что-то странное, и именно оно может объяснить причину возвращения сюда Карстена, как и вывести меня на кукловода. Я думаю, что дело обстоит именно так. Ты тоже не можешь вспомнить. В том состоянии, в котором ты была, это невозможно. Так что я буду сам искать видео…

– А Белч? Он же тоже может, – перебиваю Рафаэля, вспоминая об этом пронырливом парне.

– Я не хочу втягивать его в эту историю. Он знает, что я Каратель. Остальное для него лишнее. И не надо меня отчитывать, Мира. Ты тоже многого не рассказала Сиен.