Мой лучший учитель - Эл Найтингейл

— На самом деле я многого хочу, Комарова. Но ты ведь сейчас заявишь, что и это запрещено.

Я только кивнула и высвободилась из мягкого захвата.  У меня и без того ноги подкашивались, а от близости Валентина вообще превращались в желе. А ведь мне еще как-то смену нужно закончить.

Валентин ел медленно, не торопясь, как будто пробовал воистину изысканное блюдо. По его лицу невозможно было определить, нравится ему блюдо или нет. Я откровенно надеялась на последнее. Во-первых, потому что искренне желала ему добра, а не отравиться несвежей рыбой. А во-вторых потому, что работать, когда он рядом, для меня казалось невозможным. Я постоянно отвлекалась.

Вот и сейчас едва не пропустила нападение на Марину.

Поддатые клиенты частенько пытались с нами заигрывать, иногда делали недвусмысленные предложения. Но обычно рук не распускали, особенно когда рядом маячил наш крутой на расправу охранник Артем. Вот только сегодня он приболел и не вышел на смену. Жадный до денег хозяин «Сирены» не стал нанимать другого и открыл кафе так — разумеется, не ему в крайнем случае придется самому отбиваться от нахалов.

Вот сейчас один из таких грубиянов зажал Марину в узком коридорчике и, невзирая на протесты, откровенно тискал

— А ну, оставь ее в покое! — выкрикнула я, вооружившись сковородкой. — Не то придется подправить тебе съехавшую крышу!

Приставучий клиент был довольно высоким и полноватым, с красной от переизбытка возлияний рожей. Конечно, у меня не та комплекция, чтобы вступать с ним в драку. Но учитывая то, как его покачивало, справиться можно при должной сноровке.

— Гу-у-упая дефка… — у него еще и язык заплетался.

— Ты, гляжу, чересчур умный! — возмутилась я. — Убирайся, пока охрану не позвала.

Марина поспешно оправляла помятую одежду. Добрая и щедрая по натуре, не умела она дать отпор даже в таком случае.

В этот момент в коридоре показался Валентин Петрович. Завидев его, буйный клиент моментально ретировался и даже за выпитое не забыл заплатить.

— У вас все в порядке? — поинтересовался препод, глядя на покрасневшую Марину и злобную меня. — Помощь нужна?

— Сами справляемся, — отмахнулась я. — Уже поужинали?

Валентин Петрович нахмурился и, решительным жестом привлекая к себе, заглянул в лицо:

— Хочешь, чтобы я ушел?

— Именно, — согласилась я. — Не повторяйте ошибок того мудака с красной рожей, сковорода все еще у меня в руке.

— Боевая, — проговорил Валентин Петрович и одобряюще похлопал меня по мягкому месту. Похоже, это начало входить у него в привычку.

Сковородка выпала из моих рук, громыхнув об пол. Ну почему мой препод — единственный мужчина, на кого я реагирую так? Почему именно он?!

Остаток смены прошел без происшествий, и ровно в два ночи после закрытия «Сирены» я потопала домой. Добираться было близко, всего полчаса пешком. Почти всегда Артем провожал, но порой случались форс-мажоры. Первое время было страшновато, но потом привыкла. Вот и сейчас шла, насвистывая веселую мелодию — как говорится, песня и жить, и не бояться помогает.

Самый темный участок — это между двух высоток. Нормальные люди уже спят, свет в квартирах не горит. А рядом гаражный массив — там, по слухам, много чего нехорошего происходит. Тут главное бежать быстро и лишний раз не оборачиваться, чтобы не пугаться.

На этот раз не проскочила.

В темноте вдруг обхватили мощные ручищи: одна зажала рот, а другая, подхватив, как тряпичную куклу, потащила в сторону. За одним из гаражей меня развернули, и я узнала нападавшего — тот  самый алкаш с красной рожей. Не один, а с тремя дружками.

— Что, девка, сейчас не такая смелая? — пророкотал красномордый. Язык у него уже не заплетался, видно, проветрился, прогуливаясь в ожидании меня. — Здесь охраны нет. А нам, знаешь ли, очень хочется поиграться. Что там у тебя на десерт?