Порочное влечение - Юлия Тан

остальных — это тешит мое самолюбие. Мне не нужен Совет. Это всего лишь возможность спрятаться от ответственности. Мне не нужен отпуск, я не чувствую усталости. Но мне нужна Эмилия. Она должна быть рядом. Сегодня я нуждаюсь в ее любви, как никогда. Сегодня я хочу быть слабым, но только наедине с ней.

Глава 42

«Мое сердце всегда замирает,

когда ты произносишь мое имя»

ЭМИЛИЯ

За окном давно начался новый день, но я не могу встать с кровати, чтобы хотя бы принять душ и выпить кофе. У меня нет сил, нет желания дышать, так как каждый вздох дается мне с трудом, каждый глоток кислорода с болью разносится по нервным сплетениям. Последние несколько дней я провела в своих мыслях, пыталась справиться с воспоминаниями и чувствами. Они просто разрывают от боли, и я с трудом сдерживаю себя, чтобы не заорать вслух.

Моя жизнь разрушена, а я с удовольствием мазохиста топчусь по ее обломкам. Я давно обдумывала этот шаг, давно хотела уйти от Алекса, но никогда не могла предположить, что это окажется так больно. Нет, я не жалею о том, что нашу с Алексом семейную жизнь не вернуть, не испытываю любовь к нему. Мои душа и тело разрываются от того, что привычный для меня мир разрушен. В нем нет Джонатана, в нем больше нет надежды на счастье.

Мотель на выезде из города стал временным пристанищем. Я прячусь ото всех и мне это удается. Но не могу спрятаться от самой себя и того, что произошло. Алекс не ответил на сообщение с просьбой увидеться с дочерью, и забрать самые необходимые вещи. Назад дороги нет. Она не нужна мне. Все кончено. Это первое решение за много лет, которое я приняла уверенно и бесповоротно. Я долго к этому шла.

Сейчас нужно начать с формальностей: найти адвоката и подать бумаги на развод. Я знаю, что наш развод не будет легким. Знаю, что будет кровавая бойня за дочь. Весь этот процесс осложнит то, что Алекс тесно связан с правосудием, и я уверена, что он воспользуется своими связями.

Эти дни прошли в одиночестве. Единственный человек, который был в курсе моего места нахождения — Наташа. Она привезла мне необходимые вещи и средства гигиены, за что я ей очень благодарна. Она не задавала вопросов, а этого и не требовалось. Мои красные глаза и распухший нос говорили без слов. Мне нужно пережить каждое воспоминание из прошлой жизни, чтобы непоколебимо усвоить всю верность поступка.

А, может быть, это неверное решение? Что, если я ошибалась насчет Алекса? Что, если я сама виновата в своем несчастье рядом с ним?

А я виновата. Виновата наравне с Алексом. Мы не смогли, не сумели быть частями одной жизни. Совершили уйму ошибок и вылили тонны безразличия на свои чувства и друг друга. Сейчас, я могу точно сказать, что никогда его не любила. Это звучит до боли ужасно, но это правда. Он оказался не тем человеком, которого я всегда представляла рядом с собой. Возможно, по началу он им казался, однако за последние несколько лет, я усомнилась в каждом слове Алекса.

Я осталась одна со своими проблемами и разбитым сердцем. Да, оно все еще мучительно кровоточит, и где-то отдаленными отголосками надеется снова увидеть Джонатана. Это безумие, что даже сейчас я не перестаю о нем думать. Мне ничего не известно о его жизни после моего отъезда, поэтому сейчас у меня огромное пространство для фантазий. Я принципиально не находила статьи о Джонатане в Интернете и старалась избегать все Нью-Йоркские сайты, на которые была подписана. Пусть жизнь Джонатана Вуда останется только в моем сердце и «больной» голове.

— Где ты сейчас, Джонатан? — мечтательно спросила я у пустоты, глядя в потрескавшийся потолок.

Несколько недель назад, когда мы были вместе, я не могла решиться на то, чтобы уйти от мужа. Винила себя и просто боялась. Сейчас же, я сделала выбор в первую очередь для себя. Пусть я никогда не увижу Джонатана, никогда не почувствую его теплые ладони на своем теле, не растворюсь в нежных поцелуях, но я буду честна с собой. Впервые в жизни я чувствую, что поступаю правильно. Это так иронично. Находиться в объятиях Джонатана и сомневаться в дальнейшем выборе. Тогда было все очевидно, мне нужно было немного рискнуть, немного стать смелее…

***

Я проснулась от того, что соседи выше громко выясняли отношения, как и передвигались по комнате. В номере темно, а за окном уже включились фонари. Снова идет снег, а на душе стало еще морознее. Это как протрезветь после дикой университетской вечеринки, на которую я когда-то попала, и осознать весь масштаб катастрофы.

По гневным сообщениям от мамы и сотне пропущенных от нее звонков, могу предположить, что Алекс преподнес свою правду. И я больше, чем уверена, что мама встанет на его защиту. К этому я тоже готова.

Закидываю телефон в сумочку, надеваю джинсы и теплый пуловер, а сверху накидываю пальто. Нужно убраться из этого места и найти отель приличнее.

ДЖОНАТАН

Возможно, это мой самый идиотский поступок за всю жизнь.

Возможно ли здраво мыслить, если болен любовью?

А я болен. Болен настолько, что приехал искать Эмилию на другой материк в совершенно незнакомую страну в крохотный городок на карте. В моей руке зажат лист с адресом их с Алексом дома, на порог которого я хотел сначала попасть. Посмотрев со стороны на небольшой, но ухоженный, домик сотню раз пожалел, что приехал. Мне стало не по себе, что я могу разрушить их жизнь. Наверное, мне следовало об этом подумать еще на конференции, но тогда я не смог устоять перед вспыхнувшими эмоциями.

Я люблю Эмилию и хочу, чтобы она была счастлива даже, если рядом с ней буду не я.

Несколько часов я наблюдаю за домом, не обращая внимание на мороз, от которого уже не чувствую пальцы на ногах. Я просто стою, опершись плечом о ствол дерева, и ничего не делаю.

Еще несколько часов назад в моей голове был четко выстроен план, по которому я должен уже везти Эмилию в аэропорт. Но что-то во мне изменилось, что-то щелкнуло. Я понял, что поступаю неправильно, появившись снова в их семейной жизни.

Холодный воздух хорошенько меня отрезвил, заставил взглянул с другой стороны на свою жизнь. Я часто заставлял делать людей то, что нужно мне. Часто не обращал внимание на чувства окружающих. Даже в