Миллионерша на выданье - Кларисса Рис

— Да, обхохочешься, — закатила свои серые глазищи.

— Что с вами? — в голосе мужчины послышалась паника.

— Да, вот один особо ретивый работничек не вериг в мое существование, — хмыкнула про себя.

— Простите, — руки мне наконец-то освободили.

— Прощаю, — и, переведя взгляд на экран магафара, злорадно улыбнулась, — и, в отличие от моего заместителя, вполне заработал премию. Хотя бы с порога не поверил и проверить решил.

— Аналуиза, — попытался докричаться до моего разума зам, но я уже скинула вызов.

— А теперь будь добр и испарись с глаз моих долой, — кивнула я брюнету.

— Мне не сказали, что ты тут будешь жить, — странный блеск стальных глаз мне не понравился.

— Это, кажется, меня забыли предупредить, — откинулась обратно на постель,

— мне тут отпуск гарантировали, и ты, в дополнение к нему, ни при каких

обстоятельствах не подразумевался.

— Моя фраза, — скрестил на груди руки этот индивид мужского полу.

— Сколько раз мне еще повторить? — вздернула бровь и нашла-таки откинутое одеяло.

— Пока я не услышу вразумительного ответа, — а он наглец, — почему я должен делить номер с вами.

— Маленькая такая причина, — сощурив глаза, посмотрела на него, — номер принадлежит моей семье.

— И что? — словно издеваясь он напряг руки, и я подвисла.

— To и значит, — тряхнув головой попыталась выгнать картинку обнаженного тела в гардеробной.

— Пока не одного аргумента я не услышал, — мысли снова вернулись к накаченной заднице перед глазами, — а я имею права их услышать.

— Господи, за что еще и ты мне сдался? — захотелось как маленькой накрыть голову подушкой.

— Аргументы? — потребовал от меня этот не пойми кто.

— Я живу в собственной комнате, — резко соскочила с кровати и встала около него, — в любое время, когда мне понадобится эта комната. Если ты не в курсе, то этот отель принадлежит моему крестному, а рекламную компанию с твоей победой, так же спонсировала моя семья. Так что сделай мне одолжение и сгинь в гостевую комнату, и не показывайся в хозяйской части номера.

— По правилам лотереи, в моем распоряжении находится весь номер, — на меня смотрели сверху вниз.

— Плевать мне на эти правила, — прошипела ему куда-то в шею.

— А мне нет, — руки сомкнулись на моей пояснице.

— Радуйся, что выиграл эту поездку, — откинула голову, чтобы видеть его нахальные глаза.

— Вот только ваш отец даже не поинтересовался хочу ли я этот отпуск, — животом я ощущала то, как литые мышцы перетекают под кожей.

— Как будто во всей галактике найдется хоть один, кто откажется сюда приехать? — хмыкнула и рассмеялась.

— Да, — глаза потемнели до цвета неба перед штормом.

— Ты, что ли? — издевательски ткнула его в плечо ногтем.

— Не поверишь, — нахальные пальцы сжали мое бедро, — но я не собирался сюда и не хотел.

— И какие же планы у тебя были на недельный отпуск в честь моего тридцатилетия? — мне даже стало любопытно то, о чем же мечтал этот нахал.

— Хотел устроить романтический вечер со своей девушкой, — пальцы двинулись вверх по спине, — только из-за этого выигрыша у меня теперь ни девушки, ни романтического вечера.

— Какая трагедия, — я-то уже думала, что там что-то серьезное.

— Представь себе, мы с ней двенадцать лет были вместе, — просветили меня.

— Тогда радуйся, — смогла дать ему вразумительный ответ.

— Чему же? — пальцы сжались в моих белых кудрях.

— Что от нее избавился, — теперь мы смотрели глаза в глаза.

— Очень веселая мысль, — в глубине его взгляда промелькнула тоска.

— Если она бросила тебя из-за такой глупости после двенадцати лет отношений,

— провела по его гладковыбритой щеке, — то со стопроцентной гарантией могу сказать, она просто использовала и игралась тобой. Дай-ка угадаю: ты работаешь в популярной фирме, имеешь неплохой дом и капсулу последней модели? При всем при этом, ты не отказываешь ей в подарках, помогаешь и, возможно, жили вы вместе? Угадала?

— Да, — он хмуро смотрел на меня.

— Тогда точно радуйся, — похлопала его по щеке, — такой тип людей никого и никогда не любит, они просто пользуются и выкидывают, когда игрушки перестают приносить пользу. Ведь это был далеко не первый ваш скандал и повод для расставания?

— Угадала, — пальцы перестали сдавливать мою макушку, просто перебирая мои пряди.

— Тогда точно радуйся, — плечи сами собой поникли, — не всем дано найти своего человека. Для кого-то это только недосягаемая мечта.

— Так трагично, — шепот обжег ушко, — особенно из ваших уст.

— Поверь, деньги не гарантируют счастье, — дернулась в его руках.

— Но значительно облегчают жизнь, — усмехнулся он.

— Тут ты прав, — усмехнулась, — а теперь, получив ответы, сделай одолжение и скройся.

— Думаю, на сегодня доза ехидства в моей крови зашкаливает, — тепло чужого тела исчезло.

— Твои только гостевые, — крикнула я в закрывающуюся дверь гардеробной.

И зачем он меня только разбудил. В голове теперь роились стайками перелетные мысли, не дающие мне покоя. Тело отреагировало почти мгновенно на жаркие объятия, да, увиденная ранее картина не давала возбужденному мозгу покоя. Хотелось тут и прямо сейчас, но все мои постоянные любовники, остались там дома. А искать кого-то на одну ночь было откровенно лень. Даже просыпаться сейчас и то не хотелось, если бы ситуация не была на столько идиотской, спала себе дальше и горя не знала.

Но нет, Рактара приспичило поиграть в загадки, и из-за него меня подняли, прервав первую попытку нормально выспаться за последнею пару месяцев точно. Сколько не спала из-за контракта с отцом, я даже посчитать не могла. Все сводилось к двум-трем часам полузабытья, и дошло до двенадцати кружек кофе в день.

Похоже, мой личный врач не выдержал и нажаловался родителям.

Я понимала, что и дальше жить в таком ритме и темпе невозможно, я просто загнусь от переизбытка кофе и нехватки банального отдыха. Но в тоже время сидеть на месте и ничего не делать — для меня было хуже пыток. Я не представляла, чем могу заниматься, помимо работы и бизнеса. У меня не было хобби или увлечений, все, что начинала, я доводила до полного совершенства.

Для таких, как я, на старости уже места в дурке готовят, потому что без работы просто загибаются. Три моих дяди и один дедушка уже посещают ее регулярно, дабы избавиться от синдрома работника. Безрезультатно, но посещают. Единственная, кто может похвастаться относительной стабильностью, — это мама, но у той свои методы борьбы с работой. Она на месяц спокойно уходит в загул. Словно на ее месте появляется другая личность, которая начинает творить и вытворять такое, что говорить страшно.