Поверишь в любовь? - Наталия Романова

Настя решила, что пора выбираться на свет божий, то есть из палатки, поёрзала, покашляла, повозила рюкзаком, сделала всё возможное, чтобы дать понять — она проснулась и всё слышит.

— Доброе утро, — пробурчала Настя, показываясь из палатки.

— Доброе, доброе, — ответила Надя.

— Доброе, — кивнул Ник и уставился в чашку-термос, судя по аромату, с кофе.

— Вон там туалет, — доверительно прошептала Надя, подойдя к Насте.

— Где?

— Да вон же, палатка, узкая такая.

— Ты же говорила «туалет у нас био».

— Так тогда только био и был, а вчера Влад собрал. Там и вода тёплая есть, в общем, разберёшься.

— Ага, спасибо, — Настя покосилась на Ника, тот смотрел на озеро и делал вид, что не слышит разговор, а может, действительно не слышал.

Чуть позже все проснулись, позавтракали, собрались и двинулись в путь. Настя не удивилась, когда Влад перетряс её рюкзак, половину вещей швырнул в палатку, оставшиеся переложил, вот на Кузьму покуситься не дала. Попытку отстегнуть брелок с медведем пресекла сразу. Тем более, отправлялись «недалеко», если верить его же словам, а несколькограммовый Кузьма не прибавит веса рюкзаку.

Настя покосилась на двух вчерашних приглашённых, одна из которых явно ночевала с Егором, а вторая пришла из соседнего палаточного лагеря. Новых знакомых звали Марина и Милана. Марина притопала почти к отходу, волоча рюкзак подруги. По мнению Насти, Марина внешне выигрывала у Миланы, она была выше и худее, больше соответствовала стандартам красоты. Милана же казалась проще: невысокая, с лишним весом, осевшим по большей части на бёдрах и ягодицах, неудачно прокрашенная, словно сама наносила краску на голову. А может, так и было. Странно, что Егор выбрал Милану, когда была Марина… Настя не забивала себе голову предпочтениями парня, тем более, Марина явно претендовала на Ника, а не на балагура Егора. Он, скорее всего, выбрал по остаточному принципу. Где ещё две девушки, Настя спрашивать не стала.

Идти нужно было всё время вверх, по неудобной тропинке, среди камней, кустарников и кедров. Настя всё время всматривалась в окрестности, пытаясь найти хоть что-нибудь, вызывающее восторг. Нет, несомненно, местность отличалась от того, что когда-либо видела Анастасия Веселова, но восторга так и не появилось. Единственная радость, как и сказал Влад ещё у палаток — погода разгулялась, и стало тепло. Настя шла с голыми ногами, в шортах, и вокруг не было комаров, слепней и прочей мошкары.

Маленький отряд возглавлял Влад, рядом с ним бодро вышагивала Надя, время от времени восхищённо подпрыгивая и хлопая в ладоши, как маленький ребёнок, нашедший под ёлкой Киндер-сюрприз. Влад, кажется, по сторонам особо не смотрел, он глазел на Надежду и не переставал улыбаться. Настя раздумывала, передать ли слова Нади Владу или не стоит…

За ними шагал Егор, для бессонной ночи он выглядел на редкость бодро, светился, похоже, в отличие от Насти, несколько часов сна ему достаточно. За ним топали Милана и Марина. Избранница Егора шагала шустро, вихляя обширными бёдрами, туристическая пенка на резинке, а попросту «пендаль», покачивалась в такт движениям и невольно приковывала взгляд. Марина время от времени отставала, возвращалась к Нику и пыталась завести беседу, иногда ей это удавалось.

Настя послушала историю болезни кота Марины, потом бабушки, а следом была просвещена о неудачном переломе левой руки несколько лет назад. Ник всё это выслушивал с почти ничего не выражающим лицом, время от времени кивая или задавая уточняющие вопросы.

— Посмотри, у меня мизинец кривой так и остался! — заявила Марина и протянула руку Нику. — Как думаешь, можно его выпрямить?

— Это Гену нужно спросить, он у нас травматолог.

Гена Зелёный в это время шёл замыкающим и любовался на природу, глазея по сторонам.

— Что скажешь, Ген? — крикнул Ник, тряхнув рукой Марины, как будто та была отдельно от тела. — Можно выпрямить?

— Что один травматолог собрал, другой завсегда сломать может, — задумчиво проговорил Гена, с флегматичным видом, не вынимая травинки изо рта.

— А ты какой врач? — встрепенулась Марина, глядя на Ника, окрылённая, что на неё обратили внимание.

— Реаниматолог, — коротко ответил Ник и протянул руку Стасе. Он машинально подавал ей руку, подхватывал, поддерживал на протяжении всего пути, тропинка была скользкая после дождя, солнце не успело просушить землю.

— Это так романтично! — взгляд Марины выражал полный восторг от нового знания.

— Да, закачаешься.

— Моя соседка, когда лежала в реанимации… — тут же включилась Марина, рассказывая про соседку таким тоном, словно несчастная женщина не в реанимации побывала с черепно-мозговой травмой, а на Бали год прожила. Ник в это время посмотрел на Настю и вдруг закатил глаза. Настя фыркнула, едва не засмеявшись в голос, уж очень несчастный вид был у мужчины.

— Ник, — Марина остановилась, как вкопанная. Ник, шагавший широко, почти врезался в стоящую грудью к нему женщину. — А ты умеешь делать искусственное дыхание? Рот в рот?

— Угу, при СЛР, — буркнул Ник.

— Современный любовный роман?!

— Сердечно-лёгочная реанимация, — криво улыбнулся Ник.

— Милая Марина, — вмешался Зелёный, оттесняя Марину от Ника, протискиваясь между ними. — Сердечно-лёгочная реанимация может сопровождаться переломом рёбер, я бы не рекомендовал попасть под этот каток всепоглощающего современного любовного романа, — Гена показал взглядом на Ника. — Давайте-ка, я лучше ваш мизинец посмотрю, и меня дегенеративные дистрофические изменения отделов вашего позвоночника заинтересовали.

— А? — Марина попятилась от Зелёного.

— Не пренебрегайте консультацией, — заявил Ник удивлённой Марине. — Геннадий Николаевич — один из лучших в своей области специалистов.

— Ник? — Марина хлопала ресницами.

— Здоровье — самое важное, — продолжил Ник с серьёзным лицом. С таким же лицом он смотрел, как Геннадий приобнял девушку и увёл её вперёд, что-то рассказывая по пути, время от времени поднимая то руку, то ногу девушки. То прощупывал шею, разглядывая, как отдельные детали организма, эдакие запчасти, которые можно подправить, а в некоторых случаях выкинуть и поменять на новые, с гарантией.