Все, что мне надо - Мария Зайцева

Дарья.

Первая моя реакция - ошеломление.

Хотя…

Кого я обманываю?

Никакое не ошеломление. Потому что я знала, что это будет, с самого начала. С того момента, когда переступила порог его пафосного кабинета. И даже раньше.

Надо хотя бы перед собой быть честной.

Я не просто так злила его. Не просто так намеренно ласково называла Сашу «милым», хотя так не говорила вообще никогда. Вообще. Недаром он там подавился, кажется.

И разговор я начала в намеренно злобном тоне. Настойчиво-нахальном. Конечно, в тот момент я себе отчет в своем поведении не отдавала. Просто хотелось его дразнить.

Вывести из себя. Стереть эту надменную усмешку с физиономии, наглой до невозможности.

Он был слишком хорош.

В своем роскошном кабинете, в своем нарочито неброском костюме с небрежно повязанным галстуком. На широком запястье – часы. Тоже неброские.

Таким, как он, не требуется кого-то убеждать в своем статусе. Он прослеживается в каждом жесте, в спокойно-мощном развороте плеч, в равнодушно-холодном, хищном взгляде.

Ох, как мне захотелось его выбесить!

Не утерпела. Не смогла просто.

Наклонилась к нему, практически через стол перегнулась. И с наслаждением изучала промелькнувшее выражение растерянности в его холодных глазах. По крайней мере, мне именно так показалось.

Что, не ожидал, властитель мира в одном, отдельно взятом городе?

Не думал, что тебе кто-то может слово поперек сказать?

А получай теперь!

Лови!

Не знаю, чего я ждала в ответ.

Извинений? Отступления? Хамства? Грубости? Угроз?

Хотя нет.

Знаю.

Конечно, знаю.

Того, чего в итоге добивалась. Того, что получила.

Он целует грубо. Держит больно и жестко. Ни одного шанса вывернуться.

И в то же время у меня нет никаких ассоциаций с моим прошлым опытом.

Может, дело в том, что я прекрасно знаю, что он может себя контролировать? Сможет остановиться? И это – лучшая гарантия моей безопасности? Я , несмотря на его грубость, все же понимаю, ощущаю в глубине души, что он перестанет, как только начну сопротивляться.

И потому не сопротивляюсь. Медлю.

Даю себе возможность, чуть больше времени, чтоб ощутить в полной мере происходящее.

Насладиться?

Именно так.

Я помню его прошлый поцелуй. Жестокий, насильственный.

Этот – похож. Но все равно все по-другому.

Он не делает попытки форсировать события. Просто держит, просто целует.

Грязно, жестко, буквально имеет меня языком, не давая возможности даже вдох сделать. Но кроме этого – ничего. Не хватает за грудь, не расстегивает одежду, не тащит на себя.

От недостатка кислорода, от бешено бьющегося сердца мутнеет сознание, и я почему-то отвечаю.

Неловко и слабо, но он улавливает мой ответ, тихо рычит, звук словно не из горла, а прямо из груди идет, вступает в резонанс с моим диким стуком сердца, рождает ответную вибрацию.

И я делаю следующий шаг. Обхватываю его за шею. Не для того, чтоб, как в прошлый раз, вонзить ногти в загривок. Нет. Для того, чтоб побудить к дальнейшим действиям.

И да, я отдаю себе в этом отчет.

Я его терпеть не могу.

Его и подобных ему властных мудаков. Но я его почему-то хочу. И, кажется, еще с тех пор, как ощутила его горячее жесткое тело на себе. Просто тогда я не понимала, униженная и напуганная дикостью ситуациии.

А сейчас… Сейчас понимаю. Очень хорошо понимаю.

А еще понимаю, что это первый такой бешеный отклик тела за многие годы.

Я так хотела только своего бывшего мужа, такого же властного мудака, как и этот.

Хотела настолько, что позволила этой твари сделать с собой все, что ему приходило в голову. И поплатилась в итоге.

Но тогда я была очень молоденькой. И глупой. И не могла ничего контролировать.

А теперь – могу.

И буду.

Я вонзаю ногти в его загривок. Предупреждающе.

И он тут же отрывается от моих губ. Смотрит. В глазах – беда. Погибель моя. Они настолько безумные, что я без труда прочитываю все проносящиеся в его воспаленном мозгу порно-картинки. С моим участием.

И, черт!

Я дико в этот момент хочу воплотить их в жизнь!

Он дышит тяжело, смотрит на мои красные натертые губы.

- Так. Или сваливай, или раздевайся.

Голос, хриплый, возбужденный, режет прямо по животу, остро и болезненно. Уйти? Мне уйти?

Пока я пытаюсь отдышаться и придумать правильный остроумный ответ… Да, черт, просто для себя найти оправдания тому, что я хочу остаться, мудак все решает за меня.

Совершенно по-мудацки. Властно.

- Все, время вышло.

Одним махом перепрыгивает стол, оказавшись рядом со мной, и , пока я оторопеваю от резкости этого движения, дергает за талию к себе, опять целуя. Только уже с полным осознанием потери тормозов.

И я отвечаю.

Сразу.

С огромным облегчением!

Обнимаю, вплетаю пальцы в его волосы, тяну на себя, прижимаюсь всем телом. Он с такой готовностью обхватывает меня, сжимает, как-то очень быстро стаскивая пиджак и дергая пуговицы на рубашке. Обнажает плечо, разглядывает мою шею и ключицы жадными глазами, хрипит довольно:

- Так и думал…

А потом идет по своей, уже проложенной дорожке, целуя и кусая ровно в тех местах, где остались следы с прошлого раза.

А меня кроет. Так сильно, что на ногах не могу стоять.

И тем не менее, я не собираюсь уступать ему.

Пока не обозначу все точки над i , по крайней мере.

- Это только один раз, понял? – отрываю его от себя, чтоб посмотреть в бешеные глаза. Ужасаюсь темной силе, что опаляет меня, но не сдаюсь, повторяю настойчиво и требовательно:

- Один. Раз. И всё. Понял?

Он смотрит на меня пару секунд, словно переваривает информацию.

А потом молча рвет остатки рубашки на груди.