Не играй с нами, девочка - Агата Лав

Черт, она даже не запомнила его название. Всё время через черный вход.

— В котором были вчера, — добавила она.

Другое место на ум не пришло. Нечетный провел вчера там почти весь день, и именно туда он привез ее утром, а Марк наведался после обеда. Наверное, там же он и напился.

— Так как он называется?

— Пиранья.

Для разнообразия подумалось припарковаться на общей стоянке, перед заведением. Она скосила взгляд на охранника, и тот разрешающе кивнул. Вскоре она различила красную табличку, сообщающую, что заведение не работает.

— Марк здесь? — она повернулась к охраннику, который увязался за ней.

— Да.

Он провел ее вглубь по темным коридорам, пока не открыл перед ней последнюю дверь. Небольшой зал повторял старшего брата: барная стойка, круглые столики, приглушенное освещение ощетинившихся шипами во все стороны ламп. В комнате находилось человек пять. Марк стоял в центре. И он так увлекся, разглядывая девушку, которая сидела на столике перед ним, что не заметил гостей.

Отлично, вовремя.

— Бекки, Бекки, — зашептал он с неясной интонацией.

Его руки легли на стол, почти обняв девушку. Та сжалась и резко выпрямила спину, чтобы хоть как-то отдалиться от босса. Марк же навис над ней, беззастенчиво рассматривая каждый сантиметр ее тела. Короткие джинсовые шорты и облегающий топ оказались как нельзя кстати.

— Ты красива, — продолжил он, — чертовски красива...

Он легонько дотронулся до ее волос, убрав красную прядку от лица.

— Не бойся, малышка, ничего не бойся.

Малышка.

Марк спустился ниже по ее волосам и откинул их за спину, забыв свою ладонь на ее плече. Он улыбнулся и придвинулся еще ближе. На этот раз Бекки не шелохнулась.

— Я умею быть ласковым, когда хочу.

Еще чуть и она сама наклонится к нему. Анна могла в подробностях описать ощущения девушки. Она знала их наизусть. Дьявольское мужское обаяние и красивое волевое лицо. И в тоже время от него исходила угроза. Не легкая и возбуждающая, а настоящая, пронизывающая до самого нутра. Безотказная комбинация, да, он был именно таким, из больной женской фантазии. Насильником с позволения.

— Помоги мне, — надавил Марк.

Анна коснулась руки охранника и встала на носочки, чтобы дотянуться до его уха.

— После передай боссу, что я жду его в соседней комнате.

Она вышла, придержав дверь, и побрела назад по коридору. Она успела запомнить, что здесь и где, несмотря на стремительный шаг сопровождающего. Случайно названная комната располагалась за первым поворотом, и она вдруг оказалась самой неподходящей.

Хоть и безлюдной, к счастью.

Две стены от потолка до пола закрыли зеркалами, над ними же стояли продолговатые столы, заваленные косметикой и бижутерией. Напольные перекладины с россыпью вешалок занимали другую половину. Анна провела рукой по нарядам, которые царапнули кожу стразами и заклепками. Взгляд они царапали также зверски, от расцветок закружилась голова.

Она наткнулась на короткое платьице, которое само попросилось в руки. Анна со злой усмешкой выудила его и приложила к телу. Неясный импульс налился ударной силой. Она сняла с себя всю одежду без исключений и натянула леопардовую шкурку. Потом собрала волосы в высокий пучок, чтобы примерить белый парик. Самый белоснежный, уходящий в мертвецкую синеву и даже не притворяющийся хоть на каплю натуральным. И еще красная губная. Она придирчиво оглядела себя в зеркале. Отлично. Не хватало одной детали. Ценника.

Она успела расчистить столик, собрав палетки в сторону, и усесться на него, закинув ноги на красный пуф. Шаги Марка она угадала сразу. Именно его шаги. Он вошел в комнату и замер на мгновение, увидев ее. Затем закрыл дверь и облокотился на нее. Его взгляд смягчился и заблуждал по ее телу.

— И как ощущения? — спросил он с улыбкой, оставшись в другом конце комнаты.

— Никак не могу выбрать себе имя. Повычурней.

Он наклонил голову и едва удержался от усмешки.

— Виолетта.

— Виолетта, — повторила Анна, растягивая по слогам. — На него встает?

Марк кивнул.

— Ведь этот клуб давно у тебя?

— Да.

— Ты трахал кого-нибудь здесь?

— На столе — нет.

Он, наконец, шагнул к ней.

— Хочешь грязных разговоров? — спросил Марк.

— И не только разговоров.

Он подошел вплотную и ногой оттолкнул пуф, выбив его из-под ее туфель.

— А это не будет считаться изменой?

Крепкие руки Марка подхватили ее ноги, мягко очертя лодыжки.

— А ты назови меня малышкой, чтоб наверняка, — ответила Анна.

Он закусил нижнюю губу и вернулся глазами к ее лицу.

— Ты была там?

Она кивнула.

— Видела, как ты обхаживал красавицу.

— Я жестоко льстил.

Его пальцы добрели до коленей, и он надавил, скользнув между ног. Только Анна успела сомкнуть бедра.

— Дразнишь?

— Чуть-чуть.

Марк все же нашел лазейку, медленно собрав и так короткое платье. После приблизился и глубоко поцеловал в губы. Со словесной прелюдией было определенно покончено.

— Как ты хочешь? — выдохнул он над ухом.

— У Виолетт обычно спрашивают?

Он сжал рукой ее шею и с силой притянул к себе. К своим умелым губам.

— Никогда.

Анна нащупала его ремень и молнию. Платье уже скрутилось тугим жгутом стрейча где-то над грудью, а мужские пальцы настырно и жадно ласкали ее обнаженное тело.

— Сними его, — попросила Анна.

Марк подцепил ткань, потянув вверх и скрутив ее еще плотнее. Она подняла руки и ощутила жесткое прикосновение удавки на плечах, оно проскользнуло по локтям, выше... Марк перехватил ее ладони и грубо прижал к зеркалу, заставив оставить руки вытянутыми над головой. Свежая ссадина болезненно заныла, отвлекая. Всего на секунду. Он резко подтянул ее, впившись в талию. От неосторожного движения повалилась куча пластмассовых коробков, которые с глухим звуком рассыпались по полу.

Марк вновь оказался над ней, грозный, сильный... Его распаленное дыхание чертило дорожку вдоль щеки, и от этого жара голова кружилась не меньше, чем от его сминающих касаний. Слишком сильно, слишком душно, всё слишком... Он толкнулся, войдя в нее. И Анна плотнее обхватила его бедрами. Руки дернулись вниз, чтобы почувствовать его плоть, но он так и не отпустил. «Как ты хочешь?» Так? Анна послушно расслабила тело, когда его руки спустились к ягодицам. Он наталкивал ее на себя, заставляя двигаться быстро и жестко. Раз за разом, пока он не выплеснул все эмоции.