Злые чары Синей Луны - Саймон Грин

Мало кто из обитателей Хейвена заметил, что в город пришла весна. Быть может, где-то далеко, в ином мире, сия пора и знаменует начало новой жизни, первое благоухание любви и расцвет счастья для всякой твари, но только не в Хейвене, этом гнилом яблоке Нижних королевств.

Независимый город-государство Хейвен располагался в самом центре Южных земель. В его темных запутанных улицах соседствовали мечи и колдовство, религия и политика, а обычной разменной монетой служили жизнь и смерть. Расположенный на пересечении дюжины оживленных торговых путей, Хейвен процветал из года в год не одно столетие. Он был словно огромный, яркий, мясистый цветок ядовитого растения. Самые разные люди и твари всех мастей и пород стекались сюда, привлеченные богатством и многочисленными загадками города. Здесь можно найти решительно все. Естественно, по соответствующей цене. В Хейвене платили золотом или жизнью, а в конечном итоге почти всегда – душой. В этом городе сбывались сны – в том числе и самые кошмарные. Он издавна слыл обителью чудес и ужасов. Из его улочек за путниками постоянно следили голодные глаза, далеко не всегда человеческие и не обязательно живые.

В Хейвене сплетались в чудовищный клубок красота и тайны, святые и негодяи, наслаждения и преступления.

Основное занятие здешних жителей – обыкновенных людей, героев и преступников – заключалось в том, что они просто старались прожить еще один день. Лишь изредка встречались здесь такие, кто прилагал неимоверные усилия, чтобы не дать всему развалиться окончательно. Они стремились покарать виновных и защитить невинных... Или хотя бы попытаться придать обстановке более-менее цивилизованный вид.

Среди таких ненормальных числились два капитана городской Стражи. Это была супружеская пара – Фишер и Хок. Не исключено, что кроме них в городе вообще отсутствовали честные полицейские. Супруги не брали взяток, ни от кого не прятали глаза и не позволяли бандитам особенно ломаться. Ну, разве что речь шла о руке или ноге.

Иногда они побеждали, порой – терпели поражение; однако в свое время провернули несколько весьма серьезных дел и даже пару раз спасали этот проклятый город. За свои труды Хок и Фишер не получили ни повышения, ни прибавки к жалованию. Они даже не услышали паршивой благодарности в свой адрес. Приверженность справедливости всегда способствует наличию многочисленных и влиятельных недругов.

И тем не менее Хок и Фишер славно повоевали. Такими уж они уродились.

Порой их методы казались экстремальными и излишне жестокими. Отследить продвижение капитанов по городу легче всего было по оставленным ими окровавленным телам... Ну что ж, в конце концов, это ведь Хейвен!

Начальство сочло нужным закрепить за этой парой Северную окраину – беднейшую и самую опасную часть города. Нетрудно догадаться, что наибольшую опасность в этих жутких кварталах, кишащих подозрительными типами, представляли сами Хок и Фишер. За годы, проведенные в Хейвене, капитаны добросовестно потрудились над своей репутацией, и местные жители предпочитали не попадаться им на глаза.

Вот и сейчас, едва завидев их, редкие прохожие быстро переходили на другую сторону улицы.

Высокий, темноволосый капитан Хок не мог похвастаться привлекательной наружностью. Старые шрамы покрывали всю правую половину его лица, а черная шелковая лента над пустой глазницей придавала ему вид мрачный и неприветливый. Под толстым черным плащом он носил простую белую тунику и черные брюки. Единственным ярким пятном его костюма служил синий шелковый шейный платок. Длинные волосы, к тридцати пяти годам изрядно разбавленные пепельными прядями, капитан собирал в хвост и скреплял на затылке серебряным зажимом.

Тощий и жилистый, но с явно наметившимся брюшком, капитан Хок на первый взгляд не заслуживал особого внимания. Ничего особенного: обыкновенный наемник, прошедший и огонь и воду. Однако настораживали его собранная манера двигаться и холодный, прямой и пристальный взгляд единственного темного глаза. Вместо меча на правом бедре висел топор с короткой рукоятью. Капитан великолепно управлялся с этим оружием. Практика у него имелась обширная.

Женщина шагала рядом с мужчиной так, словно составляла с ним одно целое. Тридцати двух лет от роду и добрых шести футов ростом. Скорее интересная, нежели красивая. Свою длинную тугую светлую косу Фишер утяжеляла полированным стальным шариком. Суровая худоба ее лица резко контрастировала с глубокими синими глазами и благородно очерченным ртом. Она одевалась, подобно мужу, в черное и белое. Расстегнутая блуза щедро приоткрывала грудь – в основном это делалось для того, чтобы отвлекать противника. Рукава рубахи закатаны выше локтей. Мускулистые руки – в старых рубцах. На поясе у нее висел простой меч без всяких украшений. Она редко убирала ладонь с его рукояти.

При встрече с Фишер почему-то сразу становилось ясно: давным-давно некая сила очистила ее от любых человеческих слабостей.

Давние партнеры, отличные воины, герои поневоле, Хок и Фишер не вели обычных, рутинных дел. Им доставались все самые сложные, странные и опасные случаи. К супругам обращались, когда было испробовано уже все, включая попытку закрыть глаза на происходящее в надежде на то, что все как-нибудь само собой рассосется.

Ранние часы нынешнего утра обещали дело не совсем обычное даже для них.

– Просто не верится! Нас послали разобраться с положением в доме, где живут привидения! – Фишер раздраженно пнула какой-то уличный мусор, недостаточно быстро убравшийся с дороги. – Я что, похожа на экзорцистку?

– На мой взгляд, эта работа скорее для священника, – примирительно заметил Хок. – Но если она позволит нам провести самые холодные утренние часы внутри славного теплого особнячка, с доброй чашей подогретого вина и какой-нибудь остренькой закуской... что ж, человек должен идти туда, куда велит ему долг. Можно будет вволю постучать по стенам и поразмахивать распятиями. Кстати, ты заметила – призраки всегда выбирают для своих явлений самые большие и дорогие дома.

Фишер презрительно фыркнула, глядя прямо перед собой.

– Ну да, ты же читаешь эти россказни. Сомневаюсь, что вообще верю в привидения. В свое время мы навидались всякого потустороннего дерьма, начиная с вампиров и оборотней и кончая персонажами с улицы Богов, но с явлениями призраков еще не сталкивались ни разу. Черт, если бы призраки и впрямь существовали, то, учитывая, сколько народу нам довелось положить за эти годы, мы бы уже увязли в них по горло.

– Ладно, что бы там ни беспокоило семейство Хартли, у них явно хватает связей, чтобы надавить на наше начальство. Так что придется нам с этим разобраться. Скорее всего, их тревожат пара-тройка скрипучих половиц да нечистая совесть, и нам останется только посидеть в тепле и уюте, изображая, будто мы ждем появления чего-нибудь эдакого. Желательно проделывать наши многозначительные трюки под разнообразные мясные закуски... Меня устроит чесночная колбаска. Ломтиками. Или соломкой. Да, я бы не отказался от некоторого количества чесночной колбасы. Прямо сейчас.