Внеучебная Практика - Дарья Гусина

— Не факт, — пожевал губами Милли.

— Факт. Ладно, признаюсь, он производил эманации горечи, — я вздохнула: хотелось бы для пущего эффекта объяснить все при помощи моего любимого дедуктивного метода, но дело слишком серьезное, чтобы пускать пыль в глаза. — Просто я понять не могла, откуда тоской тянет. На это никто особо внимания не обращал, слишком… размыто –  ну хочется девчонкам поплакать в туалете, с кем не бывает. Но он страдал тихо, значит, понимал, что в случае манифестации его выловят… он  таился. Его что-то тут держит: или место, или предмет, к которому он привязан, или… он сам… в виде останков. И произошло убийство или самоубийство еще до того, как здесь стало шумно и людно: кто-то заметил бы пропажу соседа, замуровывать же тело в стене или спускать его в канализацию, когда в дверь стучат те, кому приспичило…ну так себе идея. Нет, это было не самоубийство – тело нашли бы при ремонте, вызвали бы агентов и зачистили здесь все. Я все-таки склоняюсь к тому, что его убили в туалете, а потом… растворили кислотой?

— Да, логично, — пробормотала Ксеня. — Он умер здесь… или его принесли сюда, пока дом стоял пустым, примерно двадцать лет назад. Отличное, наверное, было место, чтобы расчленить труп.

— Куда я попал? — пробормотал Милли. — И эти люди еще пеняют мне на жестокие сцены в книгах?

— Я просто рассуждаю.

— Я был глуп, когда предполагал, что кого-то из вас ВООБЩЕ может тошнить.

— Тип «Дэ». Поняли теперь? Фантом из последних трех типов рано или поздно вылез бы. Они не могут существовать без активных манифестаций. Тип «Е», например, пакостники те еще, — поморщилась я. — Насчет низкой агрессии – есть совпадение по типу «Эф», но в последних видах телекинез, цветовые и шумовые проявления, имитация человеческой речи… не, его бы давно заметили. «Дэ», однозначно.

Марьяша потерла лоб:

— И он до сих пор помнит?

— Помнит, — пискнул Ри-ши. — Убийство. С кем не бывает.

— Ты знал? Видел его? Конечно, ты его видел! Ты же фейри! Что же ты молчал? А я тут мозги ломаю, версии строю! — возмутилась я.

— Ну, ребят, включите логику, — снисходительно заявил Ри, копируя мою фразу.

— Бинго, малыш! — хмыкнул Милли. — Как Ри-ши мог рассказать то, о чем его не спрашивали?

— Ри! — подпрыгнула на месте Ксеня. — А что держит тут призрак? Ты знаешь?

Пикси задумался. Ему явно не хватало слов. Он подлетел к Марьяше и поднял в воздух прядь ее волос с заколкой в виде розы.

— Цветок! Он хотел подарить его своей девушке, но смерть разлучила их! О-о-о, — Ксеня прижала руки к груди.

— Он был парикмахером. Держал тут, в доме, салон, — предположила Марьяша. — Разорился, влез в долги, его убили криминальные коллекторы.

Пикси помотал головой.

— Кусок скальпа, — высказала я свою простую, как два грошика, версию. — Волосы. От трупа.

— Бинго! — просиял пикси.

— Ужас, — не слишком расстроенно сказала Ксеня. Внутренний патологоанатом и в этот раз победил в ней романтика.

— Дамы, я понимаю, что вам скучно, — пробурчал Милли. — Но давайте оставим расследования детективам-реставраторам и агентам из Контроля и подумаем, куда сходить пообедать.

— И у меня все еще полный потенциал, — вспомнила я, хватаясь за голову. — Вот… имп рогатый!

— Тебе нельзя в кафе, — Милли покачал головой.

— У меня идея, — сказала Марьяша. — Что делают нормальные люди, когда их переполняет энергия?

— Занимаются спортом, — категорично заявил альв.

— По твоей версии идут в боксерский клуб и колотят друг друга до посинения, — фыркнула Ксеня.

— Битие морд в разумных дозах полезно, потому как…

— Не мой случай, — прервала я друга, — моя главная проблема как раз в подборе правильной дозировки. Поэтому всякие фитнесс-клубы и бег… ну вы в курсе.

— В курсе, — хором сказали Ксеня и Милли, припоминая мои «подвиги» на школьной спортплощадке.

— Олдскульный вы народ, господа ботаны, — Марьяша закатила глаза, — люди идут туда, где остальные заняты тем же самым – сбрасыванием напряжения. Они идут в клуб. И танцуют, потихоньку, незаметно рассеивая по сторонам коловрат, среди беснующихся, брыкающихся и кривляющихся, как выражается моя мама, питекантропов. Нам нужно место, где развлекаются такие же фрики, как Лучезара, с диби… нестандартным коловратом. И если до вечера за нами не приедут, нас ждет… «Двойная Луна»! — подруга обвела нас победным взглядом.

— Туда не попасть, — вздохнула я, быстро отыскав на телефоне страницу клуба в Сети. — Там столики за месяц бронируют. К тому же я пока несовершеннолетняя.

— Проблему со столиками я решу, — не смутилась Марья, — помните моего кузена Эраста? Из него маг, как из меня балерина, — подруга продемонстрировала нам внушительный бицепс, — однако мой дядя отправил его учиться в Академию. С тех пор Эраст не учится, а зажигает по клубам, потому как таланта у него ноль, обид тьма, а тетя Елизавета дает ему деньги, чтобы дитятко «отвлеклось от депрессии». Считайте, билеты у нас в кармане.

— Это не отменяет тот факт, что мне еще нет восемнадцати, — хмуро констатировала я.

— Зато мне есть, — со странным, задумчивым выражением произнесла Ксеня. — В прошлый  вторник исполнилось.

— Я помню. И что?

— А то, что я  уже имею право владеть собственным големом. Для охраны и… вообще. Сейчас модно ходить по клубам с кадаврами. Я и бланк необходимый на сайте учета заполнила, и разрешение получила.

— Зачем?! Ты не ходишь по клубам! Ты зубрилка!

— Ну… на всякий там…

Вся компания уставилась на меня с нехорошим интересом.

— Э-э-э… Может, все-таки на полигон? — робко предложила я.