Пандемониум. 3. Кодекс вещих сестер - Евгений Гаглоев

Войдя в здание административного корпуса, Тимофей двинулся по длинному, мрачному коридору. Почему-то здесь, несмотря на высокие витражные окна, всегда стоял легкий полумрак. Парень уже хотел постучать в дверь директорского кабинета, когда вдруг услышал доносящиеся изнутри громкие голоса.

– Мы не знаем, с кем она должна была встретиться! Обычно она делилась с нами всем, но тут отчего-то решила все скрыть!

Тимофей так и застыл с поднятой рукой.

– Я не хотела бы вам напоминать, – гневно заявила кому-то Елена Федоровна, – ибо это прозвучит, как фраза из детективного сериала, но за дачу ложных свидетельских показаний вас могут привлечь к ответственности. И это вам точно не понравится!

– Но мы правда ничего не знаем! – горячо воскликнула в ответ какая-то девчонка. – Если бы знали, обязательно сказали бы, ведь она была нашей лучшей подругой.

– Есть вещи, о которых она даже нам не рассказывала! – добавила вторая девушка.

Тимофей понял, что это и есть Миронова и Купала. Он ни разу с ними не разговаривал, поэтому и голоса были ему незнакомы.

– Довольно, – послышался спокойный мужской голос. – Давайте пока на этом и остановимся. Девушки, произошло жестокое убийство, а жертвой стала ваша подруга. Не в ваших интересах хранить от нас какие-то тайны. Вы это понимаете?

– Понимаем, – после паузы буркнул кто-то.

– Если что-то вдруг вспомните, немедленно сообщите Елене Федоровне, а она пригласит нас. Все ясно?

– Да, – глухо ответила девушка.

– Можете идти. – Это произнесла уже Лариса Аркадьевна.

Послышался звук отодвигаемых стульев, по паркетному полу застучали каблуки. Тимофей едва успел отпрянуть от двери к противоположной стене, как навстречу ему из кабинета вышли Таня Купала и Алика Миронова. У обеих были бледные, заплаканные лица с потеками черной туши.

Полноватая Татьяна на полголовы возвышалась над стройной Аликой. Несмотря на форму академии, девчонки выглядели как настоящие готки – черные волосы, черная помада на губах, черный лак на длинных ногтях. Из-за всей этой черноты издали их можно было принять за родных сестер. На шеях и запястьях девушек поблескивало множество золотых цепочек и оккультных амулетов – ведь серебро Первородные не носили. Они проплыли мимо застывшего Тимофея, всхлипывая, не удостоив его и взгляда. Следом из кабинета вышли шериф Владимир Мезенцев и Лариса Аркадьевна.

– Я провожу вас до ворот академии, – говорила Лариса следователю.

Мезенцев уже уходит? Тимофей удивленно вскинул брови. Для чего же тогда его сюда пригласили?

– А ты пока проходи. – Лариса Аркадьевна будто прочла его мысли. – Тебя давно ждут.

Недоумевающий Тимофей шагнул в кабинет. Елена Федоровна сидела за письменным столом, разбирая какие-то бумаги. Ее черные блестящие волосы были стянуты в конский хвост на затылке, на носу сидели простые очки в черной оправе. Стоило директрисе глянуть сквозь эти очки, и под ее пристальным взглядом робели даже самые отъявленные хулиганы.

– А вот и он, – сообщила кому-то Елена Федоровна. – Зверев, пожалуйста, закрой за собой дверь.

Тимофей послушно закрыл и только после этого заметил мужчину, сидевшего в кресле в темном углу кабинета. Тот с приветливой улыбкой поднялся ему навстречу, протягивая руку:

– Тимофей? Рад с тобой познакомиться.

Парень нахмурился, разглядывая его. Перед ним стоял высокий, широкоплечий мужчина лет сорока в строгом костюме темно-серого цвета. Его виски были коротко выбриты, а длинные, черные с проседью волосы зачесаны назад и стянуты в хвост. Узкие бакенбарды, обрамляющие скуластое лицо, переходили в аккуратную бородку.

– Я только что видел вас по телевизору, – вспомнил Тимофей. – Вы стояли среди репортеров.