Лиарха - Марина Эльденберт

Еще утром я бы с удовольствием врезала ей. Сама.

Но эта картина не хочет стираться из памяти. Я просто не могу поверить, что ее нет. За последнее время я видела столько всего, что хватит до конца жизни, но именно сейчас я чувствую, как во мне кончаются силы.

Силы, которые мне так нужны, чтобы защитить семью. Но что самое ужасное, я не представляю, как их защитить. Обладая такой убийственной мощью стихии, я не представляю, как мне защитить свою семью от вооруженных безумцев.

Не убив их всех на глазах у своих сестер.

Чтобы не скатиться в панику, я смотрю себе под ноги и считаю камни, отмечая их цвета.

Один. Черный.

Два. Белый.

Три. Серый.

Четыре. Белый.

Как лицо Лиры.

Пять. Коричневый.

Шесть. Серый.

Семь. Темно-синий.

Как глубина. Глубина глаз лиархи.

Я вспоминаю взгляд рыжей на базе, и там, на берегу. Тимри тоже лиарха. Вот только она никого не убивала. Я видела, как она смотрела на Лиру. Как застыла ее команда.

Никто из них никого не убивал, понимаю я. Они все впервые держат оружие, а если не впервые, то раньше держали только на учениях с голограммами мишеней. От внезапной догадки меня начинает тошнить, причем так сильно, что я останавливаюсь.

— А я говорила, чтобы шла тише.

Н’эргес вплотную приближается к нам, остальные невольно замедляются.

— В чем дело? — спрашивает въерх.

Это ты мне скажи, в чем дело! Кэйпдор ведь далеко не главная цель. Это просто отвлекающий маневр для въерхов, для Диггхарда К’ярда. Бывший безопасник «Бабочки» просто сопровождает нас на верную смерть, вот и все. Мы все изначально — расходный материал. Не только моя семья, Вартас, Родрес и Лира. Все вооруженные парни и девушки, Тимри — тоже. Основная атака начнется не на Втором.

— Не каждый день у меня на глазах убивают, — цежу я и выпрямляюсь.

Поворот уже совсем рядом, и до него я погружаюсь в себя. Снова и снова прокручиваю в голове карту затоплений, сопоставляю варианты всего, что увидела и услышала. Каналы, которые Дженна собиралась взрывать — как сосуды, Кэйпдор — сердце. Взорвать сердце проще всего, но можно просто отравить кровь, идущую по сосудам. Достаточно запустить цепочку взрывов и направить силу лиархи оттуда, где она сильнее всего. А сильнее всего она… здесь, в океане. Со стороны Пятнадцатого.

Пятнадцатый — наш последний рубеж.

Я оборачиваюсь к Лэйс.

— Как ты себя чувствуешь?

— Бывало и лучше, — сестра кривится.

Вартас по-прежнему несет ее на руках, но сейчас я цепляюсь за его взгляд — чтобы дать понять, что он мне нужен, и насколько он мне нужен. В его глазах мелькает вопрос, но я уже отворачиваюсь: мы пришли. Там, в пещерном углублении камня, которое явно затапливает водой во время штормов и приливов, стоят три стрекозы, и «скучают» пилоты.

— Мы думали, уже не дождемся, — произносит один.

— Меняемся, — говорю я Тимри. — Теперь со мной Лэйс. Ей плохо, я не посажу ее к тебе.

— Да мне без разницы, — фыркает она, но в ее глазах я тоже вижу ответ.

Мы рассаживаемся. На этот раз со мной оказываются Родрес и Лэйс, Вартаса отодвигает Н’эргес.

— Он полетит отдельно.

Вартас собирается возразить, но Лэйс фыркает:

— Даже не думала, что скажу спасибо за возможность отдохнуть от его занудства.

Иди к девочкам, мысленно повторяю про себя. Иди к моим сестрам. Иди к ним. Иди.

И он уходит. К счастью.

— Ты тоже вылезай, — последнее относится к Родресу.

Парень подается назад, вжимается в сиденье.

— Нет.

— Хочешь присоединится к своей подружке?

Родрес просто взлетает со своего места, явно собираясь на него броситься. В этот момент Лэйс успевает незаметно сползти на сиденье, чтобы выставить ногу, и парень растягивается на полу салона. Стоящие снаружи ныряльщики хохочут.

— Вытаскивайте его. И сажайте к себе, пока я не передумал.

Подняться Родресу не помогает никто, я усилием воли заставляю себя остаться на месте и мысленно благодарю сестру за то, что она сделала. 

Когда парень все-таки выходит, внутрь забираются еще шестеро ныряльщиков. Несмотря на просторный салон, нам приходится потесниться.

— Летим строем, — командует Н’эргес остальным пилотам. — Вы все за нами.

Строем — это хорошо. Похоже, Лэйс тоже так думает, потому что стоит бронированным дверям запечатать нас внутри, она мне подмигивает. Понимает ли она, что я собираюсь сделать? А если понимает, осознает ли, насколько это опасно?

— Что, если в нас будут стрелять? Въерхи? — спрашиваю я у сидящего рядом со мной ныряльщика.

— С чего бы въерхам стрелять в своих?

— Да мне плевать! Я не хочу сгореть заживо.

— Заживо не сгоришь, — хохочет один из ныряльщиков. — Если не развалишься на части в воздухе и не умрешь от удара о землю, вот здесь есть кнопка аварийной разблокировки. Она работает даже в условиях полного краха электроники, от двух автономных источников.

Я смотрю на две боковые панели, с одной и другой стороны. Рука так и тянется проверить, как это работает, и работает ли, но рядом с пилотом сидит Н’эргес, и при нем это явно делать не стоит. Остается надеяться на то, что этот парень прав, и на то, что Лэйс меня поняла. Равно как и Тимри.

На легком ходу стрекозу выводят из пещеры, а после мы стремительно набираем высоту. Я откидываюсь на сиденье и глубоко дышу. Пытаюсь просто почувствовать воду так, как чувствовала ее будучи рядом. Она и сейчас рядом: моя родная стихия, мой океан. Я не представляю, сколько от точки за мысом Гор до Пятнадцатого, но явно быстрее, чем на обычных эйрлатах.

Поэтому уже сейчас прикрываю глаза, снова и снова пытаясь «достучаться» до стихии, и она откликается. Кончики пальцев начинает легко покалывать, будто к ним тянутся невидимые нити, а в груди разрастается сила, способная затопить меня всю.

— Эй, ты! Припадочная! Опять тошнит, что ли? — цедит один из ныряльщиков.

— Отстаньте от нее! — Лэйс сжимает мою руку в своей, и меня ударяет импульсом силы.

Слабым, но достаточным для того, чтобы понять: старшая сестра понимает, что я задумала.

Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, говорит ее взгляд.

Я тоже на это надеюсь.

Как и на то, что Тимри все-таки с нами. Что я в ней не ошиблась.

Дальше я просто сижу, уставившись в одну точку, считаю про себя. Мне только считать и остается, в стрекозах и время, и расстояние неразличимы, я даже не представляю, где мы сейчас находимся. У меня будет всего несколько мгновений, чтобы все сделать, а потом — несколько мгновений, чтобы ударить по панели разблокировки.