Желание - Трейси Вульфф

После слов Нури слышатся громовые аплодисменты и пронзительный свист, но я не могу не заметить, что Мэйси, Хадсон и Лука не аплодируют. Они только переглядываются, будто пытаются понять: это фигура речи… или же Нури только что объявила, что планирует устроить в Круге переворот.

И хотя мне очень хотелось бы сказать, что сегодняшний наш разговор убедил меня в том, что это всего лишь фигура речи, это было бы неправдой. Да, она заключила со мной сделку, направленную на то, чтобы уничтожить Сайруса, принести Кругу мир и спасти жизни тех, кого мы любим. Но она ничего не говорила о том, что должно случиться потом, и о том, каким, по ее мнению, должен стать мир в итоге.

Я совершила ошибку, не задав ей этот вопрос.

А когда она завершает свою речь на тему господства драконов, сказав, что здесь присутствуют вампиры, ведьма и горгулья, я не могу не гадать о том, оказывает ли она нам честь, как она говорит… или же малюет на наших спинах мишени. И, судя по выражению лиц моих друзей – включая Флинта, – они думают о том же.

Но у нас нет времени беспокоиться по-настоящему, поскольку Нури тщательно распланировала этот банкет.

Сразу после речей Нури и Эйдена следует ужин, притом на редкость вкусный. Надо думать, если у вас достаточно денег, можно организовать восхитительный банкет.

Флинт, Мэйси, Иден и я наедаемся кучей разнообразных закусок, за которыми следует самый замечательный салат из всех, что я когда-либо пробовала. Горячее можно выбрать – я выбираю вегетарианскую пасту, которая тает у меня во рту, и гренок с чесноком и трюфелем. К моменту подачи десерта я уже так наелась, что едва могу шевелиться, но все равно съедаю пару кусочков тирамису, потому что это тирамису и выбора у меня нет.

Вампирам подают кровь, и, судя по взглядам, которыми обмениваются Хадсон и Лука, когда они пьют ее, это определенно не кровь животных, как в Кэтмире.

Пока мы едим, где-то на заднем плане играет оркестр из пятнадцати музыкантов, затем, когда ужин подходит к концу, на танцпол в центре зала выходят несколько пар.

Наш стол окружает стайка девушек-драконш, и сперва я думаю, что они нацелились на Флинта, что вызывает у меня усмешку, ведь все внимание Флинта принадлежит Луке. Но затем до меня доходит, что это из-за Хадсона, и я начинаю чувствовать себя пятым колесом – особенно когда они начинают наперебой приглашать его на танец, а он всякий раз отказывается, поглядывая при этом на меня.

Наконец после того, как одна девушка бросает на меня особенно злобный взгляд – такой, будто она не просто желает моей смерти, а хочет, чтобы меня обмазали медом и положили на муравейник, полный огненных муравьев, – я говорю ему:

– Знаешь, ты не обязан это делать.

– Делать что? – спрашивает он, и на его лице отражается замешательство.

– Отказывать им. Если ты хочешь потанцевать, танцуй, – с напускным безразличием отвечаю я.

– В самом деле? – Он оглядывает зал, смотрит на юных драконш, которые пожирают его глазами… что несправедливо. Я рада тому, что драконы обходят меня и Мэйси стороной – мне и так хватает парней, – но что плохого в том, что я хочу, чтобы моя пара пригласила меня потанцевать? Или есть какая-то причина, по которой он не хочет танцевать со мной в зале, полном высокопоставленных драконов?

Я настолько погружена в свои мысли, что едва не пропускаю мимо ушей его вопрос:

– И с кем же я, по-твоему, должен пойти танцевать?

Я сглатываю. О черт, а что, если он все же пригласит меня на танец? Вероятно, тогда я из-за своих туфель просто поставлю его в неловкое положение.