Альбинос - Алексей Бобл

– Музыкант, да что с тобой такое?

Я отнял ладони от лица, она схватила меня за локоть и помогла выпрямиться. Красный кружок исчез, ее силуэт стал зеленым.

– Эти мутанты меня вроде не увидели, но если ты будешь так орать, то они нас услышат. Чего тебя трясет?

Оттолкнув ее, я стал натягивать куртку. Левая рука сгибалась так же, как правая, – вцепившаяся в нее «личинка» почти не мешала.

– Это из-за того излучения, – сказал я. – Оно мне все мозги запрессовало.

– Слушай, а чего оно светится? – удивилась Эви, показывая мне за спину, и я оглянулся.

Из-под фасетчатого колпака лился багровый свет, словно внутри бушевало пламя. Жар теперь ощущался даже в том месте, где мы стояли.

– Как думаешь, не взорвется оно? – опасливо спросила цыганка.

– Может взорваться, – неуверенно сказал я. – Когда я туда влез, жара начала усиливаться. Может, там какая-то система защиты включилась?

– Ну так валим отсюда!

– Без машины я никуда не пойду.

– Да как ты ее наверх поднимешь? Та платформа не работает. Твой самоход тебе что, дороже жизни?

– Да, – сказал я. – Дороже. Пошли поглядим, что там с той платформой.

Мы заспешили к подъемнику под стеной. Наложенная на окружающее световая модель подпрыгивала в такт шагам, линии дрожали и смещались, но исправно повторяли очертания всех предметов. Светящийся зеленым силуэт цыганки быстро двигался рядом. А я с удивлением прислушивался к себе. Казалось, что подобные невероятные вещи – это удивительное «оружие технотьмы», намертво прилипшее к моей руке, голос, звучащий прямо в голове, светящиеся линии и прочее – должны вызвать у любого нормального человека невероятное удивление, оторопь, ступор… Но я не был очень уж ошарашен. То есть, конечно, все это было странно и неожиданно, но не покидало чувство, будто я столкнулся с чем-то смутно знакомым, и это вызывало ощущение полуреальности, какой-то неверности, зыбкости происходящего.

Зафиксировано изменение параметров окружающей среды, – произнес отрешенный голос. – Изменение термической характеристики… Быстрое усиление корпускулярного излучения… Локализую источник… Источник локализован.

Раздался тонкий писк, я оглянулся – в том месте, где стоял летательный аппарат доминантов, на световой модели зажегся пульсирующий ярко-желтый треугольник. Он мигал в такт писку.

Источником определен: левитатор-разведчик «ГРАНТЕЙ». Внимание! Угроза существования носителя! Немедленно покинуть зону взрыва!

«Какого еще взрыва?» – мысленно выкрикнул я.

ВЫЗОВ СПРАВКИ. Любое квазиживое устройство ТЕХНОТЬМЫ снабжено системой автосуицида. Левитатор «ГРАНТЕЙ» определил вторжение чуждого носителя и включил алгоритм самоликвидации. Немедленно покинуть зону взрыва!

Мы были уже возле платформы, я запрыгнул на нее, подбежал к пульту. Несколько кнопок, тумблеры, датчики… Вот это точно была обычная человеческая техника – и она не работала!

– Что теперь, доставщик? – спросила Эви. – Давай вверх по этой рельсе!

Я повернулся кругом, рассматривая зал.

Немедленно покинуть зону взрыва!

– В том зале никакого выхода наружу нет? – Я ткнул пальцем в сторону железных ворот и увидел стоящего в проеме худого мутанта – патлатого, очень бледного, в набедренной повязке и с длинной костью в руках.

– Нету, нету! – крикнула Эви. – Смотри, это их… ну, будем говорить, вроде вождя ихнего. Наверх давай!

Я соскочил с платформы, присел, заглядывая под нее, потом выхватил из бухты конец кабеля. Другой конец уходил к платформе.

– Через него подъемник питался вроде, – сказал я. – Когда он вверх ползет, кабель внизу разматывается.

Мутант в воротах исчез.

– Наверх лезем, Музыкант!

Немедленно покинуть зону взрыва!

– Разматывай его! – Я схватил конец кабеля и помчался к летательному аппарату.

– Ты куда?! – донеслось сзади.

– Разматывай!

Волны жара катили навстречу. Красный треугольник, наложенный на летательный аппарат, пульсировал и тревожно звенел. Какие-то сбои начались в световой модели: она иногда подрагивала, линии расплывались, но потом снова становились четкими.

Зафиксировано динамическое смещение носителя к источнику опасного корпускулярного излучения. Немедленно покинуть зону взрыва!

«Не могу! – мысленно выкрикнул я. – Мне надо поднять ту машину!»

Неопределенность концепции «машина»… Неопределенность концепции «поднять»… Неопределенность концепции «ту»… Немедленно покинуть зону взрыва!

Я достиг круга черепов. Оглянулся – Эви у подъемника разматывала кабель, от ворот к ней бежали мутанты.

Попытавшись припомнить, как любил изъясняться мой старый учитель Орест, погибший несколько сезонов назад на горе Крым, я произнес:

– Чтобы покинуть зону взрыва, носителю необходимо… необходимо транспортировать за ее пределы механическое средство передвижения под названием «Зеб». «Зеб»! Кто бы ты ни был, покопайся в моих мыслях – ты поймешь, о чем я!

Концепции определены, – произнес голос после паузы. – Вычисляю возможные варианты решения.

Бежать было невозможно, я теперь едва шел, волоча кабель, сгибаясь под ударами жарких волн, плещущих из недр аппарата. Сквозь гул сзади донесся сухой кашель «шершней» – Эви стреляла в мутантов. Глубоко вдохнув, я перекинул конец кабеля через плечо и полез под колпак.

Световая модель дрогнула, в воздухе вокруг возникла длинная мерцающая стрелка, пересекла пространство, отразилась от стены и вернулась ко мне. Защелкало, сбоку в поле зрения побежал столбик каких-то значков… Потом голос произнес:

Необходимо осуществить энергообеспечение подъемного механизма.

«Это я и сам знаю! Как его осуществить?!

Необходимо подключить энергопроводящий кабель к силовой установке левитатора.

«Знаю! Как? К чему его там подключать?»

Я ввалился в кабину, протащил кабель сквозь густой обжигающий воздух вокруг впадины с мертвецом. Казалось, что фигура доминанта шевелится в волнах жара, светлые одежды трепещут, окруженные роем искр.

Я услышал треск своих бровей. И увидел выступающий из стены бок силовой установки. Массивные катушки на ней сияли, как два солнца.

Необходим контакт энергопроводящего кабеля с кинетической спиралью.

«Какой контакт? Мне что, просто бросить его туда?»

Неопределенность концепции «просто»… Неопределенность концепции «бросить» в контексте концепции «туда»…

Два моих сердца колотились в груди, ноги дрожали, руки ходили ходуном. Я дернул кабель на себя, размахнулся и швырнул что было сил. Конец его плетью ударил по одной из катушек – и прилип к ней. Черная изоляция запузырилась, потекла. Кабель повис в воздухе, протянувшись от катушки к прорехе в колпаке кабины. Развернувшись, я на подгибающихся ногах поплелся обратно. Под самым колпаком упал – и едва смог встать.