Экипаж - Александр Рудазов

Если вы наконец-то увидели свет в конце туннеля, не радуйтесь раньше времени — скорее всего это поезд.

Анна Каренина

Моручи и Ежов развернулись в сторону говорившего. Очень медленно.

Там стоял типичный имперец — рослый, мускулистый, усатый, с каплей японских черт в лице. Одет в военную форму, похожую на ту, что всегда носил Моручи, только потемнее и с другими погонами. Черные волосы украшены простым платиновым обручем с одним-единственным украшением — стилизованным полумесяцем в центре. Символ императорской власти…

За его спиной возвышался Великий Муфтий, держащий за шкирку слабо вырывающегося Денисова. Время от времени старик встряхивал добычу, но в этом не было особой нужды — на лице воришки было написано странное оцепенение.

Моручи медленно приложил ладонь к виску — отдал честь. Имперцы, будучи очень милитаристским народом, не кланялись своему императору, а отдавали честь. Ежов посмотрел на него и повторил жест.

— Не спеши хоронить меня, Святослав, — еле заметно усмехнулся в усы Юрий Второй. — Многие пытаются, но, как видите, я все еще жив…

— А… х-ха… а… кх-кха… — начал заикаться Моручи, указывая то на императора, то на множество вонючих зеленых луж.

— Да, что-то здесь грязно, — согласился с ним Юрий. — Немедленно вычистить зал для траурных церемоний.

Ежов не понял, к кому он обращался, но его приказ выполнили незамедлительно — в зал скользнули несколько человек в спецкостюмах и десяток роботов-уборщиков. Между словами императора и их появлением прошло секунды две, не больше.

— Ваше величество, разрешите доложить, в здание проникла организованная террористическая группа. — Рядом с императором вспыхнула голограмма шефа охраны. — Нами взято девять членов банды, остальные пока…

— Все живы? — перебил его Юрий.

— Да, хотя некоторые… помяты… — с трудом подобрал слово его подчиненный. — Судя по подготовке, это опытные тер…

— Освободить и проводить в мой личный кабинет, — не стал дослушивать император. — Вежливо.

— Слушаюсь, — погасла голограмма.

— Что ж, господа, мне почему-то кажется, что у вас ко мне накопилось множество вопросов? — перевел взгляд со Святослава на Михаила и обратно император. Сейчас, с распахнутыми ртами и совершенно офигевшими глазами, эти двое выглядели просто-таки клонами. — Думаю, я могу уделить вам немного времени… да, Святослав, надеюсь, ты доставил Куросаву?

— Доставил…

— Хорошо. Меньше работы моим ребятам. Думаю, этот человек больше не будет доставлять нам неприятностей, ваше святейшество. Освободить.

Великий Муфтий Тосара послушно наклонил голову и Денисов немедленно очнулся, вырвался из его хватки и начал сочно материться.

Спустя несколько минут весь экипаж «Вурдалака» доставили в личный кабинет Великого Муфтия, находящийся на том же этаже, что и зал для траурных церемоний.

Хозяин кабинета скромно встал в углу, император уселся в глубокое кресло за столом. В быту имперцы придерживались консерватизма, и их мебель не была настолько урбанизированной, как на планетах СОП. Широко использовалось дерево — в отличие от остальных сверхдержав, в Империи не пренебрегали этим материалом.

Юрий Второй обвел взглядом двенадцатерых космонавтов, еле заметно улыбаясь в усы. Кстати, усы у него были точно такие же, как у хорошо всем известного коммунистического лидера с тигриными глазами.

Из всего экипажа более-менее здоровыми выглядели только Моручи и Ежов. Чешуя Косколито почернела от копоти — «Эринию», на которой он рассекал, отвлекая на себя внимание, все-таки взорвали. Соазссь выглядел склизкой кучей грязного белья и мелко дрожал, едва сдерживаясь, чтобы не впасть в истерику — после потери столь огромной денежной суммы его рассудок оказался под угрозой. Фрида с трудом стояла на ногах — она удерживала наступающих охранников до тех пор, пока не ослабела настолько, что упала в обморок. Лицо и тело Джины превратилось в кровавое месиво — ее дубасили до тех пор, пока она не перестала дергаться. Койфмана пришлось замотать в несколько слоев заживляющих бинтов — его прошили очередью из автомата. Рудольф выдыхал облака густого дыма и беспрерывно сочился какой-то мерзостью. Сиреневый Бархат утратил все цвета и стал прозрачным, как стекло. Дитирон вяло шевелил паутинными бородавками — бивни и роговую броню ему сожгли бластерами. Голова Остапа стала еще более приплюснутой — на него упал значительный кусок крыши. Точнее, его просто завалило, как Самсона в храме. Ну а Денисов изрядно пострадал от рук разъяренного ментата-священнослужителя…

— Ничего не скажешь, хороши… — покачал головой император. — Ну что ж, думаю, вы заслужили, чтобы я удовлетворил ваше любопытство. Сесть.

Ежов почувствовал, что его ноги подкашиваются словно бы сами собой, усаживая его в ближайшее кресло. Судя по всему, остальные испытывали примерно то же самое.

— Оказать медицинскую помощь, — отдал еще один равнодушный приказ Юрий Второй. Он также был немедленно выполнен. — А теперь всем слушать меня.

Теперь, когда Михаил встретился с императором Сварога лично, его собственные умозаключения казались ему донельзя глупыми. Смешно было даже предполагать, что кто-то смог бы убить эту алмазную глыбу, управляющую огромной Империей с той же легкостью, с какой капитан Моручи управлял своим звездолетом. Император… подавлял. Находясь рядом с ним, хотелось только одного — смотреть ему в рот и беспрекословно повиноваться.