Меч в рукаве - Роман Глушков

– Пристегните ремни, – в первую очередь потребовал Мефодий от пассажиров.

Пастор выполнил приказ с несвойственной пожилому человеку расторопностью. Кимберли немного поколебалась, но, завидев лихорадочный блеск в глазах начинающего автогонщика, тоже подчинилась. Проследив за их действиями, пристегнулся и Мефодий, ради чего ему пришлось перенастроить ремень с размеров пасторского животика на свою сухощавую фигуру. Кимберли хотела было сказать напутственное слово, но не успела – Мефодий отпустил сцепление, и их «Хонда-Цивик» рванула с места, после чего, поморгав левым поворотником, вклинилась в уличное движение, бывшее в этой части Куинса не особенно оживленным.

– Куда едем? – поинтересовался Мефодий, набирая скорость и перестраиваясь во второй ряд.

– Подальше… – неопределенно ответил пастор, видимо, в целях пущей безопасности вцепившись в ремень обеими руками.

– Пока не поднялась паника, надо убраться с острова, – добавила Ким более конкретно. – Давай в сторону Большой Земли.

На ближайшем перекрестке Мефодий повернул направо и уверенно двинул на юго-запад, благо заблудиться в геометрически правильном порядке улиц было попросту невозможно.

– Не гони! – тоном инструктора по вождению посоветовала Ким. – Следуй вон за тем голубым «Плимутом». Нам надо пересечь Манхэттен и уйти на материк. Святой отец, не хотите рассказать нам кратчайший путь по задворкам вашей вотчины?

– Упаси вас Господь расхаживать по местным задворкам, девочка! – отмахнулся пастор. – Лично я лучше по Аду прогуляюсь, чем туда сунусь… У меня есть несколько хороших знакомых по ту сторону Гудзона, думаю, они не откажут старому другу в гостеприимстве.

– Забудьте о знакомых, – заявила Ким. – Помните, что теперь вы государственный изменник и у них вас будут искать в первую очередь.

Пастор засопел и примолк, очевидно, свыкаясь с мыслью о том, что теперь ему, как прокаженному, придется сторониться всех, кто был для него дорог.

Ехать через Манхэттен Мефодий не хотел, поскольку знал, что там сейчас не продохнуть от полицейских – после недавнего нападения здание Генеральной Ассамблеи охранялось едва ли не бдительнее, чем Пентагон. Но памятуя о безвыходном трехмильном «коридоре» Бруклинского моста, все же предпочел этот вариант, да и мосты через Ист-Ривер и Гудзон были не только ближе, но и гораздо короче.

Голубой «Плимут», за которым держался Мефодий все это время, свернул в сторону. Мефодий прикинул, что ближайший к ним мост выходил аккурат к началу Первой авеню на южной оконечности Манхэттена. Лучше не придумаешь, поскольку проезжать мимо здания ООН лишний раз не хотелось.

Постигающий азы автовождения выбрал себе нового ведущего – белый «Крайслер» – и пристроился ему в хвост. За двадцать минут практики Мефодий неплохо освоился за рулем и, судя по тому, что Хьюго и Кимберли перестали судорожно хвататься за все, что попадалось под руку, теперь мог уверенно зачеркивать перед своей водительской характеристикой «чайник» определение «полный».

Стемнело, и следовавшая к Манхэттену по магистрали длинная вереница автомобилей превратилась в поток красных огней, который по левую руку от Мефодия резко менял цвет на желтый и двигался уже навстречу. Зрелище завораживало, и Мефодий слегка расслабился, поскольку посчитал, что их неброская «Хонда-Цивик» растворилась в этой разноцветной реке без следа. Негостеприимный Куинс остался далеко позади, а впереди раскинулся огнями Манхэттен, несколько потерявший в колорите после падения своих легендарных «близнецов» Всемирного торгового центра.

Идущая по встречной полосе сине-белая полицейская машина промчалась мимо пасторской развалюхи, затем притормозила, врубила сирену и проблесковые маячки, после чего произвела разворот, едва вписавшись в разрыв бетонного ограждения между полосами. Мефодий бросил взгляд в зеркало заднего вида: нарушая единоцветие желтых фар красно-синими проблесками, полицейский «Форд» сокращал дистанцию, ловко маневрируя между машин.

– Спокойно, – проговорила Кимберли, тоже заметив настигающий их полицейский автомобиль. – Раньше времени не суетись – может, эти ребята вовсе и не за нами.

Мефодий следовал по предпоследней полосе, держась «проводника» и стараясь быть аккуратным как никогда – самый образцово-показательный водитель во всем Нью-Йорке. Копы перестроились в крайний ряд, поравнялись с «Хондой-Цивик», но не обогнали ее, а выровняли скорость и через громкоговоритель приказали прижаться к обочине.

Мефодий посмотрел на Кимберли, словно ожидая от нее совета в решении этой непростой ситуации.

– Ну, чего уставился? – недовольно проворчала она. – Приказа ждешь? Вот тебе! – и Кимберли продемонстрировала Мефодию свой средний пальчик. – То герой из героев, а то вдруг как младенец растерялся! Где теперь ваша смелость, разрешите спросить? Сам решай, как поступить, раз ни черта старших по званию не слушаешься!..

И Ким демонстративно отвернулась, проделав это с таким видом, будто возле них не маячил сейчас полицейский «Форд», а поссорились они с Мефодием из-за какого-нибудь житейского пустяка.

С заднего сиденья донесся голос Хьюго:

– Молодые люди, оставьте меня в машине и бегите отсюда. Мне уж за вами не поспеть. Авось не станут глумиться над стариком, разберутся да отпустят…

– Да будет вам! – ответил Мефодий. – Я с наставником и не в таких переделках побывал! Слыхали, что русские не сдаются?

– Так вы русский?! – поинтересовался пастор, но как-то безрадостно. – Как же, наслышан: нация, которая боготворит быструю езду и изобрела одноименные горки. Что ж, теперь ясно вижу, что нам конец.

И, возведя глаза к небу, пастор забормотал какую-то молитву.

– Не бойтесь, святой отец, разбиваться я пока не собираюсь, – постарался утешить его Мефодий. – Я только что сел за руль, и мне это очень даже понравилось!

– Вот это меня как раз и пугает, – отозвался пастор, проверяя крепление ремня безопасности. – Уж лучше бы девушка повела…

Мефодий вновь доверился исполнительским инстинктам: рассчитал скорость, оценил ситуацию на дороге, возможности пасторской «Хонды»… Мозг тут же выдал несколько подходящих сценариев дальнейшего поведения. Нет, пребывание в шкуре Исполнителя Мефодию положительно нравилось, что бы там ни говорил Мигель про опостылевшую службу. Возможно, лет через пятьсот Мефодий и согласится с его словами (если выживет в ближайшие сутки, разумеется), но сегодня на рутинную скуку жаловаться было просто грех.

Вежливые копы повторили просьбу, хотя просьба их все-таки больше смахивала на угрозу.

– Они будут стрелять, если не подчинимся, – предупредил пастор. – С недавних пор с такими, как мы, особо не церемонятся.

«Хонда-Цивик» была гораздо легче полицейского «Форда», и потому для воплощения в жизнь задуманного плана Мефодию потребовался некоторый разгон. Приняв вправо и сделав вид, что подчиняется приказу, Мефодий резко вывернул руль влево и припечатал и без того обшарпанный бок пасторской «Хонды» к боку полицейского автомобиля, после чего стал теснить копов к разделительному ограждению. Не ожидавшие столь наглой выходки, копы что-то заорали в громкоговоритель, к чему Мефодий остался совершенно равнодушен.