Темное торжество - Робин Ла Фиверс

Ножи у меня кончились, и я хватаю меч павшего воина. Чудище тяжело дышит рядом со мной.

Теперь глаза у него почти вменяемые. Он хочет что-то сказать мне… И в это время огромный замок до основания сотрясается от взрыва!

Земля смещается под ногами, впечатление такое, словно поблизости бабахнула сразу дюжина пушек.

Чудище хватает меня за руку и тащит к двери.

— Что это было? — спрашиваю на бегу.

— Лазаре с угольщиками.

— Они здесь?

— Лазаре решил, что отвлекающий маневр нам не повредит. А еще не следует оставлять арсенал герцогини в руках у врагов, чтобы воевали с ней ее же оружием.

Мир вокруг нас содрогается вновь.

— А девочки где?

— У бригантинок. Аббатиса поклялась, что выдаст их только мне, или тебе, или личному представителю герцогини.

Мы припускаем во всю прыть. Воины бросаются в погоню.

У парадной двери замка жмутся слуги. Они заглядывают внутрь и обеспокоенно шепчутся, но никто не пытается остановить нас.

Выскочив во двор, я моргаю от яркого солнца. Повсюду мечутся воины, они пытаются сообразить, откуда бьют пушки, и не понимают, что это подрывают их собственную артиллерию. Пользуясь всеобщим смятением, Чудище направляется к восточным воротам. Погоня еще не выплеснулась наружу, и в надежде сбить ее с толку мы не бежим, а просто торопливо идем. Однако уловка не удается — Чудище на голову выше любого из обитателей замка, а мое алое платье и вовсе выделяется ярким пятном. Кроме того, во дворе сплошь люди д'Альбрэ, а им отлично известно, что наше бегство может очень дорого обойтись тем, кто нас упустит. Они оставляют поиски неведомых нападающих и бегут к воротам, отрезая нам путь.

Чудище даже не сбивается с шага, лишь меняет направление и несется к лестнице, что ведет на стену. Я не догадываюсь, что он задумал, просто бегу рядом, слепо доверяя ему. Сзади топот и крик.

Я оборачиваюсь и вижу, что прибежали стрелки, они уже выстраиваются посредине двора.

На наше счастье, лестница крытая, что дает нам некоторую защиту от стрел, и вдобавок узкая: воины смогут подниматься разве что по двое.

Тем не менее, выскочив наверх, я сразу понимаю: дальше бежать некуда. Вопросительно оглядываюсь на Чудище, но он молча бежит вперед по стене, пока мы не достигаем самой дальней башни, нависающей над рекой.

Сзади и снизу вновь кричат. Я вижу, как стрелки заряжают арбалеты. Чудище останавливается и поворачивается ко мне.

— Надо прыгать, — говорит он.

Я смотрю вниз, на вспухшую стремительную реку:

— Там смерть…

Он спрашивает:

— На мне есть метка?

Я бросаю взгляд на его лицо и с облегчением убеждаюсь, что темной тени не видно.

— Нет, — отвечаю недоуменно.

— Значит, выберемся. Доверься мне!

Он протягивает руку. Мимо со свистом проносится три стрелы разом.

Воины уже лезут по лестнице. Скоро они выберутся на стену, и у них тоже есть арбалеты.

Я хватаю протянутую руку Чудища. Мой любимый расплывается в широченной улыбке. В этот миг он почти прекрасен. Рыцарь подносит мою руку к губам и целует.

— Не выпускай, — наставляет он. — И работай ногами, чтобы побыстрее отдалиться от стены.

Я киваю. Вместе мы отходим на несколько шагов от края, чтобы взять разбег. Поглубже вдыхаем — надо хорошенько наполнить легкие воздухом. Как раз в это время на стене появляется самый первый преследователь. В руках у него арбалет, и на таком расстоянии он не промахнется.

Мы срываемся с места и прыгаем.

Рядом вверх несется стена. Мы крепко держимся друг за друга и вовсю размахиваем свободными руками и ногами, надеясь миновать отмель. На лице Чудища безумная улыбка. Он как будто надеется сохранить нам жизнь одним лишь напряжением воли.

А потом — страшный удар обо что-то холодное, отчего у меня лязгают зубы, а воздух с шумом вырывается из легких. Вода смыкается над головой…