Чудеса в решете - Владимир Сухинин

Рыжая вздохнула и, помолчав пару секунд, ответила:

– Секрета тут нет. Меня имперцам продали за долги родителей. Мои предки давно ушли из племени и поселились в имперских землях… А потом богатый землевладелец купил земли, на которых мы жили, и родители стали брать землю в аренду. В неурожайный год влезли в долги… не смогли расплатиться… и меня приказчик землевладельца продал цирковым артистам. Я гибкая была, сильная. До пятнадцати лет выступала в бродячем цирке акробаткой. А потом ко мне стал приставать новый муж хозяйки. Я его убила и сбежала. Прибилась к бандитам, а те продали меня наемникам. Я и от них сбежала, задушила часового. Долго скиталась, грабила, воровала и наконец прибилась к этим наемникам.

Шер, слушавший это, хохотнул:

– Вы, сэр, спите теперь в полглаза, иначе в один момент можете вообще не проснуться…

– Это тебе, Торвал, стоит опасаться, – невозмутимо ответил Антон.

– Хе… А мне-то почему?

– Я наниматель, а нанимателей она не трогает. А ты подслушиваешь чужие разговоры и слишком много болтаешь, попрошу ее сделать тебя помолчаливее. Кроме того, она мой оруженосец, у нее новый статус, почти рыцарь.

Девушка уныло посмотрела на шера, потом на Антона. Они говорили о ней в ее присутствии и смеялись. Ей не было обидно, но она их не понимала. Решила простодушно уточнить.

– А мне как оруженосцу обязательно с тобой спать? – спросила она. Шер подавился словами, которыми хотел ответить Антону. А тот как ни в чем не бывало спросил сам:

– А что, лучше спать с этим шером?

– Нет, – простодушно ответила девушка, – лучше уж с тобой, если нет мужа, чем с этим коротышкой, который сам себя шире.

Торвал вытаращился и следом затрясся от хохота.

– Не обращай внимания! – махнул рукой Антон. – Торвал смеется над любой шуткой. У него такой дар. – Он повернулся к шеру. – Смотри с коня не упади…Затем вновь обернулся к девушке. – Если хочешь я тебе мужа найду.

Шер засмеялся еще громче и забулькал. Отсмеявшись, он еле, еле смог произнести.

– Это да. Наш лорд всех девушек, которые у него служат сосватал.

– Ты со всеми переспал? – спросила воительница с тихой печалью в голосе. За Антона ответил шер.

– Наш лорд настолько странный, что со служанками не спит. Так что можешь не бояться потерять свою девичью честь.

– А я и не боюсь. Кому она нужна, эта девичья честь?.. Я просто не хотела делить постель со всеми подряд и с теми, кто мне не нравится… вот и берегла себя. Думала, может полюблю кого… как моя мама…

Антон не ожидал такой откровенности от недавней пленницы. Она доверительно ему рассказывала о сокровенных вещах и при этом была проста и открыта, словно знала его давно… или истосковалась по доброму к себе отношению и «поплыла», поговорив с Антоном.

– Рыжая, ты красивая, но не хочу тебе забивать голову обманами. Не захочешь со мной спать, я настаивать не буду. А если ляжешь согреть постель, должна понимать, что женой не станешь. Все по-честному… Понимаешь?

– Странный ты. Я и не надеялась стать тебе женой. Но разделить постель и согреть ее тебе, смогла бы.

– Но вот странные вы и не постоянные все-таки существа, женщины! – встрял в разговор Торвал. – Еще недавно ты не хотела спать с сэром, а теперь вроде как не против.

– А тебе какое дело, – огрызнулась та. – Ты лучше спи в полглаза. А то подслушиваешь тут… Я оруженосец, – и гордо вскинула голову.

– Ну да, ну да, – закивал Торвал и рукой потрогал шею. – Тебе можно. – и вновь залился веселым смехом.

Антон стал немного понимать, как в этом мире женщины, будучи существами, низведенными на роль прислужницы мужу и господину, выстраивают отношения. Их не считали равными мужчинам. За исключением, может быть, женщин горцев. Но с этим еще нужно будет разобраться. Так вот, он понял, что женщины тут не просто тянутся к сильному плечу, за которое можно спрятаться, укрыться и чувствовать себя безопасно. Они не выпендривались и не строили из себя недотрог, а найдя достойный вариант, старались за него зацепиться. Рыжая не была исключением. И еще он понял, что они не видели здесь ласки и ухаживаний, поэтому Антон со своим простым открытым характером приходился им по душе. Не грубый, сильный и красивый. Обладающий властью и положением.

«Что и говорить, – мысленно усмехнулся он. – Завидный жених».

Он догадался, о чем думала Рыжая. Ее взял к себе владетель этих земель, пощадил и назначил оруженосцем. Так зачем воротить нос и отказываться от своей удачи? Это лучше, чем жить вместе с грязными наемниками и отбиваться от их пьяных домогательств. Голодать, бояться и переезжать с места на место. Тем более, что владетель молодой и красивый. Пусть и странный. Антон ее за это не осуждал. Каждый в мире устраивается как может. Ему, можно сказать, повезло, что он стал владетелем, а не бесправным мужиком. Если уж попал сюда, то нечего на порядки пенять, нужно пользоваться положением. В нем не угасала память об огненной страсти Боудики. Он оценивающе посмотрел на Рыжую и остался доволен. Статная деваха. Зад крепкий как орех, влекуще обтянут юбкой, бедра юбкой не скрыть. Атлетка.

Девушка ехала молча, погрузившись в свои мысли, и взгляд Антона не заметила. Или сделал вид что не заметила, зато заметил шер и вновь затрясся в беззвучном смехе. Приблизился к Антону и зашептал.

– К тебе не только золото липнет, но и бабы, Антей. Счастливый. Чтоб я так жил. Мне, – произнес он громче, – один меняла рассказывал… А все они из народа джудиос. Так вот, его мать учила: «Тами – говорила она. – Жениться нужно три раза. Первый раз в двадцать лет и на джудиоске. Джудиоска это богатые родители, верная жена и умные дети. Ты станешь богатым, а дети вырастут. А через двадцать лет ты разведешься, и женишься на горянке на двадцать лет тебя моложе».

«Зачем мама мне разводиться?»

«Затем Тами, чтобы пожить в радость. Горянки горячие и с ними весело, Ты познаешь что такое счастье и будешь благодарен маме. Через двадцать лет ты с ней разведешься и женишься на имперке. На двадцать лет тебя моложе». – «А с ней зачем разводиться?» – «Ох, Тами – сказала мама. – Знал бы ты как имперки ухаживают за могилками…»

Антон рассказ понял и принялся хохотать, а Рыжая недоуменно переводила взгляд с одного смеющегося мужчины на другого. И наконец не выдержала спросила.

– И что смешного?

Антон и шер закатились смехом. Торвал сквозь слезы смеха заметил.

– Мама же говорила, с ними весело.

Девушка действительно быстро освоилась со своим новым положением. Не тяготилась сменой нанимателя и в своем простодушии была мила. Она поддерживала разговор. Интересовалась жизнью в замке, есть ли еще красивые девушки и где она будет жить? И откуда у Антона такие вои?

– Жить? – Антон задумался. – Вариантов два, – озвучил он свои версии. – В казарме с солдатами или со мной в подвале замка.