Под прикрытием - Александр Афанасьев

– Тридцать секунд, ребята… – прокуренные до желтизны зубы жуют толстую незажженную сигару, главный сержант умудряется каким-то чудесным образом говорить четко и внятно, не выпуская ее изо рта. Долгая практика, не иначе…

– Обстановка? – Дивер встает первым, руки машинально касаются висящего поперек груди североамериканского пистолета-пулемета – словно десантник хочет лишний раз убедиться, что тот здесь, на месте.

– Хреновая обстановка! – главный сержант неизвестно чему лыбится на все тридцать два зуба, и от этой улыбки почему-то становится легче. – Там гранатометчик и несколько стрелков. Может, бортстрелки их достали – а может, и нет, там ферма каменная, на вид крепкая. Но таких жеребцов, как вы, это ведь не смутит, не правда ли?

– Прикрытие?

– Да будет вам прикрытие. До цели спускаться придется, примерно один клик. Наши чертовы коробочки будут точно над вами, если соскучитесь – гляньте вверх…

Люк отходит вниз – почему-то не вбок, как на всех вертолетах, а вниз. Ревущий ветер бьет в лицо…

– Пошли! Быстрее!

Выскочили – экипаж удерживает ревущую машину всего в метре от зеленой травы, по траве будто пробегают волны – пригнувшись, сразу в сторону, схема прикрытия места посадки отработана на тренировках до автоматизма. Каждый знает свое место, свой сектор обстрела. Разрываемый вертолетными лопастями воздух – а сами лопасти всего метрах в трех над твоей головой – едва не сшибает с ног.

Четверкой дело не ограничивается – за спецназовцами Дивера прыгают еще двое стрелков, у одного «Стерлинг-Армалайт» с подствольным гранатометом, у второго – ручной пулемет. Последним десантируется сам главный сержант – у него в руках игрушкой кажется единый пулемет, длинная лента уходит куда-то вниз…

Это уже можно считать любезностью со стороны вертолетчиков и главного сержанта лично. Если вертушка уходит в режим ожидания, не остается на земле – то и он не обязан высаживаться и оставаться на земле. Однако же – решил высадиться. Пока Дивер с его группой будет обыскивать ферму, главный сержант со своими людьми займет господствующую высоту и не допустит захвата ее противником. Если будет потеряна удобная посадочная площадка – скверное дело, хотя подняться в зависший вертолет можно и по тросу…

В общем, оказали вертолетчики услугу, такую, которая в ближайшую субботу обойдется не в одну пинту эля в ближайшем баре…

— Группу высадил! Ухожу в зону ожидания!

– Я понял, готов прикрывать!

Ферма. Один клик до нее – длинное серое строение, кажется, полуразрушенное – а может, это только так кажется. Еще какие-то развалины – там до сих пор стоит облако пыли, выбитое из старых стен градом пуль. Вертолет медленно уходит вертикально вверх, ветер с каждой секундой треплет все слабее и слабее.

Не стреляют.

Общий сбор – левая рука вверх, указательный палец описывает круг. Секунда, вторая – и вот четверо спецназовцев и трое десантников из группы прикрытия уже на расстоянии вытянутой руки друг от друга, спиной к спине, стволы направлены на все стороны света.

– Двигаемся «гусеницей»[76]. Дистанция сто ярдов, не больше. У объекта разбиваемся на пары. Как выглядит Дориан Грей, все помнят?

– Да, сэр.

– Да, сэр.

– Так точно, сэр.

– Руни, идешь последним! Прикрывай нас!

– Понял, сэр…

– Сэр, удержите для нас эту площадку, пока мы прогуляемся вниз?

– Не вопрос! Сломай ногу[77], сынок…

– Спасибо, сэр. Пошли!

Холм покрыт травой, словно зеленым ковром, в некоторых местах ковер этот разрывается кривыми ветвями кустарника, и кажется, что спуститься вниз – плевое дело. Но это впечатление, как и многое на этой земле, обманчиво – можно неосторожно наступить на камень – и действительно сломать ногу. Укрыться на склоне негде, поэтому просто встаешь на колено и прикрываешь того, кто бежит за тобой. Длинное серое строение все ближе – становятся видны детали. Иссеченные градом пуль стены, пролом в стене – как будто засадили из гранатомета. Колея у самой стены – кто-то проехал по направлению к дороге и совсем недавно. На холме начинает бухтеть пулемет, к нему присоединяется ручник – звук его стрельбы похож на истерический собачий лай. Это заставляет прибавить ходу. Напоминает – что тут не твоя земля…

– Сэр, здесь была неслабая заваруха…

– Вижу…

– Новембер-Браво – десантной группе! Доложите обстановку!

– Достиг фермы, сопротивления не встречаю! На ферме – признаки серьезного боя!

– Вас понял. Долго еще там?

– Постараемся не задерживаться, сэр… Руни, прикрывай нас здесь. Кронхайд, оставайся с ним!

– Есть, сэр!

Двое спецназовцев выстраиваются короткой колонной у входа. Дивер, на всякий случай, – осторожность еще никому никогда не мешала, срывает со снаряжения толстый черный цилиндр светошоковой гранаты, выдергивает чеку.

– Fire in the hole!

Мертвящим светом вспыхивает магний, грохот такой, что закладывает уши. Вспышка в закрытом помещении на несколько секунд дезориентирует любого противника – а больше времени и не нужно.

– Слева чисто!

– Справа чисто!

– Пресвятой боже, сэр…

Лейтенант останавливается. Красная точка прицела замирает на подвешенном к балке распятом и истерзанном человеческом теле. Накатывает тошнота.

– Какого…

– Сэр, они его…

Надо держаться. Это не учения, одна ошибка – и сам будешь висеть рядом, на таком же столбе. Держи себя в руках.

— Прикрывай дверь! Прикрывай, тебе говорю!

– Есть, сэр…

Похоже, похищенный осведомитель – больше некому. Не Грей точно – не его лицо, не его фигура. Какого хрена они с ним такое сделали?

Гильза под ногами – большая, отсвечивающая матово-желтым… Чуть подальше еще одна…

– Сэр, что за хрень здесь происходила?

– Не хочу даже думать… – Дивер задумчиво рассматривал только что подобранную гильзу – заметил под ногами. Гильза была просто огромной, пятидесятого калибра. – Но если ты хочешь знать мое мнение, самое время делать отсюда ноги. Снимай этого, я прикрою…

Лейтенант сунул найденную гильзу в карман, занял позицию у двери, пока его подчиненный, стараясь сдержать тошноту, пытался отделить тело от балки. Это – тоже урок, теперь он раз и навсегда поймет, что представляет собой ИРА, и сделает все, чтобы не попасть к ним в руки. Такое зрелище раз и навсегда освобождает от иллюзий. У двери полно гильз – автоматных, значит, здесь шел серьезный бой, и кто-то отстреливался у двери…