Звездная пыль - Владимир Лещенко

Александр замер, пораженный одной странной мыслью.

Алена, что же, боится за свою судьбу? Боится, что ее просто деактивируют и сотрут, когда корабль пойдет на слом? Нет, иногда так и делалось – с теми искинами, которые не представляли ценности. Но такая сложная, самообучающаяся программа, как его Алена, имеющая такой опыт и память, стоящая дороже иного корабля, не должна бояться за свое будущее.

Кой черт, ведь программа вообще не может бояться! Что это – обычная стохастическая фишка из обширного арсенала личностного конструкта, как и всё прочее – искусная имитация… Или же… Или же и в самом деле те программисты, кто говорит о возможности превращении имитации в подлинник, не так уж не правы? В том ли дело, что сектор симуляции эмоций разбалансировался? Или… заработал лучше положенного?

– Тебе не о чем беспокоиться, Алена, – улыбнувшись (как можно непринужденнее), ответил Александр. – Просто тебя перекачают в мобильный блок и перенесут в новый корабль. В новый «Пассат».

– Тогда, если это возможно, пусть это будет блок не ниже седьмого класса мощности, – попросила собеседница. – В других мне будет не хватать ресурса для нормальной работы, а мне бы хотелось… мне бы не хотелось впадать в спячку.

– Ну, конечно же, мы так и сделаем.

Район 8238439-23727-ШЗ, на месте завершившейся битвы

…На «Александре Громовой» принимали пленных.

Уныло тащились мобилизованные и контрактники, привычно маршировали наемники, зло бросали взгляды исподлобья жрецы и легионеры, равнодушно шли немолодые, со страхом озирались юные…

Белые, черные, смуглые, бородатые, лысые… Люди с разбитых вдребезги и просто пришедших в негодность кораблей, снятые со шлюпок, выловленные среди обломков, где болтались в скафандрах, ожидая гибели от недостатка кислорода. Десантники, которые так и не сели в свои десантные баржи, пилоты, чьи машины зачастую были разбиты еще на флайдеках, канониры, так и не выстрелившие ни разу.

Все они поступали в распоряжение командира комендантского взвода, старшего лейтенанта Импалы де Орсини – отпрыска знаменитой фамилии, впрочем, всегда сторонившейся политики и предпочитавшей всему иному старый добрый скорчер. Она производила на пленных весьма сильное впечатление: высокая (чуть выше семи футов), могучая амазонка, взиравшая на мир сверху вниз сверкавшими на черном, как ночь, лице глазами, одним своим видом отбивала любую мысль о сопротивлении. А когда она улыбалась, её ослепительно белые зубы невольно вызывали воспоминания о том, что далекие предки этой дамы иногда грешили людоедством.

Вот ее взгляд привлек некий тип, выделявшийся даже в этой пестрой толпе, – очень малорослый, какой-то облезлый, в древних очках, на котором сутана жреца высокого посвящения болталась, как на палке.

– А это кто такой? – сверху вниз посмотрела на него командир комендантского взвода.

Человечек вздрогнул, сжавшись в комок.

– Кто ты такой, я спрашиваю?! – рявкнула Импала. Тот что-то жалобно пропищал.

– Громче говори!

– Главный историограф Козлов, – заплетающимся языком сообщил тот.

– Не поняла, – уставилась на него лейтенант, – чей ты главный историограф?

Ее слова потонули в хохоте окружающих. Смеялся даже кто-то из пленных.

Там же. Тогда же

– Значит, они не успели его уничтожить?

– Так точно.

– Знатный трофей, что я еще могу сказать!

Вопрос был задан генерал-майором тыловой службы, со знаками Управления денежно-вещевого довольствия на рукаве, а отвечала на него ничем не примечательная на вид капитан второго ранга.

Только вот речь шла не о каком-нибудь складе консервов или парадной формы Темной Лиги. Нет, о вещах совсем других.

– И вы уже что-нибудь накопали?

– Разумеется. Вообще-то, я вам скажу, этот полевой архив ОСБ – вещь весьма интересная. Вот хотя бы, нами обнаружены любопытные материалы на одного важного типа в Икарийской конфедерации. Очень большая шишка, с большими связями и даже собственной агентурой. Компромата – выше головы! Тут и контрабанда запрещенного оружия, и даже пиратство. Прошу добро на его немедленную разработку. Материалы я вам предоставлю в ближайшее время. Кстати говоря…

– Нечего нам больше делать?! – фыркнула генерал. – Забыли, что ли, сейчас война! Вот когда закончим с Лигой, тогда и займемся… Икарийской конфедерацией. Что-то есть еще?

– Да еще одна мелочь. Мы тут выловили шлюпку – черт ее знает, какое старье! А внутри оказался забавный мужик – утверждает, что он – бывший пленник со «Звездного черепа». Слышали про такой?

– Проверить бы его надо, – озабоченно протянула собеседница кавторанга. – Может быть, кто-то из деятелей Лиги решил улизнуть таким способом?

– Доставь-ка его ко мне: у меня тут, – она похлопала рукой по ноутбуку, – данные почти на всех ихних деятелей с портретами.

– Ладно, представлю его вам, только сперва его надо будет отмыть как следует, да еще, наверное, надушить лучшими духами.

– Это еще почему?

– Да как вам сказать… – замялась младшая по званию. – Дело в том, что в этой шлюпке почему-то не оказалось гальюна, так что можете себе представить, что там творилось…

– Тогда не надо допрашивать! – усмехнулась генерал. – Не стал бы сатанист летать на шлюпке без сортира – они любят комфорт. Выходит, говорит правду.

Район 128676– 12367-КС, головное подразделение флота Амазонии

…К борту «Ипполиты Великой» медленно подходил тяжело раненный корабль.

С первого же взгляда было ясно, что «Пассат» больше не будет ни воевать, ни даже, скорее всего, летать. Пожалуй, любой бы сказал, что его команде очень повезло, если она жива и в основном невредима.

Вот они сблизились почти вплотную. Из глухого черного борта дредноута выдвинулась телескопическая штанга, толщиной вполне сопоставимая с охотником. Ничего похожего на гибкие стыковочные металлопластиковые рукава гражданских судов или выносные причальные плошадки тут и близко не было – всё создавалось на высшем техническом уровне.

На конце штанги разомкнули губы громадные щипцы.

Вот они осторожно перехватили «Пассат» поперек корпуса аккурат в середине – примерно как гуляка держит банку с пивом (соотношение массы и размера было как раз соответствующее). Затем на конце штанги возник выдвижной шлюз и сомкнулся с переходным тамбуром космополовцев.

Вошли в гнезда разъемы энерговодов, патрубки водо– и воздухопроводов, энерганных магистралей и связи… Маленький фрегат и линкор стали на время единым целым.

Наконец, пшикнув напоследок уравнивающимся давлением, открылись двери шлюз-камер.

Стоящий с амазонской стороны часовой – широкоплечая и плотная девчонка, козырнула стоявшему с другой стороны Клайву Льюису, как велит обычай.