Нефрит - Елена Синякова

Я бы хотела хихикнуть и подергать бровями, показывая тем самым, что его габариты оооочень разительно отличаются от обычных человеческих, но почему-то не посмела и пикнуть, на уровне своих робких инстинктов ощущая, что в сповах Нефрита нет и доли лукавства или той веселой заигрывающей нотки, которая была еще недавно.

Было очевидным, что речь пойдет о чем-то серьезном и явно не спишком радостном, когда я притихла, почему-то принявшись гладить своими пальцами ладонь Нефрита, словно заранее пытаясь его успокоить и поддержать, даже если не подозревала о чем именно пойдет речь и как это относится ко мне.

Я не стала говорить даже о том, что я бы согласилась стать его женой в тот момент, когда я увидела его в зеленом кабинете нашего офиса, как бы глупо и наивно это не прозвучало, но не смогла, смущенно притихнув, и продолжая массировать его горячую ладонь, замечая, как подрагивают длинные сильные пальцы от моих прикосновений.

— Рано или поздно. но я бы показал тебе свою семью и увел бы в свой дом. Не тот. что в городе. В мой настоящий дом. В лесу. И для меня было самым важным, чтобы мой дом был безопасным для тебя…

Большое, дышащее жаром и огромной силой тело моего мужа за спиной напряглось и настыло, отчего я притихла и сжала его большую ладонь своими маленькими пальцами. чуть дернув плечом и пытаясь, чтобы мой голос звучал легко, но вместе с тем мягко:

— Кого можно бояться в лесу, если рядом есть ты?

— Мне подобных.

Так. Минуточку.

Мысли в голове бегали от виска к виску, пытаясь выстроиться в стройный, а главное понятный ряд.

— Но ведь ваши разногласия с Кадьяками закончились? — неуверенно пробормотала я, пытаясь вспомнить досконально все то, о чем мне рассказывали девочки и тетушка Зои. — Мы победили. Север теперь у власти и вы дружите с Полярными. чего не было со времен Второй Мировой войны…

— Мы тоже думали, что все хорошо, — Нефрит зашевелился за моей спиной, устало потерев переносицу и чуть улыбнувшись. когда я зашевелилась вслед за ним, чтобы повернуться на другой бок и лечь лицом к лицу, осторожно обвив рукой его стройный напряженный торс, стараясь случайно не придвинуться так близко, чтобы не задеть стратегически возбужденных частей тела и не сделать еще хуже.

Вот только он сделал это сам, почти подмяв меня под свой горячий бок и положив обжигающе горячую ладонь на мое бедро. Плавно и томно провел ею вниз до колени, чтобы положить ее на свою ногу. глядя при этом так проникновенно и пронзительно, сразу же заметив, как я поморщилась от кусающей и тянущей в бедрах боли, поморщившись вслед за мной и прошептав:

— …скоро пройдет. Главное не тревожить и дать ране зажить.

Звучало так, словно Нефрит уговаривал сам себя, осторожно гладя меня по ноге и явно боясь причинить лишнюю боль, отчего я улыбнулась, стараясь придвинуться к нему поближе раз уж он сам позволил и. обхватывая его красивое горячее тело теперь двумя руками, прижилась даже бедрами, где теперь разливалось его тепло, что успокаивало боль, словно убаюкивая ее.

— У нас есть пять дней, да? — прошептала я, утыкаясь кончиком носа в его грудь и блаженно прикрывая ресницы, помня при этом отчетливо слова Отца о том, что потом нужно будет куда-то выдвигаться. Именно поэтому так и торопились с нашей брачной ночью и, конечно же, меткой.

— Уже четыре, — так же тихо ответил Нефрит, не пытаясь отодвинуться и поглаживая мою ногу, но не делая больше никаких движений, даже если его возбуждение не стало меньше.

— Это как-то связано с тем, что ты рассказывал до этого?..

— Напрямую, — кивнул он, помолчав и лишь продолжая гладить меня по ноге вверх и вниз, согревая своим жаром, словно не решаясь продолжить сразу или думая, как преподнести новости помягче.

— Вы думали, что все хорошо. но оказалось, что это не так?… — подтолкнула я Нефрита продолжать, немного разомлев от его нежных прикосновений и этого обволакивающего жара, от которого становилось так уютно, хорошо и почти не больно.

— Не так. Пару недель назад на границе земель Кадьяков и Полярных наши парни нашли изувеченное тело одного из тех советников Короля, кто выступил за Севера и поддержал его.

Нефрит замолчал, когда я задержала дыхание, закрыв глаза, и стараясь не представлять себе, что значит «изувеченное тело», но, как обычно бывает в подобных ситуациях, картинка встала так ярко и красочно, что в какую-то секунду меня просто затошнило.

Вот он — закон подлости в действии!

Я бы уже даже не удивилась, если бы это все мне немного позже приснилось во сне, во всех красочно-кровавых подробностях, так, что захотелось скривиться и срочно попроситься в туалет, чтобы не стало плохо прямо под боком у Нефрита, если бы не его руки, которые обвили сильнее, прижимая к горячей благоухающей родным ароматом груди, когда он приглушенно продолжил, явно пытаясь перевести ход моих мыслей на другое:

— Все это нужно было проверить, чтобы не поднимать панику заранее. Все таки большинство противников нового уклада и правления Севера погибли в землях Полярных, а кто остался в живых и вернулся, больше не посмели возникать. Мы считали, что в наших землях наконец наступил покой, поэтому Север ненадолго вернулся в снега, а я в город, чтобы продолжить свою работу. Но недавно ситуация прояснилась. И не в нашу пользу.

Нефрит снова тяжело помассировал переносицу, на секунду опуская тяжелые пушистые ресницы, словно собираясь с мыслями и чуть дернув своим мощным плечом:

— Я бы не оставил тебя в городе именно сейчас, если бы знал, что нужно просто подавить бунт и Север справился бы с этим сам. Но все немного сложнее, чем мы думали… Северу бросили вызов на его трон и мирный уклад жизни всего рода Кадьяков. Оставить это безнаказанным мы не можем.

Я быстро поморгала, пытаясь сохранять спокойствие и логику, когда сердце предательски дрогнуло от паники и одной только мысли о том, что моему новоиспеченному мужу и смыслу жизни может грозить опасность, хрипло выдохнув:

— …ты ведь не хочешь сказать, что будет новая война, да?

— Мы еще сами не знаем, что именно будет, — его большая горячая ладонь мягко и осторожно сжала мою ногу чуть выше колена, подтягивая к себе еще ближе, чтобы Нефрит смог обнять двумя руками, прижимая к себе осторожно, но так горячо, — Сначала нужно понять и выяснить, кто идет против нас.

Мы так и лежали, тесно прижавшись друг к другу и обнимая двумя руками, словно оба боялись. что в эту секунду нас смогут разлучить, насильно отбирая друг от друга, и было в этом моменте столько истинного блаженства и непередаваемой душевной неги, что мне хотелось, чтобы время остановилось хотя бы на пару часов, дав нам возможность просто вот так полежать вместе, не говоря ничего, лишь слушая стук сердец и ровное дыхание.

Это было так же невероятно приятно, каки любовь физическая, но связывала наши души еще сильнее ощущением полного единства, сердечного тепла и любви, которая была в каждом вздохе и выдохе.