Ловушка для артефактора - Рыжая Ехидна

Что?! ЧТО?!

В первые секунды я даже не поняла, о чем толкует целительница. Медленно перевела взгляд на ее руки. Сердце ухнуло в пятки, а все пазлы наконец сложились в одну общую удручающую картинку.

— Подожди! Ты куда?! — бросила я ей вдогонку, когда Элен рванула к лестнице, ведущей из подвала.

Даже после ее вмешательства Мирон все еще выглядел плохо, поэтому я подставила ему свое плечо, помогая подняться. К счастью, спорить он не стал. Вместо этого в глазах мага отразилась благодарность. — Целительской помощи бедолаге явно не хватило — Элена ведь тоже пила утром чай. Мирону все еще было плохо.

— В свою комнату! — не оборачиваясь ответила она. — Ждите тут! У меня есть кое-какие зелья, они ослабят действие блокиратора!

Она вернулась быстро, мы даже до лестницы доковылять не успели, как девушка белкой перепрыгнула через несколько ступеней и оказалась рядом. Строгость во взгляде, сосредоточенность в движениях.

Вот как выглядит готовая к битве королевская гончая.

Без церемоний, не тратя времени на просьбы и объяснения, она влила в рот Мирона что-то из маленькой склянки и отбросила флакон в сторону.

— Ты еще слаб, тебе лучше остаться здесь, — строго произнесла она. — Это должно помочь восстановиться, но подействует не сразу, так что я не смогу быстро привести тебя в порядок. Мою магию тоже сковало.

Мирон с усилием, но встал ровнее, я втихаря выдохнула — тяжелый он.

— И пропустить все самое интересное? — хмыкнул мужчина, давая понять, что спорить бесполезно — его не переубедить. — Нет уж, я с вами. Тем более что в том, что случилось, виноват я, — уже без тени улыбки добавил Мирон. — К тому же, похоже, я единственный, кто не пил блокиратор.

Странно, но я совсем не винила его. Какими бы неприятными ни были наши прежние отношения, я понимала, почему он так поступил. Мирон по-своему заботился об Агнесс и оберегал ее. И я уважала его за это. Не знаю, что по этому поводу думала Элена, но она не стала тратить время на бессмысленные обвинения и нравоучения.

К куполу бежали так, будто за нами гнались самые страшные и кровожадные твари. Мирон оступался, подворачивал ноги, на наши косые взгляды отмахивался. Перепрыгивая через камни и коряги, мы спотыкались, но все же продолжали путь. Даже когда легкие горели огнем, а сердце стучало в ушах, я ни на секунду не подумала о том, чтобы остановиться, только мысленно благодарила Элену за тренировки.

И все это время в моей голове билась одна мысль: «Только бы успеть!»

Элена задавала темп и направление, но опыт командира оказался бесполезен — ребят мы не нашли. Впервые я видела гончую такой растерянной. Граница разлома уже рядом. Еще вчера на плановом обходе я этого не чувствовала, а сейчас меня опять начинало корежить, как совсем недавно в крепости, когда мы нашли Мирона. Тьма все ближе…

— Стойте! — попросила я, задыхаясь и складываясь пополам. — Мне нужна минута.

Мирон, зашипел: «Потом отдохнем», — но Элена, спасибо ей, его заткнула.

— Это не только усталость. Что еще? — уточнила она с нарочитым спокойствием.

— Там тьмы больше, — рука, помимо моей воли, указала направление.

— Откуда такая уверенность? — нахмурилась гончая.

Я задрала рукав, показывая на усилитель.

— Я не просто уверена. Я это чувствую.

Элена нахмурилась, сверля меня подозрительным взглядом. И тут Мирон добавил:

— В той стороне был прошлый прорыв.

Отвечать не стала — экономила силы. Лишь кивнула. Затем поймала направление, четкое, как вектор поисковика, и потрусила в ту сторону. Забег предстоял длинный.

Вначале ребята последовали за мной, не задавая больше вопросов. Но потом командирский голос Элены стеганул по спине:

— Стой! Идём в обход. Там есть место, откуда можно оценить обстановку. Мало ли что, будет глупо идти прямо в лапы врага.

Мирон порывался оспорить решение, но, обдумав ситуацию, нехотя согласился. И нам пришлось сделать немалый крюк, чтобы остаться незамеченными. Команда нашлась там, где Элена и предполагала.

Сев за большими валунами, мы осмотрелись.

То, что все скверно, стало понятно сразу: раньше здесь был просто довольно ровный участок склона с редким в этих местах выходом крупного серого песка. Как только его не выдуло? Наверное, жесткая цеплючая трава не дала. На этом месте мы, случалось, отдыхали во время обходов. А теперь полянка была изуродована. Восемь вытянутых небрежных клякс серого пористого стекла окружали девятую — особенно зловещую на вид. Эдакая уродливая ромашка. Агнесс ходила между застывшими кляксами, которых тут ещё вчера не было — от одного лепестка к другому, и рисовала на них незнакомые символы старинным кинжалом, после чего проливала собственную кровь. Да с таким ожесточением. С таким наслаждением, что у меня мурашки ползли по рукам. С каждой каплей крови все сильнее проступали темные нити, тянущиеся от одного камня к другим. Они напоминали плотный дым, образуя кривоватый октагон, в чьем центре оказался... небольшой алтарь?!

Понимание обрушилось на нас троих разом — ритуальное капище с жертвенным местом по центру.

Гончая не знала о предателе. Не знала о последователе. Но все поняла и без рассказа. Или хотя бы часть того, что на самом деле скрывалось за происходящим.

Проклятие, где все остальные?! Почему Агнесс одна?!

— Тварь, — прокомментировала увиденное Элена, перейдя на злое шипение и спрятавшись за валуном, который стал нам относительно надежным укрытием от глаз огневички, — догадалась же песок сплавить.

Я мысленно выругалась. Этому её Киран обучил в целях контроля дара!

А потом я увидела всех остальных.

Меня прошибло холодным потом, руки предательски задрожали, а перед глазами поплыло.

Ребята сидели неподалеку. Безоружные, ослабленные отравой до такой степени, что некоторые даже не сидели, а уже просто лежали на земле, окруженные тварями. Последние прибывали медленно, прятались за такими же валунами и кустами. Потому и не сразу бросались в глаза, как Агнесс с ее подготовкой к ритуалу на открытой плоскости. Исчадия тьмы не спешили нападать на ослабленных магов, скалились, принюхивались и облизывались, капая густой слюной на землю.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять — им дали приказ охранять.

Но почему Кас не вызвал подмогу, как только понял, как плохи дела?

— Что делать будем? — спросил Мирон. Он, казалось, окреп окончательно. И готов был вступить в битву.

Но обдумать возможные варианты нам было не суждено — прямо за спиной послышалось низкое утробное рычание.

Нас обнаружили!