Хмель и Клондайк - Андрей Круз

– Замерли оба! Мне ваши амулеты по хрен, грохну сразу обоих. Руки показали!

Я чуть отступил назад, так чтобы лежащий на полу крепыш оказался под прицелом тоже.

– Вы обознались, мы не грабители, – сказал длинный, стараясь казаться спокойным.

Именно что стараясь: люди под стволом спокойными не бывают. Никто и никогда. Крепыш на полу зашевелился и увидел, как ствол револьвера уставился на него. Замер.

– Руки, мля! Чтобы я видел!

Ну не смог я себе отказать в удовольствии. Пусть я и опознал Линева, но мы не встречались. Так что будем считать, что я их принял за грабителей. Ну как будто не опознал.

Надо бы на пол уложить, но это лишнее, злобу затаит. Я бы затаил на его месте.

– Вот мои руки, – сказал Линев. – Моя фамилия Линев, вы должны знать, я из Дружины. То есть не Семера, не ведьмы и не люди Жилина, вы ошиблись.

Вон он чего подумал. Что я ошибся. А я не ошибся, у нас все как надо.

– А это кто? – Я показал стволом «рэдхоука» на лежащего на полу парня.

– Это наш сотрудник, он вам ничем не угрожает.

– Вел он себя странно, как будто даже угрожал, – доброжелательно улыбнулся я.

– Он обеспечивает мою безопасность, вот и действовал излишне, может быть, старательно.

– Там есть объявление насчет телохранителей, – кивнул я на дверь.

– Я же не покупатель. И он не телохранитель, а просто сотрудник. Впрочем, если вы настаиваете, он может и в машине подождать, его присутствие непринципиально.

– Пусть подождет. Вставай. – Я еще чуть отступил, продолжая удерживать телохранителя на прицеле.

Тот выглядел злым, но достаточно сообразительным для того, чтобы не дергаться. Линев тоже рук не опускал. Когда телохранитель вышел из магазина, я жестом приказал Линеву сдвинуться и запер все двери. Потом убрал револьвер в кобуру.

– Тот самый Линев, значит?

– Не знаю, какой именно, но, наверное, тот самый, – осторожно сказал он, опуская руки.

– Подслушка, наблюдение с чердака напротив – оно того стоило?

– Никогда заранее не знаешь.

– Чем обязан?

– Револьвер хочу купить, – усмехнулся Линев. – Можно?

– Без проблем. Какой?

– А какой лучше? Какой амулеты пробивает?

– Пули пробивают. А лучше такой, из какого стрелять получится.

– Я у вашего приятеля Хмелева интересный видел, с длинным таким барабаном. Чем он хорош?

Слава успел перед Линевым револьвером помахать? Или этот нагловатый тельник у него вытащил?

– Можно картечью стрелять. Можно обычными револьверными патронами. В Америке такие часто просто дробью заряжают, от змей.

– Да? – Линев расстегнул пальто и вытащил из внутреннего кармана бумажник с бляхой. – А продайте мне на бляху.

– С длинным или коротким стволом?

– Вот как у Хмелева.

Ну ничего, все же Линев не совсем безнадежен, умеет менять рисунок разговора, если «позиция силы» оказывается ошибочной. Сейчас пытается просто вытащить на контакт. Не дурак.

– Вам носить или в стол? Или подарить кому-то?

– Пожалуй что носить.

Я поднял стекло прилавка, вытащил точно такой же, как у Хмеля, «таурус», выложил перед собой.

– У Хмелева такой же.

– Да, я запомнил.

В руки он взял револьвер не то чтобы очень уверенно, но и не как дилетант. С оружием человек знаком, просто не с таким. По крайней мере, как откинуть барабан, разобрался сразу.

– Противоамулетные пули для этой модели есть?

– Есть. Амулет воспринимает их так, словно они с удвоенным весом. Ну и при попадании в тело тоже энергия в два раза больше.

– Интересно, – хмыкнул он. – Дайте патронов… сами решите, что лучше. Разных. И есть обычные, для практики?

– Разумеется.

Как не быть? Не палить же по мишеням магическими! Обычных я тоже много собираю и продаю.

– Кобуру?

– Да, пожалуйста. На пояс.

Я быстро набрал всего, что Линев просил, выложил на прилавок, а он протянул мне бляху, чтобы я номер списал.

– Вы кем раньше были? – неожиданно спросил он.

– Оружейником, торговцем оружием.

– На Аляске, так? – уточнил Линев, забирая бляху обратно.

– Именно.

– А до этого?

– Частным военным контрактором. А до этого военным, – добавил я, предвидя следующий вопрос.

– Части специального назначения, так?

– По штабной линии.

– Еще Дмитрий Гаркушин у вас есть, он ведь тоже…

– Собровец, – это ни для кого не секрет. – А что?

– Сейчас все скажу. – Линев опять усмехнулся. – Плюс у вас есть вполне боевой чародей… и Платонов. Платонов – он как по боевым качествам?

– Не хуже других.

– Он не кондуктор, часом?

– Нет, – я посмотрел Линеву в глаза, – если бы он был кондуктором, то давно бы уехал в то же Лудино и работал оттуда. Чтобы его не начали эксплуатировать все, кому не лень, без всякой реальной благодарности.

– Понимаю. Да и система у вас замкнутая, из тех, что не отберешь, верно?

Я промолчал, выписывая трансфер на оружие. Затем спросил сам:

– Наличные или чек?

– Лучше чек. У меня именной, так что с гарантией. – Он извлек из кармана чековую книжку тоже «Центрального городского», как и у меня, но с отпечатанным на каждой странице именем. Затем выудил ручку, быстро заполнил графу с суммой, расписался и приложил палец, заставив металлизированный кружочек тускло засветиться и погаснуть. – Пожалуйста.

– Взаимно. – Я быстро уложил все покупки в небольшую брезентовую сумку. У нас тоже свои стандарты. – Пожалуйста. При стрельбе картечью цельтесь немного ниже, она вверх идет.

– Чай я заслужил? – спросил Линев.

Интересно. Будем считать, что заслужил. Хотя бы тем, что заинтересовал.

– Пойдем вниз, в мастерскую. Там у меня все для чая.

Доверие на доверие, так сказать, танец встречных шагов. Посмотрим, какое колено он выкинет следующим.

Внизу Линев повесил свое пальто на вешалку и развалился в кресле, в котором любила сидеть Мила. А я поставил чайник и выложил корзинку с печеньем.

– Угощайтесь. Так чем обязан?

Линев свел длинные худые пальцы перед грудью, в манжете рубашки мелькнул серебряный браслет. Как-то ярко он выглядит для своей должности. Хотя, с другой стороны, такого хлыща мысленно на такую должность и не поставишь. Даже может быть неплохим прикрытием.