Хмель и Клондайк - Андрей Круз

– Что происходит? – спросил он, понизив голос. – Сначала прослушка, теперь контрразведка…

– Забудь, – похлопал я помощника по плечу. – Мы с ними теперь лучшие друзья. На какое-то время.

– Помощь нужна?

Я посмотрел на Ивана с неприкрытым сомнением, потом кивнул:

– Подумаю.

После этого снял с вешалки куртку, натянул ее и вышел за дверь. Улица встретила морозным воздухом, защипало ноздри, забрался под одежду студеный ветерок. Я внимательно огляделся по сторонам, накинул капюшон и поспешил к проспекту. Добежал до ближайшей офисной пятиэтажки, зашел внутрь. Под одной лестницей там располагалась каморка сапожника, под другой обустроился пожилой колдун. Плакат над его распахнутым окошком гласил: «Подзарядка амулетов».

– Чародейские подзаряжаете? – спросил я.

– Что у вас? – зевнул дядечка, откладывая толстую брошюру.

Я снял с шеи цепочку с отводящим пули амулетом и передал ее мастеру.

– «Чешуя дракона», – с ходу определил тот. – Заряда чуть меньше половины.

– Во сколько обойдется пополнить?

Колдун с кислым видом оглядел выставленные вдоль одной из стен машинки и вздохнул:

– Стандартные методы не подойдут, только в ручном режиме, а это дорого.

– Сколько?

– Десять рублей.

Я выложил на подоконник «сеятеля» и недобрым словом вспомнил кондуктора, так некстати напоившего Саню.

Гимназист проверил жезлом золотую монетку советской чеканки, после этого сдернул накидку с хрустального шара и положил на него правую ладонь. Амулет он стиснул в левой, и сразу сильно запахло озоном, волосы колдуна встали дыбом, закрытые глаза засветились, потом погасли. Мастер встряхнул головой, вернул амулет и достал бутылку.

– Терпеть не могу, – пожаловался он, наливая себе водки.

– Это все? – спросил я.

Гимназист выпил, выдохнул и подтвердил:

– Все.

Тогда я вернул амулет на шею и достал связку ключей. Зарядить «Щелчок» оказалось несравненно проще и дешевле. После этого отправился домой. Поднялся к себе, но Ирина уже легла в постель и то ли спала, то ли делала вид, поэтому вернулся в бар.

Так и простоял за стойкой до самого закрытия. Даже Ивана отпустил, когда его гимназисточки на огонек заглянули. Не волновался ничуть. Если все уже предопределено, какой смысл трепать себе нервы сомнениями и страхами?

Все решится завтра или послезавтра. Так или иначе, но все решится.

И теперь я буду не один.

Хмель. Самые события

Пятница. Утро

Утро! Я люблю утро. Люблю просыпаться в одной постели с подругой, лежать рядом, обнимать. Но это когда мои поползновения воспринимаются благосклонно. Получать по рукам я не люблю. А в это утро вышло именно так.

Поэтому я попросту сдернул с Ирины одеяло и завернулся с него, а когда она этой бесцеремонностью возмутилась, с милой улыбкой поинтересовался:

– Не хочешь приготовить завтрак?

– Ну ты и наглец, Хмелев!

– Я наглец? Я тебе каждое утро завтрак в постель ношу!

Ирина с выражением посмотрела на меня и милостиво разрешила:

– Хорошо, неси. Не будем отступать от традиций.

Но стоило только запустить руку под ее ночную рубашку, как немедленно оказался выпихнут из кровати.

– А как же не отступать от традиций? – пробурчал я, одеваясь.

– Завтрак! – отрезала девушка.

Я вздохнул и поплелся вниз.

Разжег плиту, быстро поджарил тосты и сервировал поднос-подставку. Прихватил с собой термос с чаем и унес все это наверх. Поднос поставил Ирине, сам демонстративно устроился за столом.

– Ну и во что ты на этот раз впутался? – спросила тогда девушка.

– Ни во что, – пожал я плечами.

– А на работу почему мне ходить запрещаешь?

– Ожидаются беспорядки. Беспорядки – это раненые. Раненые – это госпиталь. Когда все начнется, нечего тебе там делать.

– Моя работа – помогать людям.

– Этим лучше не помогать. У бандитов разборки намечаются.

– А ты откуда знаешь?

– Партнеры шепнули.

– Ладно, иди ко мне, – сменила гнев на милость Ирина. – Только не приставай!

Ну я и не стал приставать. Какое-то время.

В общем, в итоге мы помирились.

Потом я оставил бар на Ивана, сам повел Ирину на работу. На улице было спокойно. Ездили машины и телеги, спешили по делам пешеходы. Никто не собирался в беспокойные группы, не поглядывал тревожно по сторонам, не закрывал окна ставнями. Все работали в обычном режиме.

– Гляди в оба, – попросил я подругу на прощанье.

– Всегда! – рассмеялась та, чмокнула меня в щеку и скрылась в госпитале.

Я проверил убранную в карман телескопическую дубинку, поправил сумку с револьвером и зашагал домой, не забывая внимательно поглядывать по сторонам. Но нет – все и в самом деле было спокойно.

В баре я убрал куртку на вешалку, сунул «таурус» в кобуру и спросил Ивана:

– Оружие не купил еще?

– С расчета теперь только, – вздохнул парень. – Поиздержался тут немного…

– Если крутишь с двумя, на подарки в два раза больше денег уходит.

– Так и удовольствие вдвойне…

– Любишь кататься – люби и саночки возить, – хмыкнул я и позвонил в «Большую Охоту». Трубку снял Саня.

– Привет! Взрослые есть дома? – спросил, наливая себе на пару глотков светлого.

– Нет, умотал на разведку.

– Вот ничего себе! – удивился я. – А меня почему не позвал?

– У тебя медицинские противопоказания, нет? Вчера же говорили или ты не помнишь ничего?

– А, точно! Ладно, проехали. Мы зайдем сейчас. Встречай у черного хода.

– Идите, я Милу пошлю.

Иван уставился на меня с нескрываемым удивлением:

– И зачем мы туда пойдем?

– Ружье тебе покупать, зачем еще! – фыркнул я и попросил тетю Машу присмотреть за баром, пока нас не будет.

– У меня денег нет! – напомнил Иван.

– Считай это премией, – успокоил я его, отпирая черный ход. – Вторую неделю бар на себе тащишь, заслужил. В общем, тринадцатая зарплата тебе полагается.

– И мы можем это себе позволить?

– Более-менее. Пиво сдали оптом, деньги раньше пришли.

– А оклад повысить? – спросил помощник, шагая вслед за мной через двор.

– Не все сразу.