Империя травы. Том 1 - Тэд Уильямс

– Вставай, животное! – приказал Саомеджи. – Осталось совсем немного. Или я должен тебя наказать?

– Ты сказал, что мы встретим твоих проклятых хигдайя сегодня, – задыхаясь прорычал гигант. – Они смогут стащить чудовище вниз отсюда, потому что мне конец. Накажешь меня еще раз – и я умру. Я не стану тащить сани дальше.

Лицо Саомеджи оставалось таким же невозмутимым, как всегда, но Ярнульф видел, что его переполняет ярость. Саомеджи поднял красный кристаллический прут, и гигант забился в судорогах с широко разинутым ртом, а его огромный серый язык беспомощно трепетал от боли.

– Однажды старый Гэм оторвет твою голову от плеч и проглотит ее, – прохрипел гигант.

Саомеджи вновь и вновь посылал боль на Го Гэм Гара, и Ярнульф подумал, что он и в самом деле собирается убить гиганта, но тот лишь корчился и выл. Саомеджи посмотрел вниз, сощурив свои диковинные золотые глаза. Из-за деревьев выходили солдаты хикеда’я, сначала совсем немного, потом несколько дюжин, все молчаливые, как кошки. Женщина Жертва в шлеме командира крикнула:

– Мы пришли, как обещали, Певец.

– Рад вас видеть, командир, – крикнул в ответ Саомеджи.

– Ты можешь наказать гиганта позднее, – сказала она. – Мы пришли, чтобы помочь донести вашу ношу в наш лагерь.

Саомеджи спрятал кристальный прут в складках одеяния, оставив гиганта стонать на земле. Когда бледнокожие Жертвы поднялись на холм и приступили к работе, безмолвные, точно термиты, Ярнульф постарался держаться поближе к Певцу. Его уже заметили солдаты, но удостоили лишь презрительными взглядами, и он не хотел, чтобы его застали врасплох в одиночестве, если кто-то из них решит, что он раб, которого следует наказать.

Множество воинов, лошадей и веревок позволили довольно быстро спустить дракона на следующее плато и продолжить движение вниз. Ярнульф уже различал хорошо замаскированные очертания лагеря хикеда’я, разбитого на поляне в лесу; там находились еще несколько дюжин солдат Жертв. Огромный шестиколесный фургон стоял в центре поляны, слишком большой, чтобы его можно было спрятать. Фургон, выкрашенный в такой темно-красный цвет и казавшийся почти черным, украшали символы, которые Ярнульфу, обладателю глаз смертного, не удавалось разглядеть в сгущающихся сумерках. Восемь крупных боевых козлов пощипывали сухую траву на поляне, поглядывая на вновь прибывших своими глазами-щелочками, и их не напугал даже связанный дракон, которого подтащили к краю поляны.

Дверь фургона распахнулась, и в сумеречном свете появилась высокая фигура. Ярнульф сразу понял, кто это, и сердце у него забилось сильнее, а кожа стала холодной и липкой, когда высокое существо повернулся к Саомеджи, и стала видна маска из сморщенной кожи, обрамленная капюшоном.

– Ты наконец вернулся, алтарник, – сказал голос, подобный шороху мертвого тела, которое тащат по гравию.

– Да, великий Ахенаби, Лорд Песни.

– Но ты вернулся, потеряв часть членов твоей Руки, которые были с тобой в замке Горькой Луны.

– Наше задание было опасным, господин. – В ответе полукровки Саомеджи прозвучала странная нота, определенная горечь, даже Ярнульфу она показалась лишней в разговоре хикеда’я с тем, кто занимает более высокое положение. – Но мы добились успеха.

– В самом деле? В таком случае, тебя следует поздравить. И что же вы мне доставили? – Ахенаби спустился по ступенькам фургона и направился в сторону плененного дракона. – Зверь выглядит так, словно он умирает. Мертвый червь для меня бесполезен, алтарник.

– Он не умирает, господин. Ценой больших усилий мне удалось сохранить ему жизнь. – Теперь в голосе Саомеджи слышалась боль. – Мы поймали его высоко в горах и сумели доставить сюда.

Гигант Го Гэм Гар фыркнул – он сидел на земле и смотрел в сторону Саомеджи, и тот бросил на него холодный взгляд.

Ахенаби сделал небрежный жест, и несколько Певцов в капюшонах выступили вперед.

– Позаботьтесь о звере, – сказал он им. – И сохраните ему жизнь, если хотите уцелеть сами. – Его глаза сощурились в отверстиях маски, когда он увидел неподвижное тело Мако на санях. – А это еще что такое?

– Мако, командир нашей Руки. Его обожгло кровью дракона.

Казалось, это заинтересовало Ахенаби, который подошел, чтобы взглянуть на изуродованное лицо Мако.

– Зачем вы принесли его назад, рискуя успехом миссии? – Только сейчас он заметил Ярнульфа, который старался держаться за спиной Саомеджи. – И что это за существо? – Его глаза превратились в черные щели. – Зачем ты привел с собой смертного раба? И где ты его нашел?

– Это не обычный раб, а Охотник Королевы, – ответил Саомеджи. – Наш Эхо, Иби-Кай, был убит стаей фури’а, неподалеку от замка Горькой Луны, вскоре после того, как мы с вами расстались. Мы взяли смертного в качестве проводника, чтобы он помог нам добраться до восточных гор, где обитают драконы.

Ахенаби долго смотрел на Ярнульфа, потом жестом предложил ему подойти. Ярнульф повиновался, как в кошмаре, словно понимал, что у него нет никакой возможности сопротивляться власти Лорда Песни и что через несколько мгновений все его тайны будут раскрыты.

«Моя смерть будет невыносимо медленной… и невыразимо болезненной…»

– Господин, – сказал Саомеджи. – Пожалуйста, прошу вас проявить терпение, но я должен упомянуть еще об одной вещи, понимая, что времени у нас нет. Вождь Мако умирает.

Ахенаби был явно недоволен тем, что его отвлекли, но на мгновение отвел взгляд от Ярнульфа.

– И какое мне до него дело?

– Я принес его обратно, полагая, что он может быть еще полезен вам и королеве.

– Полезен? – Смех Ахенаби был подобен палке, которой быстро провели по частоколу. – И какая польза может быть от этой сломанной вещи нашей Всеобщей Матери?

– Командира Мако обрызгала драконья кровь – вы видите, насколько сильно, однако он все еще жив. Он был прославленным воином и уничтожил множество врагов королевы.

– И что с того?

– Я подумал… – Теперь, когда момент настал, Саомеджи начал сомневаться. – Быть может… как новое оружие мести королевы…

– Говори уже, – резко приказал Ахенаби.

Саомеджи сделал глубокий вдох.

– Быть может, Яма Теби?

Мгновение взгляд черных глаз из-под маски оставался пустым. Потом, медленно, Лорд Песни начал кивать.

– Яма Теби!.. – прохрипел Ахенаби. – Клянусь Покинутым Садом, это идея! Но командир Жертва еще жив.

– А разве это помешает Слову Воскрешения довести дело до конца? – спросил Саомеджи, который вновь обрел уверенность. – Возможно, оно станет еще более сильным?

Ярнульф понятия не имел, о чем они говорят, но был счастлив, что Ахенаби перестал обращать на него внимание; он отступил на несколько шагов в сторону Саомеджи, а Лорд Песни подошел к Мако и встал над ним.