Сделка с профессором - Полина Краншевская

Со дня отъезда хозяина усадьбы прошло уже больше трех седьмиц. Беатрис постоянно получала от него письма и отсылала свои, но изучение магии так поглотило ее, что ответы Бетти скорее напоминали короткие записки, чем полноценные послания. Ей казалось, что писать особенно не о чем, поскольку она проводила все время либо в доме, либо в парке, а за ограду Пруденс ее категорически не отпускала ни под каким видом. Атли же будто чувствовал, что она скрытничает, и все настойчивее просил рассказать о ее жизни на острове побольше.

И вот нежданно-негаданно Беатрис увидела его во сне. Он сидел на краю постели и перебирал длинными пальцами разметавшиеся по подушке мягкие пряди ее волос. В комнате царил полумрак, разгоняемый лишь бледным лунным светом, проникавшим через не зашторенное окно. Его светлые волосы струились по плечам и выглядели совершенно белыми в сравнении с темной рубашкой и брюками.

– Атли? – удивилась Бетти, приподнимаясь на локтях. – Что ты здесь делаешь? Когда ты вернулся?

– Здравствуй, моя нежная пташка, – тихим приглушенным голосом отозвался он и погладил ее по щеке. – Ты так очаровательна без всех этих причесок, нарядов, украшений. Твоя естественная красота во сто крат милее. Я хотел уехать от тебя как можно дальше, чтобы ты не терзала мою душу наивным взглядом, доверчивой улыбкой, звенящим голоском. Но я потерпел неудачу. Каждый день вдали от тебя – изощренная пытка. Ты нужна мне, милая.

Он склонился к Беатрис и поцеловал ее приоткрытые от изумления губы. Но этот поцелуй отличался от тех, что были прежде. Настойчивый, жадный, подчиняющий и не приемлющий отказа он опалил Бетти, и она вспыхнула в крепких объятиях, как соломинка от случайной искры, вылетевшей из жаркого камина. Она стремилась навстречу Атли и отвечала на его ласку без стеснения и робости, так как и не предполагала раньше. Словно рухнул какой-то барьер внутри нее, не позволявший открыто выражать свои чувства.

Беатрис прижалась к нему теснее и обвила его шею руками.

– О, Бетти! – выдохнул он, на мгновение отрываясь от нее. – Мое сокровище. Моя страстная девочка. Погоди немного, здесь не место для этого.

Он подхватил ее на руки и понес в северную часть дома. У Беатрис шла кругом голова, внутри разливалось приятное тепло и ликование. Она всего на мгновение прикрыла глаза, а когда осмотрелась, они уже находились в подземелье.

– Что мы здесь делаем? – поразилась Бетти, разглядывая изменившуюся обстановку.

На столе больше не лежали свитки, там стояли бокалы и бутылка вина. На полу внутри треугольника была постелена пушистая белая шкура неизвестного зверя, по ней рассыпались многочисленные разноцветные подушечки, будто кто-то второпях не успел их аккуратно сложить. Настенные светильники озаряли комнату тусклым светом, и Бетти почудилось, что их специально притушили.

– Я хочу, чтобы ты кое-что испытала, – ответил Атли, укладывая ее на шкуру и помогая устроиться на подушках удобнее.

Сквозь тонкую сорочку Беатрис ощутила, как приятно льнет к телу мех, запустила в него пальчики и провела рукой вдоль длинных ворсинок.

– Какой мягкий! – подивилась она.

Атли не обратил внимания на ее слова, наполнил бокалы и растянулся возле нее.

– Давай вкусим с тобой этот чудесный нектар, излечивающий тело и бодрящий душу, – севшим голосом произнес он. – Сама судьба свела нас, и теперь я готов признать свое поражение и разделить с тобой горечь проигрыша.

Бетти не понимала смысла его слов, но из бокала очень приятно пахло, и она с любопытством взяла его в руки.

– За тебя, Бетти, – сказал Атли и выпил все содержимое залпом.

Беатрис пригубила, и напиток показался ей слаще всего, что она когда-либо вкушала. Ее бокал тут же опустел. Она с разочарованием увидела его дно и с мольбой посмотрела на Атли.

– Больше одного бокала нельзя, – рассмеялся он, убирая порожние фужеры на стол.

Бетти вдруг стало радостно оттого, что Атли рядом и снова заботится о ней, старается угодить и смотрит с таким обожанием. Она рассмеялась от счастья, наблюдая за тем, как он снова опустился подле нее.

– Обещаю, – прошептал он ей в губы, – нам будет хорошо вместе.

И больше Беатрис уже ничего не видела и не слышала. Атли целовал ее, как обезумевший от жажды путник, вдруг наткнувшийся на чистый родник, а она захлебывалась в водовороте его страсти, чудом оказывалась на поверхности, чтобы сделать короткий вдох, и снова ныряла в пучину. Тяжело дыша, он снял рубашку и брюки, стянул с Бетти сорочку и с восторгом оглядел ее беззащитное, неприкрытое тело.

– Ты такая хрупкая, моя драгоценная, – хриплым голосом выдавил он. – Если бы ты знала, как я боюсь перейти черту, но сегодня я постараюсь удержаться.

У Беатрис пересохло во рту, голова кружилась все сильнее, а в душе набирал силу ураган безудержного веселья. Она бесстыдно рассматривала обнаженного Атли, любуясь его литыми мускулами на груди, играющими в неверном свете под бледной кожей, его сильными руками, его рельефным животом. Ее взгляд приклеился к поросшему темными волосами паху, и она с любопытством первооткрывателя таращила округлившиеся глаза на внушительное напряженное мужское естество.

– Не смотри на него так, – с глубоким гортанным смехом сказал Атли. – Иначе я за себя не отвечаю.

Бетти захихикала в ответ, поражаясь тому, что присущее ей смущение испарилось без следа, ее так и подмывает потрогать то, что раньше было недоступно. Атли будто прочитал тайные помыслы, усмехнулся, взял ее руку и направил в нужное место. Она почувствовала горячую подрагивающую плоть, обхватила ее и погладила по всей длине, наслаждаясь ощущением сокрытой в ней силы.

Дыхание Атли участилось, он прикрыл глаза и выдохнул:

– Не останавливайся.

Беатрис, ободренная его реакцией, начала действовать смелее, и скоро Атли уже мелко дрожал, стоя перед ней на коленях и позволяя вытворять с собой все, что ей заблагорассудится.

– Бетти, – простонал он, схватил шаловливые ладошки и повалил ее на мягкую шкуру. – Ты решила свести меня с ума? Не выйдет. Если я свихнусь, то только вместе с тобой.

И он принялся ласкать ее извивающееся от новых опьяняющих, сладостных ощущений тело, целуя, прикусывая и изучая языком каждый сантиметр. Беатрис никогда не думала, что способна так откровенно стонать в голос, так хрипло выкрикивать имя Атли и так безудержного хотеть нависающего над ней мужчину. Но ему оказалось этого мало, он развел ее бедра и коснулся своим естеством. Бетти протяжно застонала и подалась вперед, мечтая ощутить его плотнее.

– Нет! – вскрикнул он, удерживая ее. – Умоляю, не двигайся. Мы не должны сделать тебе больно. Только нежность и удовольствие.