Щит Королевы - Наталия Подлесная

Эльфийка откинула крышку, подняв в воздух изрядное облако пыли.

– Бабушкин, – изрекла она так, будто хотела сказать: «Этот сундук принадлежал Великому и Могучему Магу, победившему сто драконов и триста злых волшебников»… Впрочем, не исключено, что примерно так оно и было.

– Бабушки дар Криден? – оценивающе прищурилась я.

– Именно! Ты не представляешь, каких трудов мне стоило приволочь его сюда – да еще так, чтобы отец ничего не заметил. Но я чувствовала, чувствовала, что он мне сослужит службу! – Она в восторге закружилась вокруг своего сокровища. – Правда, по чести говоря, я в половине этих свитков до сих пор даже слова не могу разобрать. Зато про вторую половину точно знаю, что они пригодятся!

Сиэнре начала рыться в сундуке, а мне вдруг стало не по себе.

Я, конечно, не дока в магии, однако догадываюсь, чем грозит использование могущественных сил начинающими чародеями. Всякие исчезающие невесть куда предметы – это еще полбеды. Бывает, и сам такой горе-колдун пропадает начисто.

– Ты уверена… – очень неуверенно начала я.

– Сейчас обижусь, – сказала Сиэнре самым будничным голосом, какой только можно себе представить. – Между прочим, самое страшное для волшебника – когда в его умениях и способностях сомневаются.

– Понятно, – с еще большим сомнением протянула я.

Она расхохоталась.

– Фиона, не будь такой занудой! У нас все получится.

11 кналлари

Сегодня я убедилась в этом сама. Хотя, конечно, не обошлось без приключений, но к ним я была готова. У Сиэнре даже обыкновенный завтрак, по-моему, без этого не обходится.

Вьорк – как ни странно – одобрил нашу затею, даже уговаривать не пришлось. А я-то приготовилась к долгим спорам!..

Мы встретились у дома Твана, как только пробил третий колокол. Мэтт и Стради сняли со стены по факелу, Гвальд сторожил снаружи. Ему явно хотелось пойти с нами, но Мэтт его убедил, что кто-нибудь должен охранять тылы – на всякий случай.

Вот опять Мэтт им командует, с ноткой грусти за Гвальда и в то же время с гордостью за Мэтта отметила я про себя. Неявно так, Гвальд и сам не замечает, как подчиняется его авторитету…

Сначала вошли Щиты с зажженными факелами, за ними – я и Сиэнре, сжимавшая в руке пергамен из бабушкиного сундука. В неверном свете факелов мне почудилось, что какая-то тень, затаившаяся у лестницы, метнулась вверх, на второй этаж.

В ее очертаниях было что-то знакомое, но что?

Я тихонько тронула Сиэнре за рукав:

– Видишь? Вон там!

Эльфийка кивнула:

– Взглянем поближе?

– Что там такое? – недовольно проворчал Мэтт мне прямо в ухо. – Лестница как лестница.

Как выяснилось, Щиты ничего не заметили. Но покорно согласились заглянуть для начала на второй этаж.

Мы подошли к широкой и крутой деревянной лестнице и потихоньку начали подниматься вверх. Резные перила давно прогнили, ступеньки расшатались… Из-за спин гномов площадку второго этажа видно не было. Вдруг – ступеньке на пятой – я буквально влетела головой в спину Мэтта.

– Ну, Фиона, у тебя голова – будто в шлеме, – с уважением прошептал он, повернувшись к нам. – Не ударилась? Смотри!

Мэтт поднял факел повыше. Оказалось, что дальше несколько ступенек совершенно разрушены, и, для того чтобы взобраться до конца, надо спрыгнуть на узенькую балку и пройти по ней саргов семь. Если мы кого и видели, это явно было привидение: сигануть с такой скоростью и незамеченным добраться до площадки мог только бесплотный дух. Да и ветхие ступеньки обязательно отозвались бы: хоть в башмаках ступай, хоть босиком топай.

– Показалось, – признала эльфийка. – Возвращаемся.

В комнате с ракушками девушка, не обращая на нас внимания, моментально уселась на пол и закрыла глаза.

– Может, сначала в другую комнату заглянем? – Стради порывался тронуть волшебницу за плечо, но я его остановила.

– Ш-ш, – прошептал Мэтт. – Уже колдует!

Мы замерли, как изваяния. Минуты через три, когда, казалось, она окончательно ушла в себя, эльфийка вдруг покосилась на меня озорным глазом и расхохоталась.

– Что, уже все? – удивился Мэтт.

– Нет, конечно. Я еще и не начинала, просто к месту примерялась.

Мы одновременно выдохнули. Ну что с ней будешь делать!

– Значит, так! – Мэтту явно не хотелось ссориться с эльфийкой, но сдерживался он с трудом. – Хи-хи, ха-ха и всемогущее колдовство оставим на потом, когда мы проверим первый этаж. Согласны?

Он со значением посмотрел на Сиэнре.

– Конечно. Это ж было так, минутка, – заявила она совершенно невинным голосом.

Мэтт только сокрушенно покачал головой и пробормотал что-то типа «бесполезно бороться» и «никакого представления о засадах».

Под лестницей пряталась еще одна дверь. Соседняя комната, где скрывались гномы, которых я подслушала (целую вечность назад!), оказалась совсем как первая: небольшая, пустая, но совершенно не пыльная.

Притворив дверцу, мы вернулись обратно. Сиэнре села на облюбованное место, достала из кармана свернутый лист пергамена, а мы снова замерли вокруг.

На этот раз волшебница оставалась неподвижной довольно долго. Хотя кто знает, сколько на самом деле прошло времени? Ждешь чего-то, неизвестно чего, нервы напряжены… Может, час прошел, а может, и куда больше – как тут посчитаешь?

Наконец эльфийка вздохнула и, откинув назад волосы, вытерла выступившие на лбу капельки пота.

– Свиток оказался еще интересней, чем я думала, – тихо, немного усталым голосом проговорила она. – То, что здесь происходило, увижу не только я.

– А кто еще? – тихонько спросил Стради.

Клянусь, его вопрос не звучал ни глупо, ни неуместно.

– Вы, – выдохнула Сиэнре.

Первую минуту мы ошеломленно молчали, а потом заговорили все разом.

– Ну надо же! Вот здорово! – Стради разве что не подпрыгивал в нетерпении.

– А куда смотреть? – интересовало меня в первую очередь.

– Так, садитесь у этой стенки, – распорядилась эльфийка, – и ни гу-гу. Что бы ни случилось, помните: история давняя, и мы на ее ход все равно никак не повлияем. А если будете вскакивать с места или шуметь – я могу отвлечься, и ничего не выйдет.

– Понятно, – заключил Мэтт. – Фиона, ты в серединку.

Мы сели у стены на расстеленный Мэттом плащ. Он сжал мою руку в своей.

– Если вдруг чего испугаешься, скажи, – шепнул он настороженно.

– Я лучше зажмурюсь, – пробормотала я в ответ, прижимаясь плечом к его груди.