Альбинос - Алексей Бобл

– Богдан с доставщиками сам расчеты вел.

Оглядев содержимое трюма, старшина выпрямился и зашагал к рубке. Я повернулся следом за ним.

– Мне разгрузиться надо, силовую наладить и ходовую глянуть. Ну и…

– Что? – Он вынул осколок из разбитой пулями рамы, прищурившись, глянул на меня сквозь стекло.

– И расчет получить.

Бросив стекляшку на палубу, старшина упер руки в бока.

– А может, тебя Богдан потому и нанял, чтоб омеговцы про груз не узнали? Может, старых доставщиков разведка их выследила…

– Может быть, – устало сказал я. – Кто мне заплатит?

– Богдан, – твердо произнес старшина.

Я покрутил головой.

– Он здесь? Не вижу его.

Старшина хмурясь смотрел на меня.

– Карп! – донеслось со двора. – Куда Карп пошел?!

К подмостку у ворот, где толпились охранники, подбежал рослый парень.

– Чего тебе? – Старшина нагнулся над ограждением.

– Разин вызывает, срочно!

– Иду.

Он перекинул ногу через ограждение, повернув ко мне голову:

– Благодари летунью, доставщик, иначе проблемы бы у тебя были большие. А так сейчас тебя разгрузят, и можешь ехать куда хочешь.

– Не понял? – сказал я и схватил его за рукав. – Деньги…

Палуба прыгнула на меня, в голове гулко бухнуло, и перед глазами заплясали звездочки.

– Фрол! – позвал старшина где-то вверху. – Дорогу до мастерских покажешь, там груз пускай примут и в казематы спустят, а после меня кликнешь.

Я сел, держась за голову. Карп спрыгнул на землю и поспешил к угловой башне, куда недавно убежала Эви.

– Ну, заводи, что ль, – раздался неподалеку новый голос.

Здоровяк Фрол с охотничьим штуцером на плече стоял на палубе. Кулаки его были как два булыжника, мышцы бугрились под серой, плотно облегавшей торс рубахой. Этот, если приложит, вообще убьет.

И денег я никаких не получу.

Поднявшись, я прошел в рубку и завел двигатель. И скривился, услышав звук, который полился снизу. Впечатление было такое, что «Зеб» умирает. Самоход дернулся и покатил через двор. Фрол указал на ангары, я повернул к ним. Присел на край кресла.

И просидел так до тех пор, пока механики не выгрузили из трюма все бочонки и ящики. Мастерские Форта, как оказалось, находятся под гаражами. Умно придумано: вся техника под боком, а подземным казематам омеговцы, как ни обстреливай, особый урон вряд ли нанесут…

В рубку заглянул Фрол.

– Я до Карпа, малый. А ты машину выгони пока из ангара. Вон. – Он ткнул лапищей мне за спину. – Под стеной встань.

Фрол ушел, а я врубил заднюю и вывел самоход во двор. Дела оборачивались хуже некуда. Богдан до конца не рассчитался, цыганка, которую спас от омеговцев, свинтила решать свои вопросы не попрощавшись, из Арзамаса сейчас выставят – дадут под зад пинка и спасибо не скажут!

Из ангара вышли двое механиков. Чумазые, в заляпанных маслом комбезах. Раскурили самокрутки и громко заговорили. Что вблизи, что с расстояния их легко было принять за братьев. Одинаковый рост, одежда, если б не пышные усы у одного и крючковатый нос у другого, точно бы решил, что передо мной близнецы.

Я посидел немного, наблюдая за их оживленной беседой, сунув руку в карман, нащупал золотой, выпавший из головы идола в тоннеле, и поднялся.

Сговорились мы быстро: они меняют мне шкив с ремнем и смотрят второй дизель, а я им отдаю золотой и «шершень» без патронов.

– Только мы сейчас машину Разину подготовим, там всего ничего работы осталось, – заявил усатый механик.

– Бутылку тащите, – сказал я.

– Бутылку потом, – произнес второй густым басом, – негоже заране. И вместе б надо, то есть работу обмыть.

– Нет, сейчас. Я ж вам целую монету отдаю, да еще пистолет! Бутылку сейчас, работу без меня обмоете.

Механики переглянулись, усатый кивнул, и второй исчез в ангаре. Вскоре, озираясь по сторонам, он вынес поллитровку.

– Сивуха, – сморщился я, выдернув резиновую пробку и понюхав горлышко.

Механики притворили ворота. Усатый выглянул в щель.

Я запрокинул голову и влил пойло в глотку. В бутылке забулькало, самогонка обожгла горло, и в желудке будто огонь вспыхнул. Я фыркнул, вытер слезы с глаз и поморгал. Крепкое пойло!

Но на душе легче все равно не стало.

– Доставщик… – раздалось за спиной.

Я обернулся – рядом с «Зебом» стоял Фрол.

– Заводи уже. Провожу до ворот.

– До каких ворот?! – рявкнул я. – У меня машина на части разваливается! Ремонт нужен, иначе встану прямо под Арзамасом!

– Давай, давай, вали уже, – недружелюбно сказал Фрол, покачивая штуцером. – Никаких ремонтов, не до тебя щас. Вали, пока мы твой самоход не того… не изъяли для нужд клана.

Я еще раз приложился к бутылке, потом еще. В голове загудело. Ощерившись в лицо Фрола, сказал:

– Груз получили, не заплатили, теперь к омеговцам гоните, сволочи?

– Заткнись и езжай отсюдова! – повысил он голос. – Сказано: не до тебя щас!

В бутылке осталась половина, не больше. Я снова припал к горлышку, сделав несколько больших глотков, почти опустошив, размахнулся и швырнул об стену.

Но звона не услышал – в то мгновение, когда бутылка разбилась, земля вздрогнула.

Крыша одного ангара просела, его ворота сорвало с петель. Грохот накрыл двор Форта. Как полыхнуло пламя, я толком не увидел – меня подняло в воздух, перекинуло через «Зеба» и бросило на покатую крышу сторожевой будки.

Я попытался сесть, но ничего не вышло. Перед глазами расплывались круги, в ушах звенело. Кое-как перевернувшись на живот, подполз к краю крыши. Ангары горели, по двору бегали люди и что-то кричали, но я почти не слышал их. Один, седой и со шрамом на лице, подставив плечо, вел через двор рослого парня. А тот указывал на меня рукой.

Когда я попробовал приподняться, затылок пронзила боль, и голос в голове сказал:

Корректировка параметров. Аварийное отключение системы!

Потом все померкло.

* * *

Сильный толчок выдернул меня из забытья. Сообразив, что нахожусь уже не на крыше сторожевой будки, а лежу на земле, я попытался встать, но упал лицом вниз, когда получил удар по затылку.

Гудело пламя, кто-то кричал, раздавался топот ног, лязг и стоны.

Я с трудом разлепил веки. Хмельной туман в голове мешал сосредоточиться. Что происходит? Уже светло, скоро полдень, мне пора уезжать… А что это горит неподалеку? И почему так пахнет паленой резиной? И горячим железом. И разлитой горючкой…