Война гармонии - Лиланд Экстон Модезитт

Щурясь на солнце, Джастин смотрел на причал. Колеса «Ниессы» сбавили обороты, и пароход медленно приблизился к свободному месту между двумя массивными швартовыми тумбами, рядом с черной двухмачтовой шхуной с единственной, тонкой и высокой, трубой. Легкий западный ветерок делал осеннее утро довольно прохладным.

На пристани десяток докеров разгружали шхуну, а мужчина и женщина стояли в стороне, явно встречая «Ниессу».

Джастин помахал им рукой, подивившись тому, как Гуннар ухитрился узнать о его прибытии.

— Почтеннейший, — промолвил, подойдя к нему первый помощник, — твоя доля груза будет размещена под твоим именем на складе начальника порта. Ознакомься с документом.

Офицер развернул лист пергамента, и Джастин пробежал взглядом текст. На его долю приходилась половина стоимости всего находившегося в трюмах лоркена, что должно было потянуть почти на сто золотых.

— Когда я смогу получить свою долю? — поинтересовался он.

— Ну, почтеннейший, все не так просто. Мы произвели оценку исходя из выручки за предыдущие партии аналогичного груза, но цена может измениться. Кроме того, первым делом следует рассчитаться с кредитами.

— Понятно.

— Друиды требуют аккуратности и честности. Они предлагают грузы для перевозки на очень выгодных условиях, но тот, кто единожды их обманет, о новом фрахте может и не мечтать. Бедняга Херко узнал это на собственном опыте, а мы предпочитаем не испытывать судьбу. Так что если у тебя возникнут какие-либо вопросы, обращайся ко мне или прямо к капитану.

— Если не возражаешь, мне хотелось бы оставить у себя копию счета и последней накладной.

— Разумеется, не возражаю. Больше вопросов и пожеланий нет? В таком случае, прошу прощения, но...

— Да-да, иди, — промолвил Джастин, глядя, как матросы сбросили с борта канаты и береговая команда стала подтягивать «Ниессу» к причалу.

Он забросил торбу на спину и направился туда, где уже опускали сходни.

Как только он ступил на влажные после ночного дождя камни пристани, навстречу ему шагнули Гуннар и Алтара. Братья крепко обнялись, а едва они разжали объятия, на Джастина посыпались вопросы:

— Где ты был? Как добрался сюда? Мы так волновались!

Джастин со смехом поднял руки. В глазах у него дрожали слезы.

— Пощадите! — воскликнул он. — Я не могу ответить на все вопросы сразу!

— А почему? — фыркнула Алтара.

Береговая команда еще крепила канаты к швартовым тумбам, а к «Ниессе» уже подкатывали грузовые подводы.

— Я чертовски проголодался, — признался Джастин. — Заведение Гуларта по-прежнему открывается рано?

— Что, соскучился по трактирной еде?

— Пожевали бы вы кактус, вам бы что угодно показалось лакомством.

— Открывает-то Гуларт спозаранку, — усмехнулась Алтара, — только вот найдешь ли ты у него в такую рань что-нибудь съедобнее кактуса, это другой вопрос.

Джастин поправил лямки котомки, и все трое зашагали вдоль причала к Найлану.

— Сколько времени заняло плавание? — поинтересовался Гуннар.

— Пять дней. Это при том, что ветер был попутным и корабль шел под всеми парусами.

— Пять дней? Откуда же ты приплыл? Ведь не из Армата же или Южного Оплота?

— Нет. Из Дила.

— Как же тебя занесло в Наклос? Ты что, пересек весь Кандар или обогнул Южный Оплот на корабле?

Гуннар посторонился, пропустив носильщика с тачкой.

— Я прошел в Наклос через Каменные Бугры и луга, — сказал Джастин.

— А знаешь, как переживала Элизабет?

— Ох, — вздохнул Джастин. — Конечно, мне следовало послать весточку домой... Столько всего случилось, а я все не мог найти способ. Точнее, — тут же поправился он, поняв, что не совсем точно интерпретирует события, — все происходящее в Наклосе настолько меня поразило, что я потерял представление о реальности. Знал, что когда-нибудь должен буду сюда вернуться, а об остальном как-то даже и не задумывался.

Он покачал головой.

На это ни Гуннар, ни Алтара не сказали ничего.

Джастин изо всех сил старался не хмуриться, хотя ощущения испытывал те же, что и в Диле. Только, пожалуй, здесь они были еще сильнее. Постройки из прочнейшего черного камня казались ему кособокими, как будто они кренились, грозя вот-вот обрушиться. Он заморгал, понимая, что это ощущение вызвано дисбалансом, резким нарушением равновесия между порядком и хаосом.

— Ты рад тому, что вернулся? — спросила Алтара.

— Даже и не знаю. Вот вас обоих я видеть рад, это точно. И очень хочу съездить в Уондернот, к родителям и сестренке.

Алтара с Гуннаром переглянулись.

— За это время мне довелось столкнуться с такими... со стольким... Многому даже названия не подобрать, — промолвил Джастин после недолгого молчания.

— А чем ты занимался?

— Много чем. Но главным образом старался выжить. Пойдем туда, — он указал на вывеску с изображением водяной струи над заведением Гуларта. — Хочу поведать вам всю историю шаг за шагом, а не выдергивать из общей картины разрозненные нитки.

Обеденный зал трактира был пуст, что для середины утра в Найлане казалось несколько необычным. Джастин обратил внимание на доску для игры в «захват» и подумал о том, сменил бы ли он прежнюю тактику, случись ему сыграть с Гуннаром сейчас, но внезапно почувствовал, что игра его больше не привлекает.

Алтара жестом подозвала служанку, и низкорослая женщина в голубой шапочке заспешила к посетителям.

— Есть колбаса, яйца, жареные белые водоросли... — начала она.

— А как насчет хлеба, варенья и пива? — поинтересовался Джастин.

— Не так уж он и изменился, — шепнула Гуннару Алтара.

— Ну, расскажи про плавание, — велел брату Гуннар

— Лучше уж я начну с самого начала, — возразил Джастин. Темное пиво показалось горше, чем ему помнилось, однако он с удовольствием сделал большой глоток. — Во-первых, вернемся к окончанию той битвы в Сарроннине. Я был совершенно вымотан и оказался отрезанным от остальных. Пробраться через стан Белых не было никакой возможности, и я решил раздобыть лошадь, переправиться через Сарронн и вернуться по собственным следам...

Он подробно рассказал о блужданиях по Сарроннину, о Белом маге, высматривавшем его глазами птицы, и о том, почему ему так и не удалось добраться до переправы. Потом речь зашла о снах.