Тень ушедшего - Джеймс Айлингтон

– Я сделал глупость. И больно было. – Он поскреб в затылке. – Ты не поможешь мне превратиться обратно? Хорошо бы на этот раз без боли, – жалобно улыбнувшись, добавил Давьян.

Малшаш покачал головой.

– Если обошлось в одну сторону, в другую тебе стоит только представить свое лицо прежним. – Он вздохнул. – Что касается боли… Это, боюсь, неизбежно. При каждом изменении.

Давьян побледнел. Ему отчаянно не хотелось повторения.

Потом до него дошло, что сказал Малшаш.

– Но тогда, значит… – глаза у него полезли на лоб. – Ты это проделываешь каждый день?

Малшаш крякнул.

– Каждое утро от этого просыпаюсь.

– Но зачем? – воскликнул Давьян. Его до костей пробрал озноб от одной мысли терпеть такую боль ежедневно. – Почему просто не остаться самим собой?

Малшаш вздохнул.

– Я уже говорил, Давьян. Дар, которым я теперь владею, получен от самой Аты. Если не использовать его каждый день, дар вернется к ней, а последствия будут… не из приятных. Гораздо хуже боли. Не говоря уже о том, что я застряну в обличье, в котором окажусь в тот момент. – И небрежно добавил: – Поверь, будь у меня другой выход, я бы ни секунды не колебался.

Давьян нехотя кивнул:

– Наверное, надо уж перетерпеть и покончить с этим?

– Мне выйти?

– Нет. Может, будет не так страшно, когда есть кому за мной присмотреть.

Малшаш склонил голову и, отойдя к ближайшему столу, сел.

Как он и предупреждал, обратное превращение оказалось ничуть не менее болезненным. Однако к тому времени, как под сводами Великой Библиотеки замолкло эхо последнего вопля, Давьян уже вполне понимал, где он и что с ним. Хоть одно преимущество: сознание на обратном пути прояснялось куда быстрее.

Малшаш, подойдя, за руку поднял ученика на ноги.

– Вернулся, – удостоверил он и с изумлением покачал головой. – Ты так быстро все схватываешь, Давьян, что страшно становится. – И жестко добавил: – Только никогда не повторяй ничего подобного. Понял? Первые уроки – самые опасные. Может, ты и не убьешься, но есть много разных способов повредить себе, работая с плевой.

– Конечно… – Давьян покаянно склонил голову, лицо у него пылало. Он готов был сам себе надавать пинков за такую поспешность и самоуверенность. Говорил же Малшаш, что в обычных обстоятельствах обучение каждой силе занимало год и день. Учитель знал, как важно для Давьяна овладеть ими, и сам спешил, насколько это было возможно. Следовало ему доверять.

Малшаш похлопал ученика по спине.

– Думаю, сегодня лучше заняться повторением пройденного. Проверим, не забыл ли ты чего.

– Ты хочешь сказать, что мне стоит притормозить, – улыбнулся Давьян. – Согласен!

Они съели то, что принес Малшаш. Давьян жадно проглотил хлеб и плоды и несколько удивился, что и после еды у него не перестало бурчать в животе. В последние дни он ел все больше и больше, а сытым чувствовал себя нечасто. Ну что ж, столько сил, как сегодня, ему тратить еще не приходилось. Наверняка это и сказалось.

Наконец они вернулись к занятиям. Малшаш держался так, словно ничего особенного в это утро не случилось, Давьяна же поначалу тревожил незнакомый облик, увиденный в зеркале. Он был уверен, что никогда не встречал такого человека. Этому должно быть объяснение.

Постепенно он увлекся заданными наставником упражнениями и на время забыл обо всех тревогах.

Мальчик даже не обращал внимания на взгляды, которые бросал на него Малшаш. А тот смотрел неуверенно. Задумчиво.

Встревоженно.