Оберег воплощения - Юлия Григорова

Я прошла в комнату последней и устало присела на кровать справа, стараясь никому не мешать.

— Ты в своём уме? Предлагаешь мне ходить по городу и сверкать жёлтыми глазами направо и налево? Или передвигаться на ощупь? — Крейн сурово посмотрел на него.

— А я впервые здесь, я понятия не имею, куда идти!

— А язык тебе на что? Спроси! Идиот, — недовольно буркнул мужчина.

— Деньги все у тебя, идиот, а бесплатно никто никуда не пойдёт, уж поверь мне.

Бросив на него злобный взгляд, Крейн отстегнул кошель и высыпал на ладонь горсть монет. Оценив их, он пальцами передвинул несколько и причмокнул. Протянув руку в сторону парня, он кивнул на деньги.

— Половину бери. Больше не дам. Нам ещё за эти «хоромы» платить. И попроси для неё еды и воды, спуститься в зал она явно не сможет, — скомандовал он.

Джеймсу не хотелось выполнять его поручение, но он посмотрел на Кату и сдался. Выбрав половину монет, блондин недовольно промычал что-то себе под нос, развернулся и вышел, даже не посмотрев на меня.

Я проводила его печальным взглядом. Было бы куда лучше, уйди Крейн и оставь нас хоть на пару минут для разговора наедине, но такой возможности за все дни пути от Стада до Митла никто не дал.

Когда дверь за Джеймсом захлопнулась, а его шаги перестали раздаваться, мужчина спокойно вытащил из-за пояса нож и порезал себе руку.

— Но… — возражение почти сорвалось с моих губ, но я вовремя прикусила язык.

Капли жёлтой крови Крейна уже начали стекать в приоткрытый рот Каты, а та что-то бормотала в бреду, из-за чего проглотила их. Злые глаза уставились на меня. Мужчина склонил голову к плечу, одним этим жестом спрашивая: «Ты что-то там пролепетала?»

Убедившись, что возражений не последует, он вернул всё внимание сестре и спустя несколько минут отстранил от неё руку.

— А ты видела, как она выглядит? — вдруг спросил он.

— Кто? — непонимающе спросила я, потирая шею. Грязь под пальцами противно скатывалась. Жутко хотелось помыться и поспать на нормальной кровати.

— «Моя леди», кто. Может, ты видела отражение в зеркале или ещё где, когда была ей?

Поразмыслив над его вопросом, я покачала головой.

— Нет, не видела.

— Жаль, — задумчиво пробормотал Крейн и поднялся на ноги. Его рука скользнула по бедру, где в ножнах покоился кинжал. Это движение мне не понравилось. Вытащив клинок, он принялся выковыривать им грязь из-под ногтей и размеренно подошёл к окну.

Пока его внимание привлекало что-то на улице, я развязала сумку и начала искать в ней полотенце. Желание посетить тот самый пруд всё ещё не давало покоя, особенно раз это единственный способ помыться.

— Ничего личного, — неожиданно тихо сказал Крейн.

Подняв на него взгляд, я непонимающе моргнула.

Одним движением он швырнул в меня кинжал. Увернуться с его пути я ни за что не успела бы. Между нами было каких-то десять шагов. Вздрогнув, я упала спиной на кровать и подняла сумку, пытаясь спрятаться за ней. Когда лезвие вонзилось в ткань, то ударилось о что-то металлическое внутри. Возможно, чашку или крышку от пустого бурдюка из-под воды. Из-за того, с какой силой кинжал был брошен, сумку выбило из моих ладоней и откинуло на вторую кровать.

Вскочить я не успела. Крейн мгновенно преодолел разделявшее нас расстояние, забрался коленями на матрас, прижимая мои бёдра и мешая пошевелиться. Откуда-то у него в руке оказался нож. Опешив, я чуть не пропустила удар лезвием в горло. Пошевелить ногами не получалось, но верхнюю часть тела мужчина не удерживал. У меня вышло скрестить запястья над лицом.

Рука Крейна врезалась в них на уровне рукавов, что лишило меня возможности коснуться его. Остриё ножа замерло почти достигнув моей шеи. Мужчина давил сверху, стараясь опустить его ниже и достигнуть цели, а я всеми силами пыталась отстранить лезвие.

— А как зе Дзеймс? Он зе тозе умлёт! — с трудом промямлила я, надеясь отвлечь противника разговором. Сил справиться с ним не хватало, он продавливал оружие ниже, мои руки дрожали от напряжения и ходили ходуном.

— Мне надоел этот сопляк. Ката пару недель будет дуться на меня, но простит и найдёт себе другого, — прошипел Крейн сквозь зубы.

Сообразив, что ничего не выходило, он свободной рукой схватил край простыни подо мной и через неё сжал горло. Запрокинув голову, я попыталась выкрутиться, ведь мужчина не мог обхватить всю шею целиком, но хватка противника только усилилась. Он не позволил мне отстраниться и яростней сжал пальцы. Вскрикнуть от боли не получилось, вместо крика раздался хрип. Кинжал сдвинулся, его остриё коснулось кожи в свободном месте, царапая её.

На кровати сбоку что-то промычала Ката. Зашуршали простыни, раздался стон девушки. Крейн на секунду обернулся, но этого времени мне ни на что не хватило.

Проклятый переболевший!

Надо было придумать, как коснуться его кожи и внушить какую-нибудь эмоцию. Сейчас меня переполнял страх за собственную жизнь, ничего другого в голову не приходило, но ведь и он отлично подойдёт.

Тут дверь в комнату открылась.

— Какого хрена, Крейн? — ошарашенно воскликнул Джеймс с порога, но тот не отреагировал на него.

От боли в шее из моих глаз хлынули слёзы, дышать было нечем. Собрав последние силы, я попыталась резко сдвинуться влево, изогнувшись в талии. Для этого пришлось слегка приподняться и убрать руки, преграждавшие путь кинжалу. Пальцы Крейна соскользнули с горла вместе с простынёй. Лезвие ножа резко вошло в одеяло рядом с моей шеей, но не задело её.

Заметив мой манёвр, противник резко вытащил клинок и собирался полоснуть им меня в бок.

Джеймс сорвался с места и бросился на спину Крейна. Он перехватил его запястье, не дав тому закончить замах и нанести удар.

Свободной ладонью я пыталась задеть кожу нападавшего, чтобы внушить ему тот самый страх, но в пылу борьбы пальцы скользнули по руке Джеймса. Все испытываемые эмоции в этот миг усилились вдвое и прокатились по телу, желая вырваться на волю. Сердце забилось быстрее, вырываясь из груди от волнения и испуга.

От места прикосновения к другому воплощению распространилась пульсирующая волна. Она прошлась по Крейну, всколыхнув его волосы. Мужчина резко отстранился от меня и пошатнулся от веса блондина на спине. Джеймс мигом спрыгнул с него и замахнулся кулаком, собираясь ударить, но замер.

На лице красавца застыл дикий ужас. Он смотрел на меня так, словно я