Янтарь - Елена Синякова

Успокаивать кроху дальше при таком раскладе было делом проблематичным!

Впрочем, как и скрываться в дебрях леса…

Поэтому поспешно уложив активно орущего карапуза, и хватая на лету свое грозное оружие, которое с легкостью могло перевесить меня своей чугунной поверхностью, отчего мне пришлось хвататься сразу обеими руками, я неловко протиснулась через импровизированную дверь и. не разбирая дороги в темноте, тут же принялась ею махать до характерного и протяжного БДЗЫЫЫЫЫНЬ.

Последующая тишина была напряженной и даже какой-то зловещей, пока я ждала следующего звука.

Было бы просто идеально, если бы это был звук падающего ничком тела, а не низкий раскатистый бас, который усмехнулся:

— Кабанчик не ожидал такого приветствия и очень сильно обиделся сейчас.

— Опять ты?!

— И в это раз с другом, — гоготнул Бер, когда мои глаза с трудом привыкли к темноте, лишь сейчас разобрав, что он возвышался рядом и кинул на стол что-то явно тяжелое, что приземлилось с глухим шлепком, под голос веселый насмешливый голос, — Прости, кажется, он в глубоком обмороке от твоей «подружки» и ее горячего «поцелуя»! А ты?

— Что я?…

— Не поцелуешь меня?

Вот ведь нахалюга!!!

Вскинув резко сковородку. я угрожающе рыкнула под его раскатистый басистый хохот:

— Подружка поцелует!

— Подружку свою оставь для кабанчика. Пусть вечером его отжарит так, чтобы он завизжал от восторга.

Я захлопала глазами, в эту секунду понимая, что потеряла суть его слов и происходящего вокруг, с трудом удерживая сковородку в одной руке, чтобы второй упереться в свой бок, чуть выгибая брови:

— Ты всегда такой искрометный или только по выходным?

— Сегодня среда, — даже не моргнув, усмехнулся мужчина, слишком уж по-хозяйски прошагав в глубину комнаты и практически растворяясь в темноте, если бы не его почти желтые глаза, блеск которых не смогла скрыть никакая мгла, чтобы проговорить весело, но вызывающе, — Говоришь, всё в порядке у вас?

— В ПОРЯДКЕ!

— Угу, что в порядке слышно за пятьдесят километров от дома.

Мда…и без него было ясно, что ничего в порядке не было, но как-то обидно было слышать это от человека — вернее Бера — который понятия не имел, что делать с малышами, которым сутки от роду, что бы там он из себя не строил!

А то посмотрите на него, просто ангел-хранитель во плоти!

С голым задом и чистым намерениями — всё как полагается истинному ангелу, только вот нимб забыл на подзарядке и крылья в стирке оставил!

— Может, я все таки посмотрю на мелкого?

— Если посмотришь, тут же свои глаза и оставишь! — рыкнула я, тут же наполняясь до краев огнем и хватая свое орудие защиты двумя руками, ясно давая понять, что он и шага не сделает в сторону комнаты и моего малыша.

Даже если карапуз продолжал отчаянно плакать, не собираясь взять тайм аут и передышку, чтобы взрослые могли между собой разобраться.

— Попробуешь меня остановить?

Как же довольно и возбужденно прозвучал его рокочущий голос!

У меня даже сомнений не было в том, что именно этого мужчина и ждал, готовый задевать меня каждую секунду, словно мой огонь согревал его изнутри.

О том, что я отчетливо ощущала его возбуждение я старалась не думать…кто его знает! Может он всегда был возбужден? И я тут была вовсе не при чем! Мало ли на свете озабоченных маньяков!

— Что тут пробовать? Раз сказала, что без глаз останешься — значит так и будет!

Может я бы и не кинулась на него! По крайней мере, сразу.

Но этот наглец встал посреди комнаты, расставив свои ножища и раскинув руки в стороны в приглашающем жесте, мол, вот он я, красавчик.

Разве можно было устоять?!

И не треснуть ему промеж глаз!

Ну. _.или хотя бы попытаться.

Пару — тройку раз.

А может четыре-пять…

В общем, после седьмого раза я уже не считала, с разъяренным визгом размахивая сковородой, которая с каждой неудачной попыткой становилась все тяжелее и тяжелее в моих руках, и все еще стараясь попасть по этому мужлану!

Хрен с ними с глазами!

Хоть бы куда-нибудь уже попасть!

Хотя бы по локтю заехать и оставить синяк, или по коленке!

О большем видимо можно было уже и не мечтать. пока этот тип от души развлекался, не меняя положения своего огромного тела и просто переступая из стороны в сторону, словно был приведением, которое я никак не могла уловить.

— Да чтоб тебя ей-богу!!! — устало откинув от себя сковороду, я потерла онемевшие ладони, с трудом сжимая и разжимая пальцы.

Не молот Тора, конечно, могли бы придумать кухонную утварь и полегче, но с дополнительной убойной силой для таких вот мероприятий, чтобы один раз огрел и второго желания шутить у мужчины уже просто не возникало после перелома со смещением или парой выбитых зубов!

Но что я поняла наверняка после первого незабываемого «свидания» с этим громилой, так это то, что силой его не победить.

Можно только сильно удивить и воспользоваться ситуацией.

Главное, чтобы после этого я не стала бы обязанной взять его в мужья за непристойное поведение…

Нет, раздеваться я больше не планировала.

И без того его «дружок» весьма убедительно торчал из бедер мужчины, очень непрозрачно намекая, что мужлан в полном восторге от происходящего и моих попыток снова одолеть его.

— Попробуешь еще? — широко улыбнулся Бер, явно желая заполучить второй раунд, если не со сковородкой, то чем-нибудь другим, вероятно, пока не чувствуя, что я замышляю кое-что другое.

Никакого рукоприкладства в этот раз!

И никаких сподручных средств!

— Какой смысл пробовать, если ты как гора? — тяжело выдохнула я, окидывая прищуренными глазами громилу, когда он довольно хмыкнул, наконец опуская свои ручища вниз и кажется расслабляясь, даже если пробасил:

— Не думал, что ты так быстро сдаешься, Облепишка. В тебе столько огня полыхает, что можно весь лес обогреть без особо труда, — он смело шагнул ко мне, преодолев расстояние так быстро, что я на секунду растерялась и оторопела, когда он стал возвышаться надо мной, выдохнув так, что я ощутила его дыхание на своем лице, — Знаешь, в нашем лесе весной цветут оранжевые цветы. Хрупкие и нежные, но такие яркие, что, кажется будто стоит коснуться пальцами лепестков и ты получишь ожог. Их называют Огонёк. Думаю, тебе бы очень подошло это имя…

Я застыла, в какой-то момент даже задержав дыхание оттого, что впервые ощутила его рядом с собой так близко.

Ощутила собственным телом его жар и медвежью силу в крови, от которой ноги хотели подогнуться, если бы только не мой характер и врожденное чувство полного неповиновения.