Беременная адептка - Анастасия Бельская

Я дотронулась до виска, с удивлением осознав, что голова и вправду прошла. Теперь можно и позавтракать, а затем бежать на поле…

— Спасибо. Но ты все-таки подумай, может, найдешь себе какого-нибудь дедушку!

— Иди уже! — легонько шлепнула меня мама, но я заметила промелькнувшую в ее глазах грусть.

А, может…

— Мама, а мой отец…

— Готовься к соревнованиям, милая, а мне надо успеть помыть здесь все перед дневной сменой. Желаю вам победы!

Вот так и заканчивался наш каждый разговор об отце. Всегда податливая мама проявляла здесь удивительную твердость, не рассказывая о нем ничего. И как бы я не пыталась, расколоть ее мне ни разу не удалось.

В раздевалке было оживленно, и, как всегда перед игрой, немного нервно. Коул с Брейди махнули мне со скамейки, Милара сухо кивнула, а переодевшийся Алекс сделал знак рукой, прося поговорить наедине.

Мы вышли, и, едва дверь за нами закрылась, я оказалась к парню слишком близко.

— Как ты? — без вступления начал он.

Я отодвинулась, отмечая волнение со стороны бывшего.

— К игре готова, — о большем ему знать не обязательно.

— Я перестроил схему выхода. Ребята уже в курсе. Теперь ты предзамыкающая…

— Зачем это?! — зло воскликнула я, — я всегда шла после тебя, и меня это устраивает! Почему теперь мне место самого слабого игрока?!

— Это не слабый игрок, это…

— Давай начистоту, Алекс. Уж не мне рассказывать, за кем на «полосе» лучше всего идти. Мы с тобой вместе построили эту схему, и она рабочая, так что говори, какого хрена?!

— Хочешь знать? — Алекс вновь шагнул вперед, оказавшись ко мне вплотную, и я невольно задержала дыхание. Знакомый аромат привычно потек в горло, но ничего, кроме раздражения, я не ощущала, — я двигаю тебя, не потому, что ты стала хуже играть. А потому, что волнуюсь, Кайли. За тебя. Мы ведь друг другу не чужие люди, помнишь?

У Корсарка что, отшибло память? Или это не он уверял весь педсовет, что между нами «ничего не было»?!

— Лучше волнуйся за тех, кто в этом нуждается, — фыркнула, выскальзывая из-под его взгляда. — А схему и прочее не трогай. Я в состоянии играть, и хватит уже об этом!

Рванув дверь, влетела в раздевалку, где быстро переоделась, и села с близнецами. Вернувшийся Корсарк вяло объявил, что пересменка в местах отменяется, а затем произнес подбадривающую речь.

Объявили о выходе, и, построившись, наша команда вышла на поле под приветствующие крики толпы. Я с знакомым трепетом рассматривала полные трибуны учеников, и где-то на краю сознания понимала, что эта игра — решающая. Она покажет, смогу я или нет в нынешнем положении участвовать в испытаниях, и сейчас с преподавательских мест за мной наблюдают более пристально, чем за всеми остальными.

Нужно показать себя. Проявить. Доказать всем, что я не стала слабее сейчас!

Раздался знакомый свист, и наша команда рванула вперед. Краем глаза я заметила, как с другой стороны поля то же самое сделали наши противники, и это хлестнуло еще больше адреналина в кровь.

Нам надо добраться через «полосу препятствий» до конца быстрее другой команды. И сделать это полным составом. Это — главные условия для победы, и мы их выполним.

Преодолев «буйки», я вырвалась вперед, и передо мной выросла знакомая «стена». Нужно перелезть, обращая внимания на выступы, потому как они исчезали и появлялись в абсолютно хаотичном порядке. Поставив ногу, я прицелилась, подтягиваясь выше, и…

Была грубо схвачена за щиколотку, а в следующий момент меня нагло дернули вниз. Вскрикнув, я свалилась в чьи-то руки, а затем была поставлена на ноги.

— Что происходит…

Я замолкла, наткнувшись на злой взгляд синих глаз, и поняла, что попала.