На отбор вызывали? - Ольга Коротаева

Я лежал на кушетке и, поглаживая жмурившуюся от удовольствия Анахель, размышлял вслух:

– Кристалл никогда не ошибается. Ты ведь видела, в какой цвет окрасился воздух? Хм… Белка однозначно та же, лапка моя, но девушка кажется незнакомой. Жаль, что я не видел ее лица, но она точно не казалась такой дерганной и нервной…

– А какой должна быть пойманная жер-р-ртва? – лениво поинтересовалась пантера.

– Ты права, моя красавица, – вздохнул я. – Все же, в ту ночь воровка ощущала себя хозяйкой положения, а сегодня, оказавшись в лапах хищника, выглядела затравленно. Наверное, сеймун ее запугивал.

– Пр-родолжим? – облизнулась Анахель.

– Конечно, – с предвкушением протянул я. – Мне нравится эта игра. Давно я так не веселился… – Улыбка растаяла. – Вот только что будем делать, если воровка не обладает нужной мне информацией, а пергамент подкинула потому, что знала о моих поисках?

– Все р-равно она опасна, – оскалилась пантера.

– Это как посмотреть, моя дорогая, – возразил я и повернул голову к окну, небо за которым приняло темно-голубой оттенок. Вздохнув, рывком поднялся. – Вечереет. Пора навестить мою «невесту», тебе не кажется?

Анахель задышала чаще и, высунув розовый язык, с надеждой сверкнула синими глазами.

– Только, – я погрозил пальцем, – не обижай наших гостей. Договорились?

Хищная кошка обиженно отвернулась, а я рассмеялся и неторопливо направился к двери:

– Карзак!

– Слушаю, ваше высочество, – материализовался передо мной камердинер.

– Веди к девушке.

Миновав два коридора и поднявшись по лестнице, мы застыли у затейливо украшенной двери. Женская часть дворца выглядела, на мой непритязательный взгляд, чересчур вычурной, но кто меня спрашивал? Когда строили дворец, даже моего отца в задумке не было.

– Сиена Сметана, – открыв дверь, громко возвестил Карзак. – К вам его высочество принц Эмпир!

Он застыл в поклоне. И лишь когда я прошел в большую светлую комнату, камердинер, пятясь, удалился. Дверь оставил открытой, потому как на пороге уселась моя ненаглядная Анахель.

Заложив руки за спину, я двинулся вглубь пустой комнаты. Повернув вправо, недоуменно посмотрел на темное окно, с которого были сдернуты тяжелые шторы. Ткань большой золотистой кучей лежала на полу. На стекле я заметил несколько отчетливых царапин.

Что здесь произошло?

Рядом с содранными занавесями, на небольшом столике, сидела белка и лапками перебирала приготовленные для нашего с сиеной чаепития сладости. Одни, едва понюхав, бросала за спину, вторые засовывала за уже и так объемные щеки.

Я шагнул к нему, желая проучить наглое животное, как вдруг раздался звук падения. Тут же загремело что-то металлическое. Девичий голос произнес странные слова, зато с такой экспрессией, что я не удержался от еще одной улыбки. Вполне искренней, в отличие от предыдущих.

– Сиена Сметана, – громко позвал я. – Понравились ли вам отведенные покои?

– Неплохая тюрьма, – донеслось из-за ширмы в ответ. – Комфортная! Даже слу-у… Ай! Больно же! Даже служанка есть. Хотя по мне, так она больше похожа на надсмотрщика и палача в одном милом лице!

– Палача? – удивился я. – Что вы имеете в виду, сиена?

– Ох, как это можно носить? – просипела она в ответ. – Дышать не могу!

Из-за широкой узорчатой ширмы торопливо вышла скромная девушка в синем форменном платье дворцовой прислуги. Не поднимая головы, она поклонилась мне и, семеня, поспешила к выходу. Я же посмотрел на медленно приближающуюся ко мне Сметану.