Игра - Фарит Маратович Ахмеджанов

— И что ты… уже год скоро как тут. Вернуться не пробовал?

— А как? — невесело засмеялся Савон. — Поверишь ли, все заклинания, что знал перепробовал. Код на выход первое время каждые полчаса повторял. Но потом, когда остальные стали появляться — ясно стало, что что-то очень круто не так.

— Но ведь… неохота всю жизнь тут проводить.

— Неохота. Хотя в принципе здесь и неплохо — чистый воздух и прочие прелести. Но это хорошо для отпуска, реально жить зная, что все, застрял — не особо интересно. Но что делать? Край мира искать и с него попытаться спрыгнуть?

Раин пожал плечами.

— Мне вот в голову тут пришло… ты ведь толкиенист?

Савон рассмеялся.

— Да какой я толкиенист-то. Ну… да, мне нравится Толкиен, я все читал, что у меня было, и Властелина, и Сильм, и Хоббита, и кое-что из Утраченных Сказаний. И в игре никогда не воевал, а так — гулял. Но толкиенист… нет.

— Просто я хотел узнать, насколько мир игры с миром Толкиена совпадает?

Савон на секунду замер.

— Хороший вопрос, новичок, — сказал он. — Надо бы его обмозговать вечерком.

Раин опасался новых разговоров с Диррелом, но хозяин вроде бы успокоился и на него внимания не обращал. Посетителей в зале было много, Савон сразу ушел на кухню. На вопрос, что делать дальше — пожал плечами.

Решил было побездельничать — до ужина оставалось еще время, но не удалось — появился Феликс.

— Пошли, проверим вершу, — сказал он. — Вообще ее на ночь принято ставить, но может какая рыбка поглупее попалась и сейчас. К ужину было бы кстати, а то мой кредит почти исчерпан.

— А что тебе, сегодня не заплатили? Ты ж куда-то пошел, помогать кому-то.

— Ну, как бы тебе сказать. Некоторые вещи приходится делать авансом, так сказать. Чтобы утвердиться в определенной субкультуре в нужном качестве. Дабы потом иметь с этого определенный профит.

— А по человечески?

— Работа была плевая, со мной расплатились ранними яблоками, что не съел — принес в дом. Услышал пару интересных рассказов, будет полезно в будущем. Ну и показал себя с самой хорошей стороны, тоже хлеб, добрые дела не забываются.

Дорога много времени не заняла. Речка текла на прежнем месте, но вот веревки, которой была привязана верша, Раин нигде не обнаружил.

— Ну, ты и растяпа, — сказал Феликс. — Что ж так плохо привязал?

Раин молча разделся и пошел в воду.

Веревки действительно нигде не было. Верша, тем не менее, была на месте — только проползла немного вперед и уперлась в корягу. Вытащить ее оказалось непросто — пришлось сначала выдвигать ее назад, против течения, снимая с торчащего, твердого как камень крючка. Наконец, Раин вытащил снасть на берег.

— Кое-что есть, — проорал он на другой берег. При виде бьющейся рыбы его охватил прежде неведомый азарт.

— Осторожнее, не упусти.

Попалось три рыбины, все три немаленькие. Двух Раин узнал — это были сомы, вернее, судя по небольшому размеру, сомята. Третья, узкая и длинная, была ему незнакома.

— Что сейчас-то делать?

Феликс задумался.

— Черт, забыл мешок. Не думал, что ты у нас такой удачливый.

— И что теперь?

— Давай из рубашки мешок скрутим?

— Из твоей!

— Почему из моей?

— Потому, что мешок ты забыл.

— Нет, — поразмыслив, ответил ему Феликс. — Из моей не будем. Я стирался два дня назад. А твоя лоханки минимум пару недель не видела. Так что — давай твою, будет повод постираться.

— И мне что, по Пригорью голым идти?

— В штанах — не значит голым. Штаны главнее.

— Прекрати! — заорал Раин, увидев, что Феликс начал завязывать ему рукава.

— Да успокойся ты! — воскликнул тот. — Ничего страшного. Пройдешься до гостиницы, а там надыбаем тебе сменку. У Савона вроде была.

Прервало эту перебранку появление гостей — по тропинке со стороны огородов подошла большая компания. Как с ужасом заметил Раин, большей частью состоящая из женщин, в том числе — молодых. Он сиганул в реку и замер там, держась руками за ветки. Верша от его резких движений начала раскачиваться.

— Замечательно, — жизнерадостно сказала одна из подошедших. — Это сам Феликс. А это кто там прячется?

— Прошу любить и жаловать — Раин. Мой двоюродный племянник со стороны тетки, что на Юг замуж вышла в год, когда суховей был. Раин, хватит прятаться, поприветствуй дам!

Раин, по горло в воде, слабо помахал рукой.

— Стеснительный какой, — заметила другая, статная и красивая. — Не то, что дядя. Что это ты, стираться надумал?

— Да нет — рыбки вот наловили, уважаемая госпожа Силия. А мешок забыли. Решили в рубашке нести.

— Наловили, — вступила в разговор третья. — Небось обчистили кого! Здесь обычно Клюква свои верши ставит, его это место.

— Э, как вы могли так подумать! Это место Брунника, и верша его. Господин Раин — крупный специалист по этой части, мы починили его снасть и теперь, с его разрешения, пользуемся ею.

— Отродясь Брунник здесь вершей не ставил. Клюквино это место. Он, попадетесь ему…

— Мешок у меня есть, — сказала вдруг одна из женщин. — Захватила на всякий случай. Могу одолжить.

— Это было бы так любезно с вашей стороны, госпожа Ада. Вы нас очень, очень выручите. Чем мы сможем отблагодарить вас за эту услугу?

Женщина отмахнулась.

— Выстираете и принесете завтра.

— А место точно клюквинское!

— Замолчи, Тилла. Кто раньше успел, тот и поставил.

Раин слушал разговор и думал, когда же, наконец, гости уберутся. Этого, увы, пока не намечалось — расположившись на берегу, пришедшие точили лясы, обсуждая всякую всячину, и продолжать путь совсем не торопились.

— Эй, племянник, — крикнул Феликс. — Ты за мешком плыть собираешься?

Ругнувшись про себя Раин посмотрел на вершу — вроде бы закреплена, не уплывет. Рыбы вяло шевелились, вроде бы не собираясь сбегать.

Плыть пришлось, круто забирая вправо, чтобы не снесло течением.

— Хорошие пловцы у вас там на Юге, — заметила женщина, предложившая мешок.

— Море, — неопределенно ответил Феликс. — Племяш мой, как мать его сказывала, в моряки хотел податься, но отец его по торговой части пустил.

— Ишь ты, в моряки…

— А как же. Романтика многих соблазняет, знаете ли. Ветер в паруса, новые города и страны…

— Давай мешок, — едва переводя дух и не вылезая из воды прервал его Раин. Новая биография ему не нравилась. — Дядя вам о своих подвигах не рассказывал еще?

— Не-ет!

— Пусть расскажет, как так вышло, что он здесь появился без кола и без двора, — мстительно глянув на Феликса сказал Раин и