Чародей: Досье Петербурга. Досье 1–3 - Николай Владимирович Волков (Волтор)

и незначительный поток энергии для действующего заклинания. Первые полчаса все, обычно, в порядке, но дальше вам приходится перераспределять внимание чтобы не попасть под машину, увернуться от дебила который прет не разбирая дороги, и вычислять на каком автобусе ехать дальше.

Конечно, я мог бы поймать такси, но по нынешним временам, они требуют точный адрес, куда им ехать, и им не объяснишь, что адреса то ты и не знаешь, и поэтому надо сделать круг вокруг квартала, а потом и еще несколько, чтобы ты понял, где находится твоя цель.

Однако, заклинание работало, и, по мере приближения, пуговица все сильнее тянулась к тому месту, где привыкла быть.

В общем, это было утомительно и скучно. Впрочем, большая часть работы того, кто занимается поиском и возвратом вещей – утомительна и скучна. Ты сидишь, копаешься в материалах, стараясь найти хоть что-то полезное, или тащишься на своих двоих куда-нибудь, куда добровольно тебя и не заманишь, причем, в большей степени, по абсолютно тупому поводу.

В текущий момент, меня притащило на набережную Обводного канала, и это не добавляло мне энтузиазма. Транспорт здесь всегда ходил через одно место, а набережная была довольно длинной.

В общем, так или иначе, но я оказался рядом со зданием Планетария, к которому меня настойчиво заставляло приблизиться моё заклинание.

Для тех, кто там не бывал – расскажу. Прямо перед зданием есть небольшая… Нет, площадью язык у меня это назвать не повернется, но площадка, на которой могло бы без проблем разместиться довольно внушительное количество народу – там была. Собственно на ней я и предпочел подождать интересующего меня типа, плащ которого однозначно был внутри.

Денек был даже теплым, с чистым и ясным небом, и я пригрелся на солнышке, чуть не пропустив его. Хорошо еще, что пуговица резко стала менять направление, когда он прошел в трех метрах от меня, и я, поднявшись на ноги, быстро догнал его и положил руку на плечо.

Черт, а он действительно маг. Ну, или, по меньшей мере, на нем висит активное заклинание, поскольку мою руку сразу начало покалывать.

– Могу я вам чем-то помочь? – произнес он с довольно сильным акцентом.

Я оторвал пуговицу от нитки, и она устремилась на свое место.

– Она показывает, что потерялась, и извиняется за это – указал я.

В меня уставилась двустволка глубоко посаженных глаз.

– Ах вот оно что… Вы тот парень, из архива.

– Верно. А вы – тот, кто не замечает стоящих на пути людей, и не слишком вежливо с ними себя ведет.

Он вздохнул.

– Вообще-то, я тороплюсь, молодой человек. Благодарю за пуговицу, но она не стоила того, чтобы вы ее возвращали, так что если у вас ко мне есть какое-то дело – я готов вас выслушать, но только двигаясь.

Он направился к мосту через канал.

– Вы ищете судовой журнал. Я знаю, где он.

– Я тоже. В том архиве.

– Не весь. Часть страниц была вырвана.

– Они у вас? – притормозил он.

– У меня есть копия тех страниц, но я смогу найти оригиналы.

Он полностью остановился.

– Ладно, возможно это будет стоить потраченного времени… Кто вы, и на кого работаете?

В ответ я протянул визитку.

– Витторио Скамми… Вы не родственник Альберто Скамми?

– Сын.

– Это объясняет магию, но не объясняет того, что вы здесь делаете, и зачем вам журнал. Но я готов вас выслушать.

Он протянул руку.

– Иоганн Диппель.

Я замер, пожимая ее.

– Извините, вы сказали Диппель? Иоганн Диппель? А точнее – Иоганн Конрад Диппель?

– Удивлены?

– Вообще-то – да. Не думал, что вы живы.

– Слух о моей смерти, как это говорится, был несколько преувеличен. Притом несколько раз.

Я покачал головой.

– Это многое меняет, но слишком мало объясняет. Например – вы выглядите совершенно не как человек с общеизвестной гравюры. Но это меня мало волнует сейчас. Куда больше мне интересно, зачем же такому человеку этот треклятый журнал.

Диппель покачал головой.

Витторио… Могу я вас так называть?

– Разумеется.

– Вы, я вижу, человек начитанный, да еще и чародей…

– Ученик чародея. Я не имею статуса в Белом Совете.

Легкая улыбка коснулась его губ.

– Тогда, это многое меняет и для меня. Я не вхожу в Совет, и вообще всячески стараюсь его избегать.

– Почему?

– Некоторые мои работы они считали… Ну, как бы это сказать… Сомнительными. Меня неоднократно проверяли на черную магию, но ни единого раза проверка не дала им повода решить, что я чернокнижник. Однако, я не член Совета, и его защиты у меня нет. Я изгой.

Я обдумал услышанное.

– И любой контакт с чародеями для вас не просто неприятен.

Он оперся на перила моста.

– Это так. И я бы попросил вас не упоминать обо мне, когда будете общаться с любым из чародеев.

Я улыбнулся.

– Предлагаю сделку. Я готов поклясться вам своей силой в том, что не расскажу о вас чародеям или Стражам, а вы расскажете мне то, что я хочу знать, потому, как в этой истории я вообще ничего уже не понимаю, а разобраться стоит.

Он с улыбкой повернулся.

– Мальчик, вам не стоит кидаться такими клятвами, направо и налево. Идемте, найдем место, где можно перекусить, и побеседуем.

Найти кафе в Питере – проблемы не составляет, уж поверьте, я это знаю точно. Скорее уж проблемой будет не найти его в пределах пятнадцати минут пешего хода в любую сторону.

В общем, мы сели с ним в ближайшем от нас кафе, дождались, пока стол заполнится едой (это было кстати, так как позавтракать я забыл), и первые несколько минут старательно подчищали тарелки.

– Ладно. Что вам уже известно?

– Немногое. Меня наняли найти судовой журнал, принадлежавший капитану корабля, которого нанял Уолтон для экспедиции на крайний север. В тот момент, когда я его нашел, я узнал, что кто-то добрался до него немногим ранее, и выдрал несколько страниц. Пока я размышлял о том, что мне делать дальше – появились вы и сбили меня с ног, при своем поспешном отступлении.

– И кто вас нанял?

Я оскорбленно посмотрел в ответ, и он рассмеялся.

– Понимаю. Плохо для бизнеса, если вы рассказываете о своем нанимателе. Ладно, я в любом случае догадываюсь, что это, скорее всего, довольно симпатичный мужчина с внешностью хорька. Имена у него бывают самые разные, но всегда рядом с ним крутится еще один тип, который выполняет любой его приказ.

Он сделал глоток кофе, и снова взялся за вилку.

– И, разумеется, он ничего не хочет объяснять… Витторио, я даже не знаю, можно ли мне с вами иметь дело. Поймите мои опасения, мне действительно нужны эти страницы. Не распечатка с них, не копия, а оригинал. Весь остальной журнал – хоть сожгите, если потребуется, но они – нужны.

Он долго обдумывал ситуацию, прежде чем решиться.

– Вы должны найти и принести, не так ли?

– Да, господин Диппель.

– Но ведь вам никто и ничего не говорил о том, чтобы вы передали все сразу? Можете дать мне эти страницы на день?

– Это зависит от ряда вещей.

– Например?

– Например, от того, сможете ли вы мне помочь их добыть, и расскажете ли вы мне причину, по которой я должен вам их дать.

Диппель кивнул.

– Да, я думаю, что мы придем к соглашению. Я помогу. Что же касается остального… Видите ли, сейчас уже почти никто и не помнит той истории, а точнее того, как все было на самом деле. Я родился в замке Франкенштейн, в тысяча шестьсот семьдесят третьем году. Как выяснилось спустя примерно шестнадцать лет, у меня был потенциал к магии, пусть и не слишком значительный, но на скромное место в Совете я мог рассчитывать. Не буду утомлять вас долгим рассказом о моей жизни, скажу просто, еще до того, как мне исполнилось шестьдесят лет, я стал одним из действительно хороших алхимиков.

– Я читал про вас. Вы, вроде бы, искали формулу эликсира бессмертия.

Иоганн промокнул губы салфеткой, и грустно усмехнулся.

– Искал. И, более того, нашел. Вот только ингредиенты