Волчьи игры - Яна Горшкова

— Воистину.

Что верно, то верно. И племя шурианское упрямое, и Джэйфф не успокоился бы, рыская по Индаре в поисках врага, пока не нашел бы живым или мертвым. Лучше — мертвым.

Северянин поудобнее перехватил рукоять ножа и двинулся на шуриа, Элир тоже сделал шаг навстречу. В принципе они были равны — один сильнее, другой опытнее, и это сказалось на поединке. Джэйфф получил несколько очень болезненных порезов — на груди и на руках. Его соперник отхватил носком сапога по коленной чашечке. И только тогда обоим стало ясно — довольно прыжков и осторожных выпадов, а пора переходить к делу.

Когда начинаешь с пьяных кабацких драк и несколько веков только и делаешь, что режешь людей, то опыт этот пропить будет сложно и проиграть в карты, кстати, тоже. Даже если не так давно в тебя выстрелили и попали, даже если ты медленно истекаешь кровью, навык, который в жилах, заставит вовремя увернуться и нанести смертельный удар прежде, чем дотянутся до тебя самого.

Ихинца — подарок Паленой Хайнри — оказалась там, куда ее вонзали веками, в печени врага. И, в общем-то, господину Фэлтсу крупно повезло — он умер быстро, ихинца в умелых руках милосердна. Краткий миг невыносимой боли, не дающей даже крикнуть, пульсация вытекающей крови — и все. Главное, правильно попасть.

Северянин глухо застонал, глаза его затуманились, а Джэйффу оставалось лишь отдышаться и удержаться, чтобы не снять скальп.

«Цивилизация, псы ее разорви! Ихинца в печень и скальп долой — это же традиция, освященная веками! Эх!»

Шуриа досадливо сплюнул и поволок мертвеца к каналу.

А что такого? В Индаре так принято, а местные обычаи надо уважать.

Умываться или утолять жажду водой из канала Джэйфф не решился. Судя по запаху, там уже плавало с десяток трупов — крысиные, кошачьи, собачьи и человечьи.

— Тебе не будет скучно, падаль, — буркнул вместо эпитафии жестокосердный рилиндар, сталкивая северянина в темную жижу.

Ему нужно было вернуться на 15-ю улицу, забрать вещи и нагрянуть к леди Конри, чтобы потребовать ответ на очень важный вопрос.

Нет, Джэйфф Элир все мог понять — заговор как средство в борьбе за власть, подкуп, шантаж и убийство как метод, и даже предательство соратников не является чем-то неприемлемым для шурианской морали. Главное, у человека есть стремление, а уж как он добьется своего — дело десятое. Победителей, как известно, судят редко и то после их смерти. Но сходиться с теми, кто твои исконные вечные враги? Караси не создают союз со щуками, а кролики с лисами. Это против природы!

«Как? Как она могла? Как она могла завести какие-то дела с северянином?» — терзался Джэйфф всю дорогу в «Черный Лебедь». И до такой степени сам себя распалил, что на Элайн едва ли не с кулаками бросился.

Телохранители леди Конри его, конечно, остановили на пороге игорного дома, скрутили и даже собирались чуть-чуть побить, но вовремя вмешалась хозяйка.

— Прекратить! Немедленно!

— Но, госпожа… Вы же сами приказали в таком виде не пущать, — оправдывался головорез.

Черная Волчица не на шутку осерчала.

— Господина Эрмида я вам трогать не позволяла. Он — мой друг!

Ах, какой хищной зеленью сверкали ее глаза! Сколь преисполнен был праведного гнева ее дух!

И стоило ему сказать: «Ваших проблем с господином Фэлтсом больше нет», как Элайн сама подставила плечико и, бережно поддерживая, отвела Элира в уютный домик. Прямо в спальню. И ничего удивительного. Женщины любят раненых героев. А еще они любят врачевать раны мужчин с множеством старых шрамов по всему телу — смуглому, поджарому и мускулистому.

— Он оказался северянином.

— Морайг! — испуганно охнула леди Конри. — У меня сразу же появилось такое странное чувство…

— Тоска и печаль?

— Должно быть. Я весь вечер после встречи не могла избавиться от грустных мыслей.

Джэйфф, внимательно слушавший, вздрогнул.

— О! Я сделала вам больно?

— Нет, конечно. Вы все делаете правильно.

Женщина как раз смазывала бальзамом неглубокий порез на груди шуриа, прикасаясь очень нежно, почти лаская. Впрочем, это и в самом деле была ласка. Джэйфф выяснил это опытным путем.

— Что это вы делаете? — спросила Элайн, едва он прервал поцелуй.

— А на что похоже?

Отвечать вопросом на вопрос — это очень по-шуриански. И улыбаться самым невинным образом — тоже.

А еще мужчины народа Шиларджи всегда полагали святотатственным пренебрежением законами Жизни отказывать в близости женщине, уже разомлевшей от поцелуев. Нехорошо это, некрасиво.

К тому же расчет, настойчиво звавший Джэйффа Элира в спальню к ролфийке, оказался верным — она проговорилась. Стоило шуриа завести разговор про северянина, как леди Конри глубокомысленно молвила:

— Да, я знаю, что вы считаете их живыми мертвецами. Мне говорили.

Голова женщины лежала у него на плече, и Элайн никак не могла видеть мимолетную ухмылочку, зазмеившуюся на его устах. «Ага!» — сказал себе Элир.

Удачно сочетать приятное с полезным считалось истинно шурианской добродетелью.