Хладные легионы - Ричард Морган

– Не помню.

Джирал напрягся.

– Господин Рингил сыграл важную роль в нашей победе в Эннишмине в прошлом году, – поспешно сообщила Арчет. – Вы вспомните, я о нем упоминала.

– О да, – но император не успокоился. Он изучал Рингила, презрительно щурясь. – Значит, так оно и есть. Хотя, насколько я понял финал той истории, ты отправился домой, сир трелейнский рыцарь, обратно в унылое скопище торговых постов на севере.

Рингил любезно кивнул.

– Мы всегда так делали после того, как спасали Империю. Но, повелитель, с вашей стороны было бы мудрее не доверять так сильно историям, которые кто-то рассказывает. Чем их слушать, лучше испытать все самому, как делал ваш отец.

Его слова породили оглушительную тишину – она распространилась волнами, словно необработанный кусок строительного камня уронили в декоративный пруд. От нее, казалось, сам воздух покачнулся. Двое мужчин уставились друг на друга. Гвардейцы Трона Вековечного шевельнулись. Рингил улыбнулся…

Арчет, шагнув вперед, встала между своим другом и императором.

– Я поручила господину Рингилу возглавить нашу экспедицию в Ан-Кирилнар. В этой роли он будет бесценен, – она голосом выделила последнее слово. – Он помогает нам с планированием маршрута и возьмет на себя большую часть дипломатии, когда мы достигнем территории Лиги.

Джирал не спеша расслабил мышцы. Изогнул царственную бровь.

– Дипломатия, говоришь?

– Да, мой повелитель. Как представитель аристократии Луговин, он имеет идеальный уровень доступа для наших целей.

И опять императорские брови театрально приподнялись: «Ну, как скажешь…» Джирал бросил обглоданную кость на столик, продолжая жевать, и томно поднял руку. Раб поспешил подать салфетку. Джирал ее взял и тщательно вытер руки, о чем-то размышляя.

– Эта встреча, – произнес он, – не по поводу Ан-Кирилнарской экспедиции, Арчет.

– Да, мой повелитель. Мне об этом сообщили.

Джирал швырнул салфетку вслед за костью. Небрежно махнул рукой в сторону Рингила.

– А что он тогда здесь делает?

«Просто держи свой гребаный рот на замке, Гил».

Она поспешила ответить:

– Господин Рингил, э-э-э, знаком с Эгаром Драконьей Погибелью. Хорошо знаком.

– Как удобно. Похоже, мы по уши в героях. Будем надеяться, этот лучше умеет себя вести в отсутствие войны, чем твой гость, варвар – убийца драконов, – император бросил взгляд на Рингила. – Я так понимаю, вы были братьями по оружию, что-то вроде этого?

– Что-то вроде этого, – покладисто согласился Рингил.

Джирал встал.

– Что ж, боюсь, твой товарищ по оружию взял курс на встречу с палачом. Это если я сумею отговорить скорбящую семью Сарила Ашанта от казни в пыточном кресле или в Палате разоблаченных секретов. Вот так, да. Боюсь, от военных почестей мало толку, если ты убил другого героя войны в его собственной спальне. А, и еще, м-м-м, надругался над добродетелью его супруги в придачу – по всей видимости. И с этой вопиющей глупостью уже ничего не поделаешь. Смертный приговор подписан.

– Это прискорбно, – теперь в голосе Рингила проскользнули холодные нотки. Арчет бросила на него предупреждающий взгляд.

– И не говори, – император повернулся к ним спиной. Он перебирал еду на столе, продолжая демонстративно светским тоном: – Три стражника убиты, Арчет. Еще двое искалечены – один, видимо, на всю жизнь. И это перед таверной, битком набитой чужеземными наемными мечами. Мне, честное слово, такое сейчас без надобности. Глава стражи требует поддержки дворца, а Кадрал Ашант бормочет при дворе о том, что некоторые правители весьма неблагодарны. И все из-за того, что ты не позволяешь мне выпускать Гонцов.

– Простите, повелитель. Кажется, я недооценила…

– Бред сивой кобылы, Арчет! – Он ударил кулаком по столу. Тарелки подпрыгнули. Джирал резко повернулся с потемневшим лицом и шагнул к ней, словно собираясь ударить. – Кобылы сивой бред! Ты правда думаешь, что я такой дурак? Ты не хотела, чтобы его поймали. Думала, он сбежит из города, и собиралась дать ему хорошую фору. А он не сбежал, верно? Верно?!

Он застыл в трех футах от советницы, будто привязанный невидимым, слишком коротким тросом, и сверлил ее взглядом. Унизанные кольцами пальцы опущенной вдоль тела правой руки подрагивали от еле сдерживаемой ярости.

Слева от себя Арчет почувствовала движение Рингила – едва заметную, не поддающуюся определению перемену позы, подмеченную краем глаза или каким-то иным чувством, не зрением. Ей и не надо было его видеть, чтобы понять: Рингил наблюдает за Джиралом и подрагивающей рукой императора, которая будто сопротивляется приказу сжаться в кулак. Он полностью поддался жуткой, слегка веселой отчужденности, предваряющей песнь стали, – лишь ее умел петь Друг Воронов.

Она почувствовала, как воздух сгущается от предзнаменований, почувствовала, как равновесие, установившееся на балконе, пошатнулось, и чаши весов начали движение. Если Джирал сожмет кулак и поднимет…

Гил его убьет – она это знала так ясно, как будто все уже случилось.

Она подняла руки, открыто признавая вину, и левая на мгновение опоздала, словно придерживая Рингила и плавное движение Друга Воронов. Она надеялась, что этого хватит. Склонила голову перед императором.

– Вы правы, повелитель. Вина лежит на мне.

– Безусловно, Арчет, мать твою, – омерзительное удовлетворение в лице и голосе Джирала мелькнуло и пропало. Он откашлялся и сделал выверенный жест рукой, которая едва не сжалась в кулак. – Ну что ж. Полагаю, нет смысла останавливаться на том, что в этом деле ты потерпела неудачу. Я вновь должен принять трудное решение и поступить правильно. Арчет, Монаршие гонцы уже в городе. Дело сделано. Я подписал приказ час назад. Они достанут этого варвара живым или мертвым, справедливость восторжествует. А в это…

– Повелитель, если я…

– А в это время, моя госпожа, – он подождал, проверяя, посмеет ли она опять перебить, убедился, что не посмеет, и продолжил более резким тоном: – Командующий Гонцами нуждается в подсказках и желает расспросить тебя о привычках и излюбленных местах их цели. Думаю, к твоему северному другу это тоже относится. Ракан?

Нойал Ракан вздрогнул.

– Повелитель?

– Как можно быстрее доставь госпожу кир-Арчет и ее благородного спутника в крыло Монарших гонцов. Таран Алман их там ждет.

– Да, повелитель. Немедленно.

Они повернулись, чтобы уйти. Арчет поспешила отвернуться, спрятать глаза и жгучее желание высказать все, что было у нее на уме. Стиснула зубы. Рингил чуть помедлил, окинув императора спокойным и задумчивым взглядом.

Джирал заметил и ощетинился.

– Ты что-то хотел мне сказать, Рингил Эскиат? Может, обратиться с ходатайством или просьбой?