Обнаженная натура - Лорел Гамильтон

Этот человек встал между мною и тьмой, и я не могла оставить его там одного. Я встала с ним рядом, с Майклом, читая на ходу: Святой Архангел Михаил, вождь небесных легионов, защити нас в битве против зла и преследований дьявола… — пламя разгорелось ярче. — Будь нашей защитой! Да сразит его Господь, об этом мы просим и умоляем. — Так разгорается свет в освященном предмете, когда одна только твоя вера стоит между тобой и вампиром. — А ты, предводитель небесных легионов… — и будто все и каждый пылающие священные предметы, виденные мною в жизни, загорелись передо мной все сразу, — низвергни сатану…

Я запнулась, стоя на самом краю пламени от крыльев. Темнота взметнулась выше, над человеком и сиянием, и я знала, что на решение у меня секунды. Кто я? На чьей стороне? Достаточно ли святости во мне, чтобы ступить в этот свет?

В голове заговорил голос Марми Нуар, или же это заговорила окружившая нас тьма.

— Частицу меня ты несешь в себе, некромантка, и если встанешь в огонь Божий, погибнешь, как всякий вампир.

Правда ли это?

Майкл шагнул назад, снова становясь у нее на дороге. Он встал против океана тьмы, когда ему был дан шанс уйти в сторону. Это даже не была мысль — я двинулась вперед, потому что он принимал на себя предназначенный мне удар, судьбу, рок, — и я не могла этого допустить. Я шагнула в огонь, ожидая, что ослепну, но нет — случилось так, будто весь мир стал светом, и только свет был мне виден, мерцающий и переливающийся вокруг. Человек передо мной был настоящий, и огонь тоже настоящий, но…

— Помоги, некромантка!

Не знаю, что она хотела сказать, да и не важно это. Зло всегда лжет. И я договорила молитву:

— И прочих духов зла, бродящих по свету и развращающих души, низвергни их силою Божьею в ад. Аминь.

Будто окружающая нас сила сделала вдох, чтобы задуть свечу. Сделала вдох — и выдохнула, и это было как в эпицентре атомного взрыва. Реальность хлынула наружу, преобразилась, и я наполовину ожидала, что дом развалится, но нет — мы стояли, моргая, в гостиной дома Фебы Биллингс. Даже чашки на столе не шелохнулись.

Эдуард стоял с нами рядом, но его удерживала Феба, говоря:

— Подожди, Майкл знает, что делает.

Я стояла позади Майкла, как было в «видении». Пылающего меча в руке у него не было, но я почему-то знала: надо будет — появится.

Он повернулся и посмотрел на меня темно-карими глазами, но где-то в глубине их мерцал свет, намек на пламя. Не как у вампиров — другой свет.

— Анита! — окликнул меня Эдуард.

— Все в порядке, Эдуард, спасибо Майклу.

Я вложила в это имя второй смысл. Найду потом церковь и поставлю свечку Михаилу-Архангелу. Это самое меньшее, что я могу сделать.

— Пусть мне кто-нибудь объяснит, что здесь произошло, — сказал Эдуард с оттенком злости в голосе.

— Что ты видел?

— Ты посмотрела вверх и чего-то испугалась до чертиков. Тогда он, — Эдуард ткнул большим пальцем в сторону Майкла, — подошел и встал рядом с тобой. Я попытался подойти к вам, но она мне сказала, что это дело не для пистолетов.

— Она была права.

— Потом запылали все освященные предметы в комнате.

— Ты хочешь сказать, засветились? — уточнила я.

— Нет, вспыхнули огнем.

— Бернардо запаниковал, — сказал Олаф, — и сорвал с себя крест.

Я посмотрела на гиганта и чуть не спросила, как может жить с верой в Бога серийный убийца, но воздержалась. Может быть, в другой раз, если захочу его взбесить.

— Как только я остался без креста, — сказал Бернардо, и я поняла, что он единственный стоит вдалеке от нас, — тут же на меня навалились… видения.

— Какие? — спросила я.

— Свет, тьма. — Он смотрел на меня, сидя на краю дивана. — И еще… еще всякие вещи.

Я уже открыла рот, собираясь спросить, какие, — но меня остановил Майкл, тронув за плечо и покачав головой. Я кивнула. Ладно, не будем допытываться, что видел Бернардо. Он перепугался до чертиков, а потому это его личное дело. Либо сам расскажет, либо напьется и постарается забыть. Не каждый день видишь демонов и ангелов. Строго говоря, Марми Нуар не демон, но все равно дух зла.

— Что это такое за тобой охотится? — спросил Майкл.

— Ты сам видел.

— Да, но раньше не встречал ничего подобного.

Я посмотрела ему в лицо.

— Ты дважды встал у нее на дороге, и ты не знаешь, кто она и что может с тобой сделать?

Я была поражена.

Он кивнул:

— Я — черный пес, страж круга. Ты — наш гость, и мое дело — чтобы и волос не упал с твоей головы.

— Ты понятия не имеешь, что она могла бы с тобой сделать.

Он улыбнулся — улыбкой истинно верующего.

— Она не могла бы до меня дотронуться.

— Он говорит о… — начал Эдуард и остановился.

— Марми Нуар, — договорила я.

— Мать Тьмы, — добавила Феба, и я кивнула. — Темная богиня не всегда страшна, бывает, что она безмятежна.

— Она не богиня, а если даже и так, то нет в ней хорошей стороны, поверь мне.

— Это не была энергия богини, — добавил Майкл.

— Ты разве ее не видела? — спросила я.

— Я ее ощущала, но сосредоточилась на устранении прорыва в нашей защите, чтобы никто не проник вслед за нею. А в том, чтобы защитить тебя и изгнать колдунью, пробравшуюся через наши границы, я положилась на Майкла.

— Это колоссальное доверие, — заметила я.

— Ты видела его, вооруженного для битвы. Считаешь ли ты, маршал, что мое доверие неоправданно?

У меня перед глазами мелькнул образ Майкла с пылающим мечом и тенью крыльев за спиной.

— Нет, я так не считаю.

— Кто-нибудь пусть мне все это объяснит, — сказал Эдуард. — И прямо сейчас.

— Я опустила щиты, чтобы посмотреть, наш ли это вампир, и Майкл попытался исследовать мою силу, чуть расширив просвет.

— Как было сегодня с Санчесом.

Я кивнула.

— Я не повреждал твои щиты намеренно, — сказал Майкл.

— Я тебе верю. А Мать Всей Тьмы снова пыталась меня поглотить, но Майкл ее остановил и изгнал.

— В ад? — спросил Бернардо. Казалось, что его все еще преследуют видения.

Я покачала головой:

— Вряд ли. Просто изгнал отсюда.

— Как она проникла через защиту? — спросил Майкл.

— Я думаю, во мне есть ее частица, и когда впустили сюда меня, она тоже просунулась.

— В тебе не ощущается зла, маршал.

— Она сегодня что-то со мной сделала. Как-то изменила мои паранормальные способности, увеличила открытость.