Тень темной королевы - Раймонд Фейст

Кэлис говорил шепотом.

Эрик не мог разобрать слов, но видел, что Праджи и Грейлок согласно кивают.

Пленных перевели в маленькую балку и выставили охрану. Де Лонгвиль уехал допрашивать их, но Кэлис по-прежнему еще не решил, что с ними делать. Эрик строил всяческие предположения на этот счет, когда к нему подошел Ру.

— Как лошади?

— Слегка отощали, а в общем, в порядке. Холод и бескормица им не на пользу. Ничего — пару раз отведем на выпас, найдем место, защищенное от ветра, и они быстро оправятся, — ответил Эрик.

— Как по-твоему, что задумал наш капитан?

— Откуда мне знать? Но странно, что он во всеуслышание твердит, что мы пойдем в Порт Гриф.

Ру ухмыльнулся:

— Ничего странного, если он хочет, чтобы армия королевы искала нас именно там. А какие планы у тебя?

— У нас еще уйма работы, — сказал Эрик. — И лучше закончить ее до того, как вернется де Лонгвиль. Если он увидит, что мы бездельничаем, он задаст нам взбучку.

Ру заохал:

— Я подыхаю с голода.

Эрик подумал, что и он ничего не ел, не считая каких-то крошек вчерашней ночью.

— Пойдем перехватим чего-нибудь, — смазал он, и лицо Ру прояснилось. — А потом примемся за работу, — добавил Эрик, и Ру опять помрачнел.

Хотя людям Нахута, как они утверждали, долго не платили, продуктов в лагере было достаточно. Эрик и Ру подошли к палатке, которую делили с Луи и Бигго — Шо Пи и Натомби перешли в другую, к Накору и Джедоу, — и увидели, что их товарищи спят как убитые. У входа на тряпочке лежала краюха хлеба и стояла плошка с крупой и орехами. Эрик со вздохом сел, взял хлеб, отломил себе половину, зачерпнул горсть крупы и принялся за еду.

В воздухе еще чувствовалась прохлада, но солнце пригревало, и после еды Эрика потянуло в сон. Поглядев на Луи и Бигго, он подумал, не последовать ли их примеру, но усилием воли справился с этим соблазном. Работы действительно было еще немало, и он знал, что, если де Лонгвиль застанет их спящими, он устроит им ад.

Эрик встал и разбудил Луи и Бигго. Бигго сонно приоткрыл глаза и, посмотрев на Эрика, пробормотал:

— Хорошо, когда хорошо.

— Да, — сказал Эрик. — Вставайте, пошли.

Луи поднял голову. Темные круги под глазами придавали ему еще более опасный вид. Когда он встал, Эрик тихо спросил:

— Ножи с тобой?

— Всегда, — так же тихо ответил Луи и, молниеносным движением выхватив кинжал, со свистом рассек им воздух. — Что, появились глотки, которые надо перерезать?

— Идите за мной, — сказал Эрик.

Он быстро повел их мимо палаток, то и дело оглядываясь, словно хотел убедиться, что за ними никто не следит. У рва, который только что закончили углублять, Эрик остановился и показал на кучу свежесрубленных кольев:

— Быстрее, пока не засохли! Их надо заострить и вкопать на валу.

Ру и Бигго, улыбнувшись, взяли по колу и вытащили ножи, но Луи вспыхнул:

— Ты разбудил меня только за этим?

— Лучше я, чем де Лонгвиль, не так ли?

Луи смерил Эрика жестким взглядом. На мгновение острие его кинжала уставилось в грудь Эрика. Потом родезанец хмыкнул и наклонился за колом.

Ру и Бигго рассмеялись, а Эрик сказал:

— Вот и ладненько. А я пойду посмотрю, не привели ли лошадей.

Он перебрался через ров, но задержался у солдат, мастеривших подъемные ворота. Отсутствие инструмента сильно осложняло работу: в лагере Нахута отыскался лишь один топор, и доски приходилось выстругивать ножами и кинжалами. Эрик с радостью отдал бы те несколько золотых, что лежали в его кошеле, за обычный рубанок и долото.

Он немного разбирался в плотницком ремесле и посоветовал вырезать пазы, соединить доски «ласточкиным хвостом», а затем обвязать готовые ворота веревкой — получилось бы достаточно прочно, но, к сожалению, эти ворота нельзя было бы разобрать и увезти с собой, как те, которые пришлось вместе с остальным снаряжением бросить у холма на северной оконечности Равнины Джэмс.

Вспомнив о равнине, Эрик задумался о том, как они ее пересекут, учитывая вездесущих джилан. Но потом он решил, что об этом пусть болит голова у Кэлиса и де Лонгвиля, а он будет заниматься той работой, которую надлежит делать ему.

Ворота закончили только к полудню. Эрик приказал развести пару костров, а сам пошел проверять караулы и обнаружил, что часовых никто не сменил. Вернувшись к палаткам, Эрик пинками разбудил нескольких солдат и, не обращая внимания на протесты, сказал, что теперь их очередь идти в караул.

В котлах уже кипела похлебка для обеда, когда вернулся де Лонгвиль. Он спрыгнул с коня и подозвал к себе Эрика:

— Вал закончили?

— Два часа назад, — сказал Эрик.

— Колья?

— Заострены и вкопаны.

— Ворота?

— На месте.

— Мост через ров?

— Его заканчивают — хотя я сомневаюсь, что от него будет много толку: держится на честном слове, и лошадей по нему можно проводить только поодиночке.