Герой по вызову - Даниил Широков

— То есть всё то же самое, что и здесь? — в медных глазах проскочило отчаянье. — Тот мир — такой же, как и наш?

— Да. Практически один в один.

Не будем поправлять её понимание моих слов. Объяснять, что в том мире был ещё один, игровой — бессмысленно. Она не Кагата, так просто, как истину, эту речь не воспримет.

— Я нашёл только твоё тело, — вздохнув, я сжал и разжал кулак, слегка побаливавший после ритуала. — И выжженную пустошь на несколько десятков километров вокруг. Ты последовала за своей местью, и в итоге твоё упорство обернулось такой… — я запнулся, вспоминая искажённое в боли и злобе лицо мёртвой Вайры. Так заканчивалась её сюжетная линия без вмешательства игроков. — Трагичной судьбой.

— Трагичной? — криво усмехнулась чародейка. Пламенные пряди упали на её плечи беспорядочно, хаотично. Она выглядела растрёпанно — совсем не та Вайра, которую я знал. — Я следовала тому, что хотела получить. Это моя вина, раз не сумела справиться с последствиями.

— Ага… Так и знал, что ты это скажешь… — выдохнул я, оглядывая зал аукциона. Эх, уборки-то будет… Ну и ладно. Не мне ж убираться. — Месяц, Вайра. Потом мы встретимся вновь. Лицом к лицу.

И развернулся, удаляясь прочь. Пора рвать когти… И желательно договориться с Эйфелин. Заскочу к ней с Артиасом, как только приведу себя в порядок.

— Ты меня… Похоронил?

Я обернулся, посмотрев в медные глаза, в которых плескалась всё то же самое — одно большое, почти безграничное, отчаянье. Никому не хочется быть забытым. Никто не хочет умирать, оставляя после себя пустоту. Даже человек с одной-единственной целью, который готов подохнуть, лишь бы её добиться.

— Хороший, плохой, тёмный, светлый — у всех нас есть те, кто будет скорбеть, когда мы умрём, Вайра. Я похоронил тебя под вишней. В саду твоей мамы.

Как ты и хотела.

Подумал я, но не добавил.

— Не бери в голову. Я был простым твоим знакомым, и это всё, что я мог для тебя сделать. В конце концов, здесь всё может сложиться иначе. Может, никто никого и не будет хоронить.

— Ты соврал, — вдруг мягко улыбнулась Вайра, заставив меня вздрогнуть. — Но я прощу тебе эту ложь. Иди, Деймос. И попроси моих учеников ждать на выходе. Я присоединюсь к ним… Через пару минут. Надо обдумать их наказание.

Уф. Сурово, но такая уж была Вайра. Принципиальная чародейка, в которую я, играя в игру, умудрился втюриться. И о смерти которой сожалел куда сильней, чем стоило, наверно. Игра есть игра… Но теперь она реальность. Так почему не могут быть реальными чувства?

— Постой-ка, Деймос… Долги надо возвращать. Каким бы ни было моё к тебе отношение, ты спас жизни моих учеников. Была ли это ложь, был ли это обман… Я всё ещё не знаю. Но правила есть правила. Я твой должник. Я не отступлю о нашей сделки, даже не думай об этом. Но в пределах моих возможностей… Проси, чего ты желаешь.

Я хмыкнул, кивая словам архимага.

— Есть одна эльфийка…

* — Мета — в онлайн-играх означает лучший выбор снаряжения, оружия, героев и прочего, который имеет абсолютное преимущество над всеми прочими вариантами. Мета может меняться со временем, когда для игры выходят обновления.

Глава тринадцатая. Чем ты готов пожертвовать?

— Слушайте, слушайте!

Пригнуться, взмахнуть мечом. Вскрыть холодное железо, всадить кулак, сминая шлем и голову за ним.

— Приказом самого короля Роланда Четвёртого, сегодня в полночь…

"Бросок кобры". "Взмах палача". "Песнь войны".

"Тень".

— Сорок тысяч солдат пересекли границу с Идигорским союзом зверолюдей…

Отступить. Разорвать ветром копейщика, вспороть пузо мечнику. Взять Бедствие в обе руки. Крутануться, превращая окруживших рыцарей и пехотинцев в нафаршированные разрубленными органами банки из одежды и доспехов.

Выдохнуть, оглядывая поле боя. Ощутить металлический привкус во рту. Запах жжёной плоти, запах пота, крови и вонь немытых тел.

— Союзником нашего великого государства выступает Святая Империя, отправившая со своих западных границ тридцать тысяч рыцарей в составе двадцати пяти батальонов, а также двадцать тысяч пехотинцев в составе пятнадцати…

Вытереть пот, бросаясь на конницу, топавшую с фланга. Подрубить коням копыта, затем убить всадников одного за другим. Методично, без лишних движений, с одной целью — максимально быстро оборвать их жизни. Меч в горло, кулак в глотку, лезвие в грудь. Выслушать крики, проклятья и просьбы о пощаде.

Заткнуть их сталью.

— Мы, Роланд Четвёртый, призываем всех жителей Сарана к пониманию неизбежности происходящего…

Они бегут. Второй батальон за сегодня. Они передвигаются осторожно после первой схватки — не хотят наткнуться на засаду, как в тот раз. Мы бьёмся с ними в открытую, спокойно принимая даже столь невыгодный бой. Выживших немного — человек двадцать. Те, кто сбегут, донесут вести остальным. Следующий день будет тяжелее — они объединят войска, перестав отправлять батальоны прямо вглубь страны, организовав полноценную блокаду, следом — поиск и уничтожение. Мы слишком больная заноза в заднице, чтобы оставлять нас без должного внимания.

В конце концов, Император не дурак.

— Война будет окончена, как только объединённые силы альянса установят новые границы… Невинные не пострадают — всех жителей приграничных городов и деревень зверолюдей отправят обратно в Идигорский союз…

Подвигать ногой — что-то побаливает после бесперебойного сражения. Выключить "Зверя битвы", превратившего сражение в игру медведя с зайцем. Воткнуть Бедствие в тёплую от крови землю, поднять взгляд в небеса. Становится холоднее. Через неделю придётся одеваться ещё теплее, а там и до сезона дождей недалеко. Следом — зима… Но к ней всё должно уже кончиться. Поймать лицом прохладный ветер, смывший отвратительные запахи прочь.

— Мы ещё раз надеемся на ваше понимание и выражаем благодарность за поддержку королевской семьи…

Я опустился на землю, продолжая сжимать Бедствие, воткнутое в неё. Рядом на мёртвое тело села Кагата, чьи слипшиеся от крови волосы делали её похожей на оживший труп — столь жутко они смотрелись на перекошенном после ожесточённой битвы лице. Только синие глаза, резко выделявшиеся на общем фоне, глядели на меня с беспокойством. Это началось не сейчас, нет, чуть раньше. После нашего первого боя, как только мы пересекли Союз и заняли его восточную границу вместе с небольшим полком обращавшихся в тигров и лисов зверолюдей.

— Почему ты такой, Деймос?

— Какой?

— Беспощадный. Холодный. Чёрт, ты за полдня ни слова не выдавил!

Я замолчал, не зная, что на это ответить. Кагата не поймёт правду, если выложу всё, как на духу.