Невеста ветра - Наталия Осояну

— Сандер?

Матрос заспешил к капитану, пряча сирринг за спиной. Недотепа выглядел донельзя смущенным и оробевшим, словно сделал что-то очень плохое. «Да он же играл все это время!» — вспомнил Эрдан. Крейн взглянул на музыканта так, словно впервые за два с лишним года удосужился его рассмотреть как следует, а потом спросил:

— Ты уже с ними сталкивался?

— Н-нет, — ответил матрос, запнувшись. — Но слышал однажды, что один фрегат так спасся… нужно всего лишь на мгновение заглушить их песню, чтобы дать капитану возможность развернуть корабль… вот. Да и то я не сразу об этом вспомнил…

— Твоей заслуги это не умаляет, — сказал магус. — Спасибо. Я твой должник.

Эти слова нисколько не обрадовали Сандера — скорее наоборот, очень испугали. Но Крейн уже не смотрел на музыканта; он махнул рукой Эрдану и Умберто, окликнул Джа-Джинни и, чуть помедлив, позвал Эсме.

Им предстояло решить, что делать дальше.

Собравшись в каюте капитана, они очень долго молчали. Магус уставился на старую карту, и по его лицу пробегали грозовые облака: отыскать кружной путь было очень сложно. Никто не мог набраться смелости и заговорить первым, но каждый понимал причину случившегося — за исключением, может быть, Эсме… хотя ее задумчивый взгляд можно было толковать как угодно.

Наконец заговорил Крейн:

— Для того чтобы обогнуть Гудо с востока, понадобится не меньше двух недель, но не это главное, — сказал он невыразительным голосом. — Я долго думал над тем, откуда взялось то чудовище… оно могло прийти только из моря Кракена. Старые легенды говорят, что в тех краях есть создания, которых боятся даже мерры, что уж говорить о людях… — он вздохнул. — Если мы отправимся тем путем, то вполне можем встретить тварь снова, а может быть, и не одну. Я не могу подвергнуть команду такому риску.

— Западный путь? — несмело предложил Умберто. — Я знаю, что сезон бурь там сейчас в самом разгаре, но это все же не так опасно, как море Кракена… и не так безнадежно, как сирены.

— Видимо, ты прав, — Крейн скривился. — Только не забудь увеличить срок до четырех… нет, до пяти очень сложных недель постоянных штормов. Припасов нам не хватит, поэтому придется зайти в один из портов Окраины — там, пожалуй, кое-кто попросится на берег. Добирать команду придется из тех, кто согласен с кракеном танцевать, а ты знаешь, чем обычно это заканчивается…

— Все-все, капитан, я понял! — Умберто поднял руки. — Сдаюсь. Что же делать?

Магус хмыкнул.

— Думать. И хорошенько! Пока что мне приходит в голову лишь одна мысль: поискать проход среди малых островов к западу отсюда. На это уйдет дней семь-десять. Там вообще-то слишком мелко, но если нам повезет…

— Нет, это нам не подойдет, — Джа-Джинни покачал головой. — Сам видишь, сколько рифов обозначено на карте! Если мы застрянем, подмоги ждать неоткуда.

— Тогда я жду предложений, — сказал магус после долгой паузы. — Вариант «а давайте мы просто вернемся назад» не рассматривается!

Он заставил себя пошутить и добился слабых улыбок, но не более того. Эрдан смотрел на своего ученика и видел, что тот и впрямь не знает, что делать. Положение было хоть и не угрожающим, но по-настоящему безнадежным — и мастер-корабел рискнул бы предположить, что все собравшиеся в капитанской каюте думают сейчас об одном и том же: промучившись здесь несколько дней, они отправятся в обратный путь несолоно хлебавши, чтобы повторить попытку после того, как в западных водах закончится сезон штормов. Чем бы ни закончилось в итоге их путешествие, вскоре во всех портах будут говорить, что Кристобаля Крейна победили сирены — да, именно такие слухи будут повторять с удивлением и злорадством, потому что людям нравится, когда кто-то сильный вдруг оказывается наравне со слабыми. Что ж, проигрывать тоже надо умеючи…

Кристобаль поднял голову, и их взгляды встретились. «Или я не прав? — подумал мастер-корабел с внезапным беспокойством. — Неужели ты настолько одержим этим сокровищем, что придумаешь выход из безнадежного положения?»

Эсме робко кашлянула и впервые заговорила.

— Я ничего не знаю о сиренах, — робко сказала она, — кроме того, что они опасны.

— Их никто не видел, но многие слышали, — начал объяснять Джа-Джинни. — Эти твари все время поют, и их песня сводит с ума всех существ, наделенных разумом. Корабли, имевшие несчастье повстречать на своем пути сирен, потом приходят в порт без царапины, но и без единой живой души на борту. Ты, должно быть, почувствовала на себе, как их песня… проникает в душу. Если кому-то удается спастись, на картах ставят отметки, и они обычно не устаревают, потому что сирены никогда не перемещаются на другое место. Я ведь говорил, что этот пролив неспроста так называется… — Он замолчал, нахмурившись.

— Но мы решили послушать картографа, — продолжил Эрдан. — И совершили ошибку.

Он снова посмотрел на Кристобаля, но тот сидел, безучастно глядя куда-то в пустоту. Они совершили ошибку, доверившись Камэ. «А Паучок-то хороша! — подумал Эрдан и едва сдержал улыбку. — Спела нам прекрасную песенку, ничуть не хуже сирены, — мы и поверили!»

— Не думаю, что Камэ ошиблась, — сказал он. — Должно быть, ее замысел изначально заключался в том, чтобы вернуть нас назад… быть может, чтобы мы попросили помощи у Лайры… или у нее самой.

— Я не буду никого просить о помощи, — проговорил Крейн тихим, но уверенным голосом. — Выход должен быть, и мы его найдем.

— Э-э… так вот я об этом… — Эсме покраснела от смущения. — Раз вы говорите, что все дело в песне сирен… что будет, если все заткнут уши?

Это было просто до безумия и не могло оказаться правдой; Эрдан уже открыл рот, чтобы возразить, как вдруг Умберто сказал: «Ну да…» Джа-Джинни почесал затылок и кивнул, а потом и сам мастер-корабел подумал: «Неужели?»

— Жаль, мы не узнаем, спасались ли таким образом глухие рыбаки… — заметил крылан и рассмеялся, увидев растерянное лицо Эсме. — Шучу, шучу! Идея-то и впрямь хороша… может сработать…

Целительница смущенно потупилась. Эрдан взглянул на капитана и сразу же остыл: Крейн смотрел на них добродушно-снисходительно, словно на разыгравшихся маленьких детей.

— Ну, для всех, может быть, и сработает, — сказал магус с легкой усмешкой. — Но не для меня.

«Почему?» — вырвалось одновременно у Эсме, Джа-Джинни и Умберто, а Эрдан все понял сам мгновением раньше.

— Я-то ничего не услышу ушами, — пояснил Крейн, вздохнув. — Но «Невеста», по сути, сплошное ухо. Поэтому она, сама того не желая, перенесет песню сирен прямо сюда… — он постучал согнутым указательным пальцем по виску. — Думайте дальше.

Эсме расстроилась, и мастеру-корабелу захотелось ее утешить. Для любого другого капитана, не связанного со своим фрегатом так, как Кристобаль был связан с «Невестой ветра», ее идея была — лучше не придумаешь. Наверняка кто-то должен был до этого додуматься раньше, но почему-то такой простой способ защиты от сирен молва не разнесла по всем Островам.