Белое солнце дознавателей - Тайга Ри

И какие женщины! – он с придыханием прицокнул языком, вспоминая пышные формы смуглянки – это была его любимая часть на записях – он прокрутил трижды, и оставил бы себе, иногда посматривать вечером, но господин Иссихар был чересчур строг в плане хранения информации – и не позволит клятва.

Яванти узнал новости о леди Блау, но желания сообщать о них у него не было. Голова самопроизвольно немного втянулась в плечи – с момента появления девчонки в жизни господина вся их упорядоченная жизнь пошла кувырком. Шеккова дочь!

Ему хватило последних записей – пирамидки с занятия в Академии он раздобыл быстро – ну что может быть такого в обычном открытом курсе менталистов, которые они проводят несколько раз в зиму?

Но господин ругался так, что Яванти давно не помнил, когда такое было последний раз, потом пересчитывал дознавателей, выписывая их в отдельный свиток, потом запросил рисунки – и точнейшие, скелета и строения северных зимородков, и чтобы каждое перо на своем месте, и красноперых карпов и… чертил, чертил, чертил… ругаясь и считая.

Запросы господина с каждым разом становились все непонятнее. А информация о наследнике Му? Мелкий род, даже по меркам предместий. Южане, изгнанные на Север…и? Зачем это нам?

В животе снова тоскливо забурчало, и Яванти горестно вздохнул. Очередной день, когда обед не по расписанию. Нужно будет перехватить что – то по пути – не факт, что ужин будет вовремя.

Потому что информация господину не понравится. Девчонка… Яванти глухо выругался, помянув и Немеса и всех созданий пустыни… умудрилась за один день ввязаться в дуэль с госпожой Чен. А в роду Чен… Яванти вздохнул снова, мысленно представив рядом хрупкую белокожую северянку, плоскую, как ширма, с запястьями-веточками и… Чен… выше на голову, смуглую и налитую, занимающуюся боевкой, как все в их роду. Как господину вытаскивать это мелкое недоразумение, которое по недосмотру Немеса – иначе не скажешь – стало невестой рода Дан! И это же – Чен! Круг!

И… как сказать господину, что это дуэль за жениха. На которого северянка предъявила свои права в присутствии шести семейств – слово обратно не взять. И… этот жених не господин Иссихар, а ведущий команды северян – юный наследник Тиров.

Яванти обреченно застонал, погладив пальцем пирамидку в кармане – вдовушка с аппетитными формами вряд ли поразит воображение Хозяина, но то, что сказал вассал Це – полезно. Клятва связывает языки, но и по кратким обмолвкам и ругани можно восстановить картину.

Девчонку готовят к помолвке. Женихи отобраны, и как только она сделает выбор – процессия с алым паланкином проследует в ближайших храм Немеса. Хотя он, Яванти, выбора бы не давал – что за блажь, давать слово женщине?!

И как господин будет действовать – если к Кораям нельзя, ни на шаг на земли заклинателей – Яванти не понимал тоже, но сегодня, как никогда был рад, что он уже женат. Четырежды. И каждый раз – более успешно, чем предыдущий.

То, что северянку выпустят из гарема только с помолвочным кольцом на пальце – теперь понятно всем. Иначе зачем слуги Корай закупают хну и пряности, и сладости для стола-перед-помолвкой? Про десяток зимородков, сделавшим круг над поместьем и улетевшим в сторону севера – Яванти решил пока не сообщать, как и про то, что клановые алхимики скупили весь реагент для нейтрализатора в алхимических лавках Хали-бада. Это нужно выяснить подробнее – господин очень не любит куски непроверенной информации.

Хватило того, что было вчера, когда их чуть не поймали в саду Тиров – господин слишком долго возился в спальне девчонки, и, когда прыгал – торопился и подвернул ногу.

Немес, ашес! Одни неприятности от женщин, одни неприятности.

Единственной хорошей новостью с утра, которая порадовала господина – был Вестник от отца. Глава рода Дан покинул канцелярию в столице и отправлялся на Север – прошение рода Дан было одобрено. Господина Иссихара сочли подходящей кандидатурой для шекковой девицы, которая ввязалась в дуэль за чужого жениха, будучи уже помолвленной!

Он возмущенно засопел, дверь лаборатории вспыхнула по периметру дважды – господин снял защиту, и приглашающее засияла серебром.

– Яванти… – интонации холодного голоса сира Дана напомнили ещё об одной нерешенной задаче.

Лаборатория! Печь! Он не успел найти точно такую же, как уничтожила девчонка! Потому что следил за работой мастеров-архитекторов – от взрыва повело несущие опоры дома и треснули колонны. Какая тут печь, если потолки перекрытий вот-вот рухнут на головы! Но разве это объяснить господину?!

Яванти выдохнул, втянул живот, поправив пояс, и пошел – сдаваться.

* * *

– Остановитесь! – юнец Кораев спешился и подбежал ко мне, не дойдя несколько шагов – остаточная сила Звезды трещала, пробегая искрами по волосам и кончикам пальцев – настоящее серебро, я даже дышала через раз и с присвистом – так много ее было, что схватывало дыхание. Флейта сияла вся – по всей длине, вспыхивая на самом конце шелковой кисточки. – Остановитесь! Госпожа, разворачивайте призыв обратно!

За его спиной нервно охнули несколько девушек, показывая на горы, кони всхрапнули и мы резко развернулись назад – сигнальные башни вспыхивали красным одна за другой – один огонек, второй, третий…

Замыкается цепь, как при прорыве?

Выше гор на горизонте небо побелело по краю, как будто… песок поднялся вверх и началась Буря?

– Вышки!

– Отзывайте призыв! – он почти дотронулся до меня, схватив за рукав, но одернул руку и выдохнул – резко и коротко, взяв себя в руки. – Отзывайте!

– Я не могу…

– Что?!

– Не могу, – повторила я твердо, и сожалеюще развела руками.

– Госпожа, – почти прошипел он, – если вы вызвали, вы можете отменить призыв…

– Я не могу, потому что не умею, – проблеяла я тихо и опустила ресницы, крепко стиснув флейту пальцами. – Колыбельная… я учила ее недавно… она выходит не всегда… через раз… и силу потратила…

– О, Немес, ашес! Немес, ашес! Немес, ашес!!!

– …и под вашу ответственность, – произнесла я холодно. – Слово рода Корай.

Мальчишка со свистом выпустил воздух через стиснутые зубы и почти плача смотрел на линию вышек. Вспышки вестников замелькали в воздухе – юнец плел так быстро, что они почти сливались в одно целое. Я набросила стазис на взвинченную Фифу, которая лягнула меня копытом, но – промахнулась.

– Здесь я – главная, – прошептала я прямо в бархатные ноздри, и встретилась с лиловыми, бешеными глазами – эта стерва мне не простит.

– Уезжаем, – юнец наконец определился, получив указания, и вскочил на коня. – Госпожа, уезжаем!

Я отрицательно помотала головой, намотав на руку уздечку.

– Леди желает остаться.

– Госпожа!

– Продемонстрируйте мне, как вы развернете любой мой Зов обратно. Мой брат способен остановить любой мой призыв. Всегда, – закончила я мягко. – Вы дали слово. И я желаю посмотреть, как работают заклинатели клана Корай.