Железный цветок - Лори Форест

Следующим вечером я получаю с соколиной почтой письмо с военной базы Четвёртого дивизиона.

– Что там? – спрашивает Тьерни со своего места на полу в моей оранжерее.

Она держит в ладони тонкую сапфировую нить, на её коленях разложено моё почти совсем синее платье с цветами железного дерева. Платье, в котором я танцевала на Йольском балу, лежит на полу рядом с ней.

В окна бьют тяжёлые капли дождя, ночное небо пронзают тонкие серебристые молнии. Подцепив ногтем восковую печать, я разворачиваю пергамент и читаю.

– Моих братьев выпустили… – со вздохом удивления сообщаю я Тьерни.

Подруга кривит губы в хитрой улыбке и указывает взглядом на платье у себя на коленях.

– Похоже, ты правильно использовала это неотразимое оружие, Эллорен.

Официальное послание, которое я держу в руках, написано одним из подчинённых Лукаса, лейтенантом по имени Тиррен. Лукас не стал писать мне лично – какой откровенный знак. Он обижен, оскорблён нашим разрывом.

Я читаю дальше.

– Стажёр, которого ударил Рейф, – говорю я Тьерни, – отозвал обвинение против моих братьев. – Без Лукаса здесь не обошлось. – В виде компенсации стажёр получил звание младшего лейтенанта в дивизионе под командованием Лукаса Грея.

– Вот и отлично, – отзывается Тьерни. – А дальше – наша забота.

Мы с Тьерни вынимаем из сумок нити, которыми были вышиты на платьях цветы железного дерева, и осторожно выкладываем их на рабочий стол в аптекарской лаборатории. Они загадочно сияют в полутьме.

– Ты заперла двери и окна? – уточняю я.

Тьерни рассеянно кивает, что-то торопливо записывая и сверяясь с математическими расчётами на разложенных перед ней страницах. Стены тонут в сумраке, за окнами темнеет. В лаборатории пусто и холодно.

Перед Тьерни раскрыт учебник по разработке лекарств, толстая книга в кожаном переплёте. Перо скрипит по пергаменту – подруга набрасывает точки кипения компонентов нашего сложного отвара.

Бросив последний взгляд на расчёты, Тьерни, не теряя времени, собирает из стеклянных трубок конденсатор. По её кивку я вставляю воронку в дистилляционную колбу и всыпаю сверху заранее приготовленную золу речного клёна. Тьерни подносит ладонь к воронке и наполняет водой выпуклый, похожий на луковицу сосуд. Древесная зола кружится в водовороте, прежде чем «устало» осесть на дно. Мы по очереди заталкиваем комочки мерцающих ниток в тот же сосуд.

Тьерни вставляет тонкий стеклянный конденсатор в прозрачное горлышко дистилляционной колбы и закрепляет его металлическими зажимами. Потом сжимает конденсатор в ладони и пропускает через него струйку воды.

Я устанавливаю большую масляную лампу под донышком колбы и поворачиваюсь к Тьерни.

– Зажигай, – командует она.

Я высекаю искру и поджигаю фитиль.

Тьерни подносит ладонь к колбе и постепенно доводит смесь до кипения. Тонкие сапфирово-синие полоски отделяются от ниток и пускаются в замысловатый танец в бурлящей воде. Вскоре жидкость в сосуде приобретает бледно-голубой оттенок.

Мы ждём, пока в нитках не останется ни капли драгоценной эссенции цветов железного дерева и раствор в стеклянной колбе станет ярко-синим, омывающим всё вокруг сапфировым сиянием.

– Готово, – произносит Тьерни, когда нити и зола оседают на дно колбы чёрным комом.

Она подносит руку к колбе и охлаждает раствор прохладным облаком.

Спустя несколько минут я разбираю наш аппарат и с помощью фильтра убираю из колбы золу и нити. Тьерни готовит новый прибор для дистилляции, и я переливаю мерцающую сапфиром жидкость в чистую реторту. Ещё одно охлаждающее облако окутывает новую принимающую колбу – и всё готово для новой перегонки.

Я разжигаю под ретортой пламя и легко сжимаю в ладонях сосуд с жидкостью, пробуждая мои земные линии силы. Тонкие невидимые веточки прорастают сквозь меня и стремятся к моим рукам.

– Готово, – киваю я Тьерни, и она кладёт свои руки на мои.

Сила уверенно перетекает из меня в сосуд, мои магические линии вспыхивают огнём.

По стеклянным трубкам несётся пар, прибор дрожит, грозя развалиться или даже взорваться. Тьерни касается пальцами одной из колб, и всё стихает. Пар клубится по прозрачным трубкам непрерывным ровным потоком.

На донышке принимающей колбы начинает скапливаться конденсат, новая жидкость – фосфоресцирующая, насыщенного густо-синего цвета, напоминающая сумеречное небо.

– Пахнет чистой эссенцией железного цветка, – глубоко вдохнув, говорю я.

Мысленным взором я вижу целое поле раскрывающихся бутонов железных цветов.

– Значит, сработало, – улыбается Тьерни.

Я отвечаю ей полным мрачной решимости взглядом.

Она снова растягивает губы в ухмылке, её глаза недобро искрятся.

– Яда хватит на всех.

Коммандер Вин, закутанная в тяжёлую накидку, полностью изменившую её облик, проскальзывает на университетскую кухню. Она отбрасывает на плечи капюшон и обводит комнату пристальным взглядом.

– Здесь можно говорить? – спрашивает она Ферниллу.

Повариха сурово кивает со своего места за столом. Она сидит рядом со мной. Тьерни – по другую сторону от меня.

– Все двери и окна заперты, – поясняет Фернилла. – И я выставила стражу.

Коммандер Вин кивает и усаживается напротив меня между Джулиасом и Лукрецией Квиллен. Айвен стоит за их спинами, прислонившись к высокой столешнице рядом с Бледдин и Айрис.

Я нарочно не смотрю на Айвена, хоть и ощущаю его присутствие каждой клеточкой своего тела. Айвен выпустил своё пламя на волю, и оно тянется ко мне, но я сдерживаю мои линии силы и не обращаю внимания на горестно сжавшееся в груди сердце.

– Какой же у вас план? Расскажите, – обращается к нам с Тьерни коммандер Вин.

Мы быстро переглядываемся, и чародейка нетерпеливо взмахивает рукой.

– Говорите скорее, – приказывает она. – У нас очень мало времени. До полнолуния всего несколько дней, а может, и до начала большой войны.

– Мы приготовили яд, – говорит Тьерни, мрачно выплёвывая слово за словом.

Коммандер Вин отшатывается от стола.

– Диверсия?

– У нас достаточно средства, чтобы отравить всю гарднерийскую армию. И всех, кто остался в университете.

Коммандер долго молчит, с презрением обводя нас взглядом.

– Вы что, хотите убить всех в Верпаксе? – Вин поворачивается к Фернилле. – Это и есть план, ради которого вы меня сюда позвали?