Осколки времени - Райса Уолкер

Прокручивая остальные ее стабильные точки, я вижу еще несколько знакомых мест – комнату Кирнана в Бостоне 1905 года и сцену в парке Норумбега. Есть еще одна, я почти уверена, что это Всемирная Выставка в Чикаго, если судить по дате – 1893 год. И архитектурному стилю. Однако 10 июля я не была там, и не помню, чтобы видела такое здание. Оно все равно кажется смутно знакомым. Может быть, я видела его на фотографии, когда изучала выставку. Или…

Это может быть то здание, которое я видела в первый раз, когда держала ключ. После пшеничного поля и перед темным пещерообразным местом.

Я запоминаю это для себя, чтобы позже спросить у другой-Кейт, на случай, что у нас когда-нибудь появится минутка, когда ничьи жизни не будут стоять на кону. Затем я возвращаюсь в настоящее время и присоединяюсь к другим бесстрашным охотникам за киристами, сидящим в гостиной.

– Мамин телефон все еще издает сигнал в девять двадцать пять. Примерно в половине десятого Кирнан возьмет его и… разобьет? Выключит? Он не говорил, что именно. – И он выведет его из строя. Как-нибудь. В этот момент вы должны быть готовы зайти через боковую дверь. Трей, это та самая дверь, через которую мы пробежали, когда доберманы…

Он криво улыбается и качает головой:

– Меня там не было.

– Оу. Верно. Может ли кто-нибудь найти этот храм на картах Google?

– Чуть не забыл, – говорит Коннор, когда Трей достает планшет из моего рюкзака. – Шарлейн и Бенсен, вам нужны новые украшения.

Он достает из кармана джинсов два медальона и бросает им по одному. Они ловят ключи и смотрят на них сверху вниз, как будто держат в руках тарантулов.

– Да, я знаю, – говорит Коннор. – Мне тоже не нравятся эти проклятые штуки. Но мы понятия не имеем, когда произойдет следующий сдвиг. Может, мы будем в самом центре этой спасательной операции, и вдруг вы… ну, не знаю. Это зависит от того, сколько рельсов успеет сменить поезд времени.

Шарлейн и Бен непонимающе смотрят на него, и я говорю:

– Коннор имеет в виду, что вы, возможно, все еще будете здесь, держать винтовку и прочее. А может, и нет. Мы этого не знаем. Кэтрин изначально беспокоилась за Трея – боялась, что ношение ключа во время сдвига может навредить ему, так как у него нет гена, но с ним все было в порядке. Как и с Джессом, другом Кирнана, который спрятал для нас ключи.

– Но… – Шарлейн бросает взгляд на Бена, а потом говорит: – Теперь у тебя есть двойник, верно, Кейт? Потому что она была под ключом, когда произошел сдвиг во времени. Разве мы не создадим так двойников себя? Не лучший выбор слов, но…

– У меня нет двойника, – говорит Трей, все еще смотря на планшет. – Я был под защитой ключа во время двух временных сдвигов.

– Он прав. Если только Саймон или кто-то другой не вернется назад и не изменит путь твоей бабушки, или родителей, или еще кого-нибудь, и я думаю, что даже так они станут путешественниками во времени. – Я останавливаюсь и думаю об этом. – А может, и нет…

– Нет, нет, нет, – говорит Трей, вкладывая планшет мне в руки. – Не думай об этом много, Кейт. Это. Не имеет. Значения. Никаких вторых Бенов или Шарлейн не будет, потому что нет других Треев. Ни в моем доме, ни в Перу, ни где-либо еще их не было. Я проверил, ладно?

– Да. Никаких лишних Конноров или Гарри, – говорит Бен, пряча медальон в карман. – Все будет хорошо, Шар.

Она кивает и прячет медальон в карман на молнии своей рубашки, но все еще нервничает из-за этого. И я нисколько ее не виню.

– Хорошо, – говорю я, наклоняясь вперед, чтобы показать им карту, которую открыл Трей. – Если стоять лицом к главному входу, то эта дорога будет слева от вас.

– Это Лотос-Лейн, – говорит Шарлейн. – Даже не спрашивай меня о названиях их улиц – дорога на другой стороне называется Путь Кириста. Поняла? Ха-ха.

– Похоже, ты неплохо знакома с этим районом, – говорит Трей. – Может быть, нам и не нужна эта карта.

– Это храм моего отца. Еще несколько лет назад я бывала там каждое второе воскресенье, а иногда заглядывала и на неделе. Семнадцатая улица проходит вдоль задней стены. Детская площадка вон там, – говорит она, постукивая пальцем по экрану, – вместе с баскетбольной площадкой. Мы обычно выходили и крутили обручи, пока ждали, когда папа закончит подлизываться к другим старейшинам. Лотос-Лейн проходит между гаражом и самим храмом.

– Тогда эта дверь – предпоследний вход на улице Лотос, – говорю я. – Двое должны будут войти оттуда – дверь уже будет открыта.

– Кирнаном? – спрашивает папа.

– Нет. Скорее всего, это сделаю я. Кирнан выведет маму и Кэтрин из спортзала в тот коридор, чтобы ты их забрал. Кто-то должен поставить фургон как можно ближе к этому входу… но на территории есть камеры слежения, так что постарайтесь не слишком бросаться в глаза.

Вытащив из кармана листок бумаги – как Пру и обещала, на кармане есть удобная липучка, – я показываю им грубый набросок территории от Кирнана, на котором, в отличие от карты, обозначены здания.

– Вот здесь, с той стороны, где вход с улицы Путь Кириста, находится служебная автостоянка. Это детский сад и детская площадка, о которых упоминала Шарлейн. Сегодня вечером никаких мероприятий не будет, но кафе и книжный магазин открыты до восьми, так что там еще могут быть люди. А еще там будут камеры слежения и, по крайней мере, два охранника, которые будут дежурить даже после того, как остальные уйдут, – и это не считая двух парней в спортзале, наблюдающих за мамой и Кэтрин. Нам нужно быть осторожными.

Я поворачиваюсь к Шарлейн:

– Ты хорошо справляешься с этим реактивным ранцем?

– Наверное, да. Но если ты думаешь, что мы должны использовать их, то это не очень хорошая идея.

– Почему нет?

– Они шумные. Очень шумные. Звучат так, словно миллион банок взбитых сливок опустошаются одновременно.

Бен кивает:

– Больше сотни децибелов. Определенно, это не вариант, если вы собираетесь действовать незаметно.

– Окей, – вздыхаю я. – Это все усложняет.

– Но… – говорит она со знакомым мне дьявольским огоньком в глазах, – это может стать отличным отвлекающим маневром, если такой нам понадобится.

– А для чего тебе реактивные ранцы? – спрашивает Трей.

– Чтобы подобраться сзади, миновать это узкое здание и спуститься во дворе, – я постукиваю пальцем по пустому месту посередине, – прямо здесь. Это как раз рядом с кабинетом Конвелла – или рядом с тем, что раньше было его кабинетом. Думаю, теперь он принадлежит другому представителю. Посередине стоит большой фонтан, а вдоль стеклянной стены есть дверь. Цель состояла в том, чтобы два человека пришли сюда в качестве дополнительной поддержки, чтобы вывести маму и Кэтрин в коридор. Однажды я была в этом кабинете. Похоже, это был частный двор, и я не видела другого входа. Я бы спросила у Пруденс, но… она вроде как взяла небольшой отпуск, пока мы обсуждали эту часть.