Попаданец с секретом - Кира Фарди

Белецкий оказался человеком общительным, и уже через день попросил обращаться к нему на «ты». Иногда я смущалась, потому что мне казалось, что его пронзительный взгляд следует за мной повсюду, но постепенно стала принимать этот факт, как данность.

Сегодня у нас была намечена фотосессия с моделями экстра-класса, поэтому я немного волновалась. Телефонный звонок застал меня врасплох, а когда я увидела, с кем придётся разговаривать, внутренне напряглась. Звонила менеджер Алёны Светловой, нашей первой модели, которая должна была приехать к десяти утра.

— Виолетта, простите, но Алёна вчера поздно вернулась из Гонконга и просила перенести ее фотосессию на другой день.

— Но у нас все готово! — воскликнула я так громко, что съемочная группа и Белецкий оглянулись.

Мне стало неловко. Капризные модели не терпят такого к ним отношения: могут начать вредничать ещё больше. Так и случилось.

— Извините, но этот вопрос не обсуждается, — ответила менеджер и повесила трубку, не дав мне возможности пригласить Алёну на другое время.

— Что случилось? — услышала я за спиной голос Белецкого.

— Светлова не приедет.

— А следующая модель на какое время назначена?

— На тринадцать часов.

— Что ж, отлично, — сказал он и повернулся к съемочной группе. — Сделаем перерыв на кофе.

Я в сердцах бросила сценарий съёмок на стол и окинула взглядом декорации. Сколько сил потрачено, чтобы создать интерьер средневекового замка, и все впустую! На глаза навернулись слёзы. «Черт! Этого только не хватало! Печатала бы свои статейки и дальше, нет, продюсером заделалась. Вот и получай теперь!» — разозлилась я.

— Виолетта, чашечку кофе?

Рядом стоял Белецкий и с обворожительной улыбкой протягивал мне бумажный стакан с трубочкой.

— Откуда у нас такой?

Взгляд метнулся к столу, сервированному для перекуса съёмочной группы: кулер, пакетики быстрорастворимого кофе, сахарозаменитель, печенье, фрукты — стандартный набор.

— Из соседнего кафе. Не хотите отдохнуть вон там? — рукой Роман показывал на замок. — Представим, что мы на приеме у хозяина, а я ваш рыцарь.

— Не получится.

— Почему?

— В то время не пили кофе, — пошутила я.

— А что пили?

— Сидры, пиво. А-а-а, ещё был будук, — я нахмурилась.

«Или судук? Ого! А эта информация откуда в моей голове?» — удивилась я: мой язык словно жил самостоятельной жизнью и знал намного больше хозяйки. Но Белецкий уже зацепился за случайно вылетевшее слово.

— Будук? Что это такое?

Режиссер взял меня за руку, подвел к деревянному стулу с высокой спинкой и предложил сесть. Сам опустился на стул у противоположной стороны длинного стола с покрытием, имитирующим камень. В объективе камеры эта фальшивка выглядела как настоящая.

— Это такой напиток, напоминающий наше шампанское, только с убойной силой, — понесло меня. — Его нужно было пить маленькими глотками с интервалами, чтобы он постепенно поступал в кровь.

— Как интересно! — глаза Белецкого зажглись огнём и стали походить на холодное пламя. — Почему именно так?

— Все просто. Если будук выпить залпом, полностью сносило крышу, — засмеялась я.

— О как! Интересно! В каком плане сносило? Человек становился агрессивным?

— Нет, что вы! Страстным и сексуальным. В большом количестве напиток был наркотиком, запускающим сексуальную энергию.

Я говорила, и сама не понимала, откуда я знаю о будуке (или о судуке?). Я точно нигде не читала об этом напитке, не встречала ни одной истории, связанной с ним. Такая осведомленность пугала до дрожи в коленках.

— И где такое чудо алкогольной промышленности можно найти? — засмеялся Роман.

— Сейчас его не производят, — уверенно ответила я.

— А жаль.

— Судук делали из плода ракии.

— Так будук или судук? — поддел меня Белецкий.

— Кажется, судук? — смутилась я.

«О Боже! А это откуда в моей голове?» — мне стало плохо. На лбу появилась испарина и чертовски захотелось выйти на свежий воздух.

— А что это?

— Сейчас нет таких плодов. Они величиной с яблоко, оранжевого цвета, а их вкус напоминает смесь хурмы и клубники, — тихо ответила я, прислушиваясь к ужасу, рождавшемуся внутри меня. — Если один раз попробуешь, никогда уже не забудешь.

Эти слова вырвались сами, словно мой мозг не контролировал язык.

— Да, жаль, что сейчас нельзя сделать такой потрясающий напиток.

Голос Белецкого раздался совсем рядом. Я подняла голову: он стоял возле моего стула и в упор смотрел на меня. Потом протянул руку и помог встать. Мир вокруг перестал существовать, словно разговор о древнем напитке запустил машину времени и унёс нас в далекое прошлое.

Белецкий взял мои пальцы и потянул за собой. Я не сопротивлялась. Какая-то магия момента вела нас за собой. Все так же молча мы вышли из павильона, сели в машину к Белецкому, и я даже не заметила, как оказалась в роскошном номере пятизвездочного отеля.

Роман крепко обнял меня и зарылся носом куда-то в шею. Его тёплое дыхание защекотало кожу, по которой тут же побежали мурашки.

— Иди ко мне, моя дама, — прошептал он. — Я буду твоим будуком.

Я всхлипнула и закрыла глаза, отдаваясь в руки искусного любовника: как давно я не была с мужчиной!

Белецкий обладал навыками донжуана. Он умело ласкал, нашептывал красивые слова, знал все потаенные уголки женского тела. Уже через минуту мы яростно разрывали друг на друге одежду, а через две кувыркались в постели. Страсть захватила нас целиком.

— Смотри на меня, — рычал Роман, — смотри!

И я глядела в темные волны его радужки, которая то светлела, как седина голубой ели, то становилась похожей на воду в дождливую погоду. В его зрачках я видела свое искаженное желанием лицо. Оно пугало меня, поэтому я порывалась отвести взгляд, но Белецкий снова приказывал:

— Смотри на меня, моя леди! Смотри!

Через десять минут это безумное приключение закончилось. Я точно знала время, потому что настенные часы были у меня прямо перед носом, и мой взгляд, когда вырывался из плена глаз Романа, постоянно натыкался на них.

Мы тихо лежали рядом, отдыхая от порыва страсти. Именно порыва. По-другому сложно было назвать это безумие. Я не планировала заводить отношения с Белецким, а уж становиться его любовницей тем более.

Но сейчас я не хотела анализировать ни странную информацию, внезапно появившуюся у меня в голове, ни свой поступок. Просто наслаждалась мягкой кроватью, шелковым постельным бельем, приятно холодившим разгоряченную кожу.