Шурочка и Вася в древнем городе - Мия Шугар

До казарм добирались почти час, и это, учитывая то, что встречный народ почтительно уступал дорогу при виде вооруженных сопровождающих Василины и Саши. Казармы представляли собой двухэтажные вытянутые строения, расположившиеся между главными городскими воротами и большим портом, где Василина разглядела пару судов.

– Не задерживайтесь, целительница. – Стоило только чуть замедлить шаг, как в плечо прилетел не сильный, но обидный толчок.

Огрызаться Вася не стала, хоть ей и было, что сказать грубияну. Но и запаса терпения у неё поболее, чем у той же Потаповой. Сашка, пока они шли по городу, успела несколько раз поцапаться со своим сопровождающим и даже разок треснула его рулеткой от поводка Спартака.

– Я тебя щас так пихну, что пихалка сломается! – Потапова опять замахнулась розовой рулеткой, украшенной кокетливыми стразами, на охранника, а тот легко увернулся и устало закатил глаза.

– Целительница, не гоже доброй деве так себя вести.

– А доброму мужу, значит, можно драться и обижать дев?

– Мы выполняем приказ легата. Следуйте дальше.

Потапова горестно посмотрела на Васю, но чем та могла помочь? Саму то и дело подгоняли, как неразумную тёлку, забывшую дорогу в родное стойло.

Во дворе казармы было шумно. Мужчины, разделившись на группы, занимались своими делами. Одни точили мечи, другие полировали доспехи, несколько воинов тренировались, скрещивая оружие и оглашая двор казармы звоном металла.

Потапова, при виде такого мужского изобилия, сбилась с шага, за что, конечно, сразу поплатилась. Её сопровождающий не дремал и подтолкнул подопечную.

– Ну всё, ты доигрался! – Саша молниеносно выхватила у одного из воинов древко, которое он прилаживал к наконечнику копья, развернулась и замахнулась на своего мучителя.

Служивые побросали все свои дела.

– Антоний, беги! – хлопнул в ладоши хозяин древка, и громко захохотал.

Признаться, и Вася не удержалась от смешка, когда мимо пронесся ругающийся охранник Потаповой, а следом за ним разъяренная фурия – Саша.

– Я те покажу, как слабых обижать!

Через минуту хохотали уже всё. Присутствующие разделились на два лагеря. Одни подбадривали Сашу и советовали, как лучше проучить Антония, другие же поддерживали незадачливого сослуживца.

– Что здесь происходит?

По мгновенно изменившейся атмосфере, Василина поняла – явилось начальство. Смех и веселые крики стихли, Сашу выловили, отобрали у неё древко и вернули хозяину, а перед виновницей переполоха остановилась внушительная фигура обладателя начальственного голоса.

– Кто допустил недостойную деву в казармы?

– Что? – Потапова утерла злые слёзы. – Я недостойная?! Да я, если хотите, целительница! Из Кафы! Меня …. этот ваш… легат прислал брата лечить!

Высокий темноволосый мужчина обвел взглядом толпу воинов.

– Это правда? Деву прислали лечить Понтия?

– Да, господин препретор. – Из толпы выступил Сашин охранник. – Целительницы прибыли из Кафы в помощь лекарю Александрию.

Вася только диву давалась, как быстро обрастала подробностями легенда об их появлении в городе. И главное – никаких усилий они с Сашей для этого не предпринимали.

Препретору объяснений охранника хватило и он милостиво отпустил девушек.

Лазарет располагался на первом этаже одной из казарм. Войдя в помещение, Вася и Саша зажали носы – воняло здесь просто отвратительно, но невозмутимые охранники, как ни в чём не бывало, спокойно провели девушек между расположившимися прямо на полу немощными бойцами в дальний конец лазарета. Здесь больные лежали на неком подобии кроватей, но на этом все отличия и заканчивались. Тот же смрад, грязный пол и заскорузлые от пота и крови тряпки, которые здесь служили перевязочным материалом.

Одному из раненых как раз заканчивали делать перевязку. Немолодая женщина с меланхоличным, усталым лицом, сполоснула в миске тряпку, которой протирала перед этим исполосованную глубокими резаными ранами грудь мужчины, подхватила ёмкость с водой и перешла к следующей лежанке. Совсем юный воин метался в бреду и звал Эвридику. Почти через всю ногу мужчины, начиная от икроножной мышцы и заканчивая областью паха, проходил порез, не очень глубокий, но такой воспалённый, что Васю немедленно затошнило.

– Эй, вы что это делаете? – Потапова перехватила руку женщины с мокрой тряпкой, которой она собиралась промыть рану.