Принцесса для младшего принца - Вера Чиркова

– Пишите письма. – Едва открылся путь, Лира помахала, и они ушли во дворец.

Так решил Хингред, пока дочери переодевались. Расспросив Илли об устройстве дворца младшего высочества и наличии входных чёрных дверей для прислуги и охраны, он твёрдо заявил, что девушкам не стоит слишком усложнять момент своего появления. Раз они могли появиться с любой стороны, а охрана Илли знает, значит, никто не станет уточнять, почему не видел момент её приезда.

– Ох ты, миленько как, – рассматривая спальню Илли, изрекла младшая, – сама, говоришь, выбирала? Да ты у нас дизайнер! А где я буду спать?

– Сейчас найдём мажордома и озадачим его, – повеселев, отмахнулась Илли, ощущая, как спо-койно и легко стало у неё на душе, едва она сюда попала.

Прошлась по комнате, отметила, что пыли нет, заглянула в шкаф. Мда, пустовато. Снова она разминулась со своим багажом. Ну ничего, сегодня же вызовет портниху. А пока можно пройтись по дворцу, заглянуть в канцелярию, в кабинет…

Илли тихонько вздохнула, вспомнив, что там сейчас никак не может находиться её принц, и решительно полезла в потайной ящичек за запасными ключами.

Отперла дверь, выглянула в коридор: пусто, но где-то слышны голоса и звуки музыки, похоже, фаворитки друзей развлекаются. Вернулась назад и решительно дернула шнурок три раза, вызывая мажордома.

– Наконец-то, – одобрила это действие Лира, следившая за ней из кресла, где она устроилась, удобно облокотившись на подушечку. – Я думала, ты никогда не решишься. Ну чего ты трусишь? Ведь его здесь нет.

– Потому мне и плохо, что его нет, – тихо призналась Илли, – я только сейчас осознала, как он меня защищал и опекал. Прямо как клушка цыпленка. Тогда немного раздражало… а теперь я об этой заботе мечтаю.

– Тогда почему мы не пошли ближе к столице? Почему ты решила сидеть вдалеке от него?

– Лира, но ты же сама сказала!

– Я тебя провоцировала. Если ты по-настоящему любишь, то будешь защищать свою любовь.

– А ты… – Илли сама удивилась внезапности пришедшей ей в голову мысли, – любила кого-нибудь?

– Конечно. Что я, не живая? Да ты так до сих пор и не сообразила, отчего расцветают дриады? От любви и только от неё, злосчастной. Но это пусть тебе мать объясняет, там столько заморочек.

– Да и духи с ними, ты лучше скажи, где он?

– Кто, тот, в кого я влюбилась? Да так и живёт, где жил. Апраксия сразу раскусила, что он просто жиголо… и начал за мной увиваться, когда увидел, как я из такси возле дома выхожу. Решил, что мой папа крутой бизнесмен. Так ловко начал попадаться навстречу, прямо фокусник, потом в гости набился. Посидел немного, всё рассмотрел и заторопился, некогда ему. А тут Апи… заклятье правды бросила, и он всё выложил. Ну, где твой мажордом?

– Сейчас придёт, – успокоила сестру Илли, сделав вид, что не разгадала, отчего сестра так ловко сменила тему разговора. Стук в дверь послужил подтверждением её слов. – Войдите.

Однако на пороге возник вовсе не сеньор Дортилли, а Гарстен в сопровождении двух воинов.

– Привет, Гарстен, рада тебя видеть. – Илли мгновенно сообразила, что во дворце без Кандирда действует особый порядок. – А с каких пор ты приходишь вместо сеньора Дортилли?!

– Илли? – Офицер смотрел потрясённо, но пытался убедиться, что не ошибся. – Неужели это ты?

– А тебе требуются доказательства? Про что рассказать? Про кучу полуодетых мужчин, визжащую девушку и овечью шкуру довольно будет или ещё нужно? Тогда могу вспомнить, с каким счётом ты мне проиграл в шашки, когда мы ехали из Терста. Кстати, долг отдавать нужно. Или сказать, чем я попала в жену мэра? А где моя травница? И её братик с собаками?

– Илли… – полковник махнул солдатам, отпуская их, прикрыл дверь и шагнул навстречу, бережно обняв сеньориту за плечи, – как я рад, птичка. Прости… что так встретил. После той попытки переворота у нас строгие порядки. А ещё Ингирд прислал сообщение, что ты пропала.

– Удалось не пропасть, – усмехнулась, отстраняясь от друга, Илли, – зато повидалась с родителями. Знакомься, это моя сестра, Лира. А если ты хочешь спросить про вестника, да, можешь доложить, что я вернулась. И намерена приступить к работе. Зарбинс на месте?

– На месте. А травница твоя в поместье, как ты приказала, и братец с ней. Но, может, сначала пообедаем? Где приказать накрыть?

– Только не на башне, мы устали, ночь не спали. Но не проси сейчас ничего объяснять, ладно? Обещаю рассказать всё позже. А обед… давай в малой столовой, где тогда её величество обедала? Ты ведь с нами? И кстати, что там за музыка?

– А, это… – Гарстен едва заметно поморщился. – Когда Ингирд с Седриком уезжали, они пригласили комедиантов, мэр Бредвила их расхваливал. Ты не забыла, что у нас в доме гостит эльфийка?

– Пресветлые духи, Гарс! А ведь с этими тревогами я про неё действительно забыла! Но она же была тихая, нетребовательная… никаких развлечений не просила.

– Так это фаворитки её развлекают. – Полковник осторожно скосил глаза на помалкивавшую Лиру. – Вернее, делают вид, что развлекают.

– Бедная Сетлина, не думаю, что с её музыкальным слухом она действительно развлекается. Гарстен, нужно спасать девушку. Ты можешь ей намекнуть, куда прийти обедать?

– Могу, – ухмыльнулся воин, – тогда я пошёл. А вам пришлю мажордома, твоей сестре нужно выбрать покои. В гостевой стороне все свободны, лицедеи живут в том крыле, где прислуга.

– Подожди, – уверенно приказала Гарстену Лира. – Скажи мне, давно у тебя колет левый бок?

Илли тихонько вздохнула, теперь она знала, откуда мать мгновенно узнавала про все её случайные ссадины и ушибы.

– С тех пор, – с трудом скрыв изумление, пробормотал Гарстен, – как мы столкнулись с бандой вдвое большей, чем наш отряд. Бунзон тогда был слабее, чем сейчас, и лечил сначала самых тяжёлых…

– А потом почему ему ничего не сказал? – Дриада встала с кресла, обошла воина и положила ладонь ему на ребра. – Постой спокойно. Больно не будет.

– Да я готов стерпеть от такой прелестной сеньориты всё, что угодно, – слегка заигрывая, лукаво ухмыльнулся полковник и разочарованно смолк, обнаружив, что девушка уже вернулась на место.

– Мать права, – вздохнула Лира, смерив его насмешливым взглядом, – пациенты значительно охотнее верят тем целителям, которые выражаются непонятно и мучают их долго и со вкусом. Идите уже, сеньор, а то мы умрём с голоду.

– Что там у него было, ты поняла? – поинтересовалась Илли, когда за другом закрылась дверь.

– Осколок. То ли меча, то ли наконечника, теперь неизвестно, я его просто убрала, как грязь. Терпеливый какой, я сначала даже не поверила себе.

– Я тоже почувствовала, но промолчала, пока продолжаю играть в шпионов. – Илли уже не очень нравилась эта идея, обманывать и притворяться она не любила и чувствовала себя крайне неуютно, когда приходилось говорить неправду. Хотя отец и научил дочь, как уходить от тех вопросов, которые ей неприятны.